Домой не по пути

Дьюал Эшли

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Эшли Дьюал

Домой Не По Пути

Аннотация:

Я стала особенной, не представляя собой ничего необыкновенного. И я стала такой благодаря одному человеку. Мы вместе создали воспоминания и вместе запечатлели друг друга в памяти.

ДОМОЙ НЕ ПО ПУТИ

ЭШЛИ ДЬЮАЛ

И слушали тихий океан.

И видели города.

И верили в вечную любовь.

И думали: "Навсегда".

АННОТАЦИЯ

Меня всегда тянуло к странным людям; к тем, кто отличается от других и любит жизнь, пусть, чтобы любить ее, нужно ничего о ней не знать. Правда, следить за сумасшедшими и быть сумасшедшей: разные вещи.

Уйти или остаться? Сесть в машину к незнакомцам или прогнить в родном городке?

Оказавшись перед выбором, я сиганула с утеса, стала другим человеком: свободным, свихнувшимся по разговорам, по желанию быть спасенной; я стала той, кто хотел всего и сразу; стала отчаянной, и я жила, жила, жила, и горела, как горят новогодние гирлянды даже в летнюю пору, как сверкают звезды даже по утрам.

Я стала особенной, не представляя собой ничего необыкновенного. И я стала такой благодаря одному человеку. Мы вместе создали воспоминания и вместе запечатлели друг друга в памяти.

ДОМОЙ НЕ ПО ПУТИ - Эшли Дьюал

_________________________________________________________________________

ГЛАВА 1.

Я оглядываюсь и вижу улыбающиеся лица, перекошенные от непонятной радости. Чего они хохочут? Странно.

Я оглядываюсь еще раз, вдруг мне чудится. Но нет. Все люди, которые сидят рядом, восседают в зале, стоят у трибун - все лыбятся так широко, что их лица кажутся жуткими и искусственными, будто бы натянутыми на бесстрастные, однотонные головы манекенов. Я тоже пытаюсь улыбнуться. Дергаю уголками губ, а потом чертыхаюсь.

Никак у меня не получается изобразить радость. Ну и фиг с ней. Если и говорить о чувствах, то ощущаю я промозглую пустоту, которая, как и погода, меняется внезапно, но портит настроение довольно-таки сильно.

- Реган!

Я недоуменно смотрю на свою соседку. На ней, как и на мне, квадратная, черная шапочка, а еще дурацкая мантия, в которой теряются руки. Я вскидываю брови, мол, чего орешь на весь зал, а она надувает вспотевшие, красные щеки.

- Тебя назвали!

Назвали? Я оборачиваюсь и понимаю, что деканша, как и вся ее свита, ждут моего выхода. Блин!

- Реган Б-баумгар-ртен.

Неуклюже подскакиваю, едва не валюсь кубарем из-за треклятой накидки, но каким-то образом сохраняю равновесие и шествую к трибуне. Хотя бы фамилию правильно выговорили. А то обычно - Баумгуртен, Ваугратен....

Люди в зале громко аплодируют. Звучит какая-то идиотская музыка, которая мне напоминает тему из звездных войн. Там-там-там там-та-дам там-та-дам. И вот деканша уже прямо передо мной в своей черной накидке. Будто бы Дарт Вейдер.

- Поздравляю, Реган, - шепчет она мне, когда я пожимаю ее костлявую руку.
- Пусть у тебя все получится, а ветер перемен...

Я отключаюсь. Просто гляжу в эти сморщенные, уродские губы и вспоминаю, сколько раз они отчитывали меня и оплевывали. Я пропускала занятия, потому что не любила ни университет, ни профессоров, ни ежедневное унижение, коим поливали почти всех, кто обучался на моем факультете. А потом меня вели к деканше, и она, будучи в как бы так сказать, не очень хорошем настроении - муж бросил ее и ушел к студентке с моего курса - орала и клялась, просто божилась, что никогда мне диплом не вручит, а я сгнию на дне общественной ямы, как гниют яблоки в ее огороде.

- Удачи!

- Спасибо, - хриплю я и едва не добавляю "безмозглая карга".

