Группа

Силверберг Роберт

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Группа (Силверберг Роберт)

Мюррей был возбужден. Утром он гонял на буерах по пляжам Акапулько, обедать полетел в Найроби, где насладился барашком под карри в «Трех Колоколах». В Найроби еще не было и полудня, но теперь любой уважающий себя ресторан был открыт все двадцать четыре часа в сутки. Затем полетел в Марсель, где отдохнул за пастисом, а к психосумеркам вернулся в Калифорнию. Его внутренние часы были настроены на время Тихоокеанского побережья, что соответствовало его настроению: с наступлением ночи Сан-Франциско начинал сверкать как гора самоцветов над бухтой. Вечером у них была Группа. Он вызвал по видеофону Кей:

— Не приедешь сегодня ночью ко мне?

— Зачем?

— Как зачем? Группа.

Она лежала на покрытой росой лужайке под секвойями в пятистах километрах к северу. Водопад молочно-белых волос стекал на ее обнаженное загорелое тело. Огромный драгоценный камень тысячами огней сверкал меж ее небольших совершенной формы грудей. Мюррей смотрел на нее, и руки его болезненно сжимались в кулаки так, что ногти впивались в ладони. Он безмерно любил ее. Так сильно, что у него сейчас перехватывало дыхание.

— Ты хочешь, чтобы мы устраивали Группу сегодня ночью с тобой? Ты и я? — без особого энтузиазма спросила она.

— Почему бы и нет? Близость куда приятнее разлуки.

— Никто и никогда не находится в разлуке с Группой. К чему физическая близость между тобой и мной? Беспредметный разговор. Все это давно вышло из моды.

— Мне не хватает тебя.

— Но ты же сейчас со мной, — возразила она.

— Я хочу касаться тебя. Я хочу дышать тобой. Я хочу вкушать тебя.

— Нажми на кнопку осязательных ощущений. И на кнопку запаха. Можешь выбрать любой вход.

— Я уже включил все сенсорные каналы, — пробормотал Мюррей. — Я буквально тону в восхитительных входах. Но это не одно и то же. Этого недостаточно, Кей.

Она вскочила на ноги и медленно пошла в сторону океана. Он следил за ней на экране. И слышал рев прибоя.

— Я хочу быть с тобой рядом, когда вечером начнется Группа, — крикнул он ей вдогонку. — Послушай, если тебе не хочется приезжать ко мне, тогда приеду я.

— Ты мне надоел со своей настойчивостью.

Он согласно кивнул.

— Я ничего не могу с собой поделать. Я люблю быть рядом с тобой.

— У тебя слишком много вышедших из моды привычек, Мюррей, — холодно возразила она. — Ты отдаешь себе отчет в этом?

— Что же здесь греховного?

«Стоп, Мюррей. Ты допускаешь тактические ошибки». Весьма вероятно, что весь разговор был тяжелой ошибкой. Он сильно рисковал, приставая к ней с такой настойчивостью и с таким избытком сумасшедшего романтизма. Его преследовала маниакальная идея — невероятная жажда личного обладания. Ему хотелось своей, да-да, своей собственной любви. Она, конечно, была совершенно права. Он невероятно отстал от моды. Забился в свой эмоциональный атавизм. В «ты и я». В «я», в «мое». В отвращение к тому, что должен делиться ею с Группой. Словно у него были особые права на нее. В глубине души он жил в XIX веке. Он только что сделал это открытие и был потрясен. Если отбросить в сторону архаические заблуждения, смысла быть рядом друг с другом в одном помещении во время Группы не было, если только не наступал черед пары провести любовный сеанс, а сегодня в программе вечера значились Нейт и Сирена…

Он повернулся к экрану во всю восточную стену и включил визуальные регуляторы для предварительной настройки. В этот момент Центр Группы передавал настроечную таблицу — неподвижные изображения всех участников действа. Изображение Нейта и Сирены было в центре светового гало — они были актерами сегодняшней ночи. Вокруг светились изображения остальных — его собственное, Кей, Жожо, Никки, Дирка, Вана, Конрада, Финна, Ланелль и Марии. Четверо отсутствовали.

Он усилил звук.

— Говорит Мюррей, — объявил он. — Начинаю синхронизацию.

