Браслет Изиды

Келер Владимир Романович

Серия: Polaris: путешествия, приключения, фантастика [130]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Браслет Изиды (Келер Владимир)

Владимир Келер

БРАСЛЕТ ИЗИДЫ

I

— Леша, видишь, по второму ряду проходит высокий господин, — кто это? Ты ведь всех почти знаешь.

— Это — Петров, Евгений Семенович. Его что-то давно не было видно. А почему ты обратила на него внимание?

— Помнишь, я тебе рассказывала о том, что случилось на прошлой неделе в театре? Ну ты, конечно, забыл. Мне почему-то кажется, что в этом скандале замешан Евгений Семенович… Познакомь меня, пожалуйста, с ним.

— Евгений Семенович — и какой-то скандал? Это, дорогая, несовместимо; да в чем же дело?

— Ты ужасно мало обращаешь внимание на то, что я тебе говорю, Леша, — обиженным тоном проговорила Ольга Платоновна.

— Ну не сердись, милая, а расскажи мне еще раз, что случилось.

— Да вот: шло представление. Все было тихо. Вдруг дама, сидевшая в креслах рядом с Петровым, поднялась с места и, напевая что-то, пошла, шатаясь, по проходу. Все так и замерли, ожидая, что будет дальше. Пройдя несколько рядов кресел, дама остановилась, с удивлением оглянулась вокруг, сильно смутилась и упала в истерике на пол. Ее вынесли из партера.

— Что же тут особенного? Просто нервная особа.

— Погоди, не перебивай. Минуты через две стоящий теперь у рампы вон тот толстый господин — а сидел он тоже около Петрова — тоже поднялся с места, протянул руку вперед, точно желая остановить кого-то, потом вскрикнул и хотел бежать. Его привел в себя барон Толь в увел из театра. За ними ушел и Петров… А кто же такой этот Петров?

— Очень богатый человек; говорит, служит в министерстве иностранных дел. Я с ним раньше часто встречался.

— Так познакомишь? Знаешь, приведи его в следующем антракте к нам в ложу.

В антракте Алексей Иванович отправился в фойе и вернулся, ведя под руку Евгения Семеновича.

— Моя жена, Ольга Платоновна. А вот тебе, Оля, и новый кавалер, — представил он жене немного сконфузившегося Петрова. — Моя жена ужасно любит, чтобы за нею ухаживали, а вы, кажется, мастер на это. Займитесь-ка, а мне нужно еще поймать одного знакомого.

Алексей Иванович вышел.

Ольга Платоновна, очень опытная в обращении с поклонниками, немедленно завела ничего не значащий разговор, а потом незаметно перевела его на случай в театре.

— На днях мне говорил Толь — вы знаете барона? — что его толстый приятель сам был очень удивлен тем, что проделал, и уверяет всех, что был под влиянием кошмара. Ему казалось, что он находится около какого-то храма и останавливает толпу… Ужасно странно! Что вы на это скажете?

— Меня больше поразила дама. Ее слезы так на меня подействовали, что я сейчас же ушел из театра. Потом, кажется, ничего не случилось?

— Ничего. Я видела, как вы уходили. Истерика производит всегда неприятное впечатление. Вы были так бледны, что на вас все смотрели и давали вам дорогу. Как все это странно! Мне муж говорил, что за последнее время вас нигде не видно. Что это вы на себя напускаете? Вы были заграницей? Где же? В Египте? Как интересно. Заходите, пожалуйста, к нам — я принимаю по воскресеньям… А знаете, приходите лучше в четверг, запросто, к обеду, мы обедаем в семь; у нас никого не будет, и вы мне расскажете о вашем путешествии. Хорошо?

— Спасибо, непременно приду.

— Кстати, чем это вы душитесь? Знакомый запах, — улыбаясь, перебила его Ольга Платоновна. — Никак не могу вспомнить название.

Для прояснения памяти она потерла лоб и вопросительно взглянула на собеседника.

Евгений Семенович не отвечал.

— Что-то удивительно знакомое, — говорила с расстановкой Ольга Платоновна. — Где это так пахнет?.. Да, да, я вспоминаю… большой храм… идет какое-то служение… горят лампады… дымят курильницы… играют арфы… где-то поют… Со мной делается что-то странное… Боже, мне нехорошо! Извините меня… Где муж? Сходите скорее за ним, надо ехать домой…

Как только Евгений Семенович вышел, Ольга Платоновна пришла в себя и сказала вошедшему встревоженному Алексею Ивановичу, что все прошло.