Мы расходимся, как в море корабли, и я плыву к своему месту, невольно осматривая тех, с кем училась чертовы пять лет. Пять лет! Я видела эти тупые рожи каждый день, и я их терпеть не могла, потому что одна половина любила учебу, не обращая внимания на те унижения, о которых я уже упоминала, а другая - любила унижения, принимая учебу как нечто неизбежное. Конечно, была парочка людей, с которыми можно было общаться. Но до выпуска дожил лишь один. Кори Гудмен.

Он так же, как и я, не улыбается до посинения, оглядывается по сторонам и не фига не понимает. Ничего друг, тут просто все спятили, а мы с тобой угодили в их сети.

У него смешные волосы. Они вообще вьются, как шерсть у барана, но Кори считает, что как у барана - это не круто. А круто, как у его старшего брата - Уильяма, который, собственно, тот еще баран. Я его почти не знаю, видела пару раз, но он носит широкие, просто гигантские штаны, такие же широкие футболки, выкуривает по сто сигарет за день и зарисовывает свои пошлые мысли не менее пошлыми татуировками. Хорошо хоть Кори еще не додумался вывести на своей спине: я делаю плохие вещи, но делаю их хорошо.

После меня выходят еще люди. Всем деканша жмет руку и улыбается, а я гляжу на эту картину и спускаюсь по спинке стула все ниже и ниже. Когда эта церемония подойдет к концу? Столько стараний ради бумажки. На дипломе выведено огромными буквами в пол-листа - видимо, потому что особо больше нечего писать - ОКОНЧИЛА ФАКУЛЬТЕТ ЛИТЕРАТУРЫ И ЖУРНАЛИСТИКИ. Или же, наконец, завершила бессмысленный курс по бессмысленным предметам. Писать статьи всякие и выражать свое мнение в мелких, не особо заумных рецензиях я умела и до поступления в университет.

Минут через сорок мы вырываемся из здания. Я всегда мечтала учиться в Йеле, но в итоге проучилась в местном, задрипанном университете, который похож на коробку, тупо брошенную на кривой улице Янгстауна. Я оборачиваюсь через плечо, когда толпа орущих студентов прет из дверей, будто бы за ней несется горячая, темно-оранжевая лава, и гляжу на это серо-зеленое здание, проглотившее с потрохами мои "лучшие" годы.

Кто бы мог подумать, что все будет именно так. Ведь в школе я верила в лучшее, считала, что уеду из городка сразу же, как получу аттестат. Что я стану кем-то. Напишу что-то. Сделаю нечто важное. Возможно, прославлюсь. Возможно, по уши влюблюсь. Я выходила за порог школы с надеждами о той жизни, о которой, впрочем, все мечтают. Но сейчас я понимаю, что все было полной чушью. Взаперти собственных предрассудков, ты не способен вырваться на свободу. Верить - верь, конечно. Вот только о реальности не забывай, потому что она о тебе прекрасно помнит. Она размазала мои мечты, как прямо сейчас Стейси Роман размазывает сопли по лицу. Ей-то отец уже местечко забил в своей адвокатской конторе. Ей впору рыдать, ведь больше не получится лизать зад учителям за хорошие отметки. Теперь работать придется. А мне..., у меня надежда только на себя. А я, как вы уже поняли, совсем уж не добросовестный человек.

Невольно оглядываюсь, ища в толпе родные лица. Маму или папу. Не знаю, зачем я это делаю, ведь понимаю, что никто не придет. Но я глупая. Я всегда была глупой.

Есть одно важное правило. Люди считают, что если будут верить в тех, в кого верить не стоит, это обязательно им воздастся свыше. Мол, все мы меняемся, можно и потерпеть, и понадеяться, и подождать. Но все эти страдания в пустоту - полная лажа, потому что не надо терпеть. Не нужно строить из себя великомучеников. Если человек дерьмо - он дерьмо. И твоя вера в него, ничего не изменит. Она не сделает тебя лучше, и она не припишет тебе дополнительные баллы, которые ты потом вдруг вытащишь из кармана на Страшном Суде и вручишь Богу.

Сделай себе одолжение - не жди от людей чего-то. Они такие, какие есть, и ты их не исправишь, как бы ни старался, и как бы сильно в них ни верил.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.