Центр Группы передал ему калибровочное «ля» — чистую продолжительную ноту.

Затем он включил усиление мозговых волн, несущих информацию в эмоциональную сферу от эндокринной системы. Настройка осязательных ощущений, возбуждение эрогенных зон. Мюррей замкнул все переключатели. Вначале он ощутил общее и неясное мозговое возбуждение, но вскоре проявились специфические характеристики ментального выхода Нейта — нервный подъем, жадность к удовольствию, половое возбуждение, живость и сила реакции. Невероятная мужская сила Нейта буквально изливалась из него. На этой стадии Мюррей еще ощущал себя отдельно от Нейта, но вскоре их ощущения должны были слиться в одно.

— Готов, — объявил Мюррей. — Жду передачи Группы.

Ему пришлось ждать невыносимые четверть часа. Он всегда заканчивал синхронизацию быстрее других. А потом стремился сохранить равновесие настройки в ожидании остальных. Он подумал о Кей, которая настраивалась на волну Сирены.

— Включение Группы, — объявил Центр.

Мюррей замкнул последние цепи. И в его сознание безудержным потоком ворвались смешанные сознания всех участников. Теперь они были в синхронной связи и могли начать любовные развлечения.

Нейт приблизился к Сирене. Магические мгновения прелюдии. Искрометность первого возбуждения, величественный эротический взлет, поднимавший всех в зенит, как адажио Бетховена, как хорошая доза бодрящего напитка. Нейт и Сирена в Сан-Диего. Зал из сверкающих зеркал, где множились изображения любовников. Мюррей лежал, ввергнутый в лабиринт сверхсовременных средств усиления, — входы были на висках, на горле, на груди, над ягодицами. Началось слияние личностей. Он превращался в Нейта, Нейт вливался в него, он был также и остальными — вся цепь буквально гудела от обратных связей межличностных вихрей. Сразу шесть мужчин ласкали Сирену. Ее чувства всегда пробуждались очень быстро. И она требовала все новых и новых ласк. Нейт не спешил, любовные игры были его коньком, он всегда выдавал продукцию высшего качества. И был обязан это делать, ибо его пассажирами в интимном путешествии были десять других душ.

— Покажи-ка нам истинный спектакль, Нейт!

И Нейт с удовольствием подчинялся желанию других. Древняя магия Группы набрала полную силу. Это был их совместный сеанс любви и, когда вся Группа приблизилась к единому, во сто крат усиленному наслаждению, Мюррей допустил промах. Он подумал о Кей, в одиночку устроившейся в своей колыбели под секвойями. Мюррей попытался пробиться к Кей по цепи Группы, устранить лишних партнеров и преобразовать любовный акт во встречу между ней и собой. Это было насилием над духом Группы, бесполезной попыткой. В данное мгновение она была доступна ему только в качестве одной из граней Сирены. Самое большее, чего он сумел добиться, так это дотянуться до Кей через Сирену и коснуться края ее души, но контакт оставался туманным и размытым. Мгновенно сообразив, чего он добивается, Кей злобно оттолкнула его, причем основной удар эмоций пришелся на Сирену. Отброшенный и утративший уверенность в себе, Мюррей потерял ясность мысли, излучая неприятные противотоки во всю Группу. Нейт исторг лавину раздражения и, несмотря на героические усилия сохранить спокойствие, вверг всех остальных в преждевременный оргазм.

Кей позвонила через полчаса.

— Идиот, сумасшедший! — выкрикнула она. — Что ты пытался сделать?

Он обещал не повторять таких попыток. Она простила его. Два дня он дулся и держался в стороне от Группы. Пропустил сеанс между Конрадом и Жожо, Клаусом и Лоис. На третий день в программе вечера фигурировали Кей и он. Ему не хотелось делить ее с другими. Конечно, никто его ни к чему не обязывал. Можно было отказаться и продолжать дуться, а вечером его заменил бы Дирк или Ван. Но Кей свою очередь уступать не собиралась. Ни в коем случае. Это ее не устраивало. Оказавшись перед столь неприятным выбором, Мюррей решил не менять исходной программы.

Он появился у нее за восемь часов до сеанса. И нашел ее загорающей на ковре из сосновых игл. Она играла с музыкальным кубом. В напоенном ароматом воздухе звенела музыка Моцарта.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.