Республика ученых

Шмидт Арно

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Республика ученых (Шмидт Арно)

~ ~ ~

(Согласно Interworld-закону № 187 от 4.4.1996 «О сомнительных сочинениях», в § 11а коего рассматривается возможность опубликования политических либо прочих возмутительных брошюр посредством перевода их на мертвый язык в соответствии как с государственным резоном, так и сугубо литературными требованиями, — переведено с американского в варианте Чарльза Генри Уайнера на немецкий на основании полученной лицензии № 46.)

Данные: [1]

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

Если комиссия сочла настоящее сочинение достойным печати, то объяснить это следует, по-видимому, особенностями самого материала, который становится тем самым… не решаюсь даже сказать «доступнее». С тех пор как Одюбон опубликовал в 1982 году свои «Рассуждения о гоминидах» (насколько осторожные в формулировках — о том не считаю нужным и напоминать знатокам вопроса. А ведь в ту пору не было еще никаких ограничений Interworld — закона; он мог излагать и совсем по-другому), практически мы живем в неведении относительно биологического развития в аннигилированной Европе, с одной стороны, и в американском коридоре, с другой. Тут ценен всякий вклад, тем более что, кажется, и в самом деле наметилась заметная стабилизация в смысле гексаподии.

Что касается собственно «Республики ученых», то по крайней мере при чтении второй части предлагаемых описаний у всякого непредубежденного читателя, думаю, возникает впечатление, что и тут мы получили — по радио, по телевидению ли — лишь выборочные сведений. То, о чем нам свыше 30 лет внушают представление как о «Плавающем Парнасе», как о «Геликоне в Саргассовом море», у многих уже вызывает подозрения — в особенности после ознакомления с открытым, для известных инстанций крайне неприятным письмом алжирского лауреата Нобелевской премии мира Абд эль-Фадля. Здесь, пусть и в тенденциозной форме и фривольном тоне, сообщаются новые данные…

Прошу не упускать из виду затруднения личного свойства: ведь переводить пришлось с американского на мертвый язык. Со времен столь рано последовавшей ядерной аннигиляции отечества немецкий язык не сумел сохранить живое соответствие с техническим или социальным развитием, вследствие чего определенные приборы, аппараты, детали и приспособления, а также намерения и мыслительные операции могли быть переданы лишь описательно. Вовсе не говоря уже о, мягко выражаясь, переизбытке свободы в вопросах «sexual intercourse», [2] к которым автор проявляет явно чрезмерный интерес, немецкий язык, к счастью, не мог уже обзавестись выражениями, которые были бы одновременно употребительными и достаточно смелыми, чтобы во всей последовательности изобразить процессы, подобные «уртикации». [3] В сносках будет предпринята в указанных случаях попытка восполнить подобные пробелы.

Что же до там и сям пробивающейся неприязни автора, имеющего немецкие корни, ко всему немецкому, как и до его, мягко говоря, эксцентричного склада ума, то могу лишь заверить, что и в таковых местах я стремился к корректному переводу. Оригинал предлагаемой «Республики ученых» находится в отделе рукописей городской библиотеки Дугласа/Каламазу; 8 снятых с него микрофильмовых копий — в местах, предусмотренных для этого международными соглашениями. Немецкий перевод был осуществлен по экземпляру № 5 (Вальпараисо).

Чубут, Аргентина, 24.12.2008 г.

Хр. М. Штадион

~ ~ ~

22.6.2008: На длинных лучах-ходулях туго стянутое тельце солнца-паука поверх ландшафта.

Под вечер в машине: [4] проверить все еще раз? — Да: итак, блокнот, бинокль, зеленые очки; документы первым делом./А дорога убегала назад, погромыхивая под колесами: солнце, кактусы вперемешку. Обе мои клешни праздно лежали у меня на коленях. Рядом курил капитан (и пел; сплошные «уны»: moon [5] и noon [6] и June [7] и recoon [8] — может, уже появились группы людей, которые овладевают запасом слов только с определенной вокальной окраской?).

«Плохая дорога!» — Но он лишь пожал плечами: мол, идет-то она к Стене./В 16 часов мы оставили