— Ужасно душно сегодня в театре… Какой милый этот Евгений Семенович. Я его звала к нам обедать в четверг. Ты, кажется, обедаешь дома? Знаешь, у него что-то странное в глазах. Сколько ему может быть лет?

Алексей Иванович улыбнулся:

— Тебе-то не все ли равно?

— Конечно, все равно; на вид он очень молод, а в глазах у него такое выражение, будто ему лет сто и даже больше. Мне кажется, что я его где-то видела, когда была еще девушкой.

Хотя Ольга Платоновна и заявила мужу, что чувствует себя прекрасно, но она часто вздрагивала и пожимала плечами.

Вернувшись домой, Ольга Платоновна долго перебирала в памяти всех знакомых, стараясь вспомнить, где она раньше встречала Евгения Семеновича.

— Положительно я его где-то видела, или он мне кого-то напоминает, — говорила она мужу, уже лежа в постели. — А душится он чем-то знакомым, но чем — не могу вспомнить; пахнет чем-то смолистым.

— Ладаном, вероятно, — сон пробормотал Алексей Иванович.

— Ха-ха-ха, ладаном, — засмеялась Ольга Платоновна. — Но ведь ладаном курят только в церкви, им не душатся… Ага, вспомнила: знаешь, Леша, чем пахнут духи? Миром, которым помазывают в церкви… Да, да, но к нему еще что-то прибавлено.

— Спи пожалуйста, Оля, — пробурчал недовольным голосом заснувший было Алексей Иванович.

II

Евгения Семеновича почему-то влекло к Ольге Платоновне, и поэтому, несмотря на то, что он за последнее время нигде не бывал, он явился в четверг к обеду.

В конце обеда разговор коснулся происшедшего в театре.

— Не понимаю, как это вас может так долго интересовать истерика какой-то дамы? От духоты в театре бывают и обмороки, а истерика — явление вполне естественное, в особенности в наше время, — проговорил самоуверенным тоном Алексей Иванович.

— Быть может, ты и прав, Леша. Помнишь, со мной прошлый раз в театре от духоты случилось что-то странное, вроде какого-то обморока. Я даже думала, что захворала. Но, по-моему, есть случаи, которые не всегда можно объяснить нервами. Пойдем, однако, в кабинет. Там, кстати, и камин топится. Вы, вероятно, курите, Евгений Семенович?

Перешли в кабинет и расположились в креслах возле камина.

Подали кофе. Мужчины закурили сигары. Ольга Платоновна смотрела на раскаленный кокс в камине и о чем-то думала. Все сидели молча.

— Однако, жарко, — проговорил Алексей Иванович и перешел на диван.

— Какие это у тебя сигары, Леша?

— А что?

— Страшно ароматичные, но запах совсем не сигарный.

— Что ты, милая. Сигары как сигары. Впрочем, это новый сорт — я взял сегодня на пробу и не ручаюсь за их достоинство. Вы что скажете, Евгений Семенович?

— По-моему, сигары недурны, хотя действительно чересчур ароматичны… Вероятно, это…

— Ты, Оля, права, — перебил вдруг гостя Алексей Иванович. — Запах этих сигар совершенно необыкновенный… Да интереснее всего, что этот странный запах идет от сигары Евгения Семеновича… Пойдем-ка лучше в гостиную — здесь очень накурено.

Ольга Платоновна поднялась с кресла, но сейчас же опять села и схватилась руками за виски.

— Леша, дай скорей воды, со мной делается то же, что в театре!.. Охота вам курить сигары…

Алексей Иванович бросился было в столовую за водой, но остановился.

Вся комната быстро наполнилась дымом, который совершенно окутал Евгения Семеновича.

Он делал невероятные усилия, чтобы отодвинуться от разгоревшегося камина, но не мог пошевельнуться.

— Евгений Семенович, вы, кажется, горите! — воскликнула Ольга Платоновна. — Смотрите, над вами свет… голубой свет… Леша, гляди, гляди… в свету женщина… она грозить пальцем Евгению Семеновичу… она идет ко мне… она мне что-то говорит… Боже, она меня целует… Леша, Леша, она меня обнимает!.. Вот ужас, она проникла в мое тело!.. Ой, сердце!..

Алфавит

Похожие книги

Polaris: путешествия, приключения, фантастика

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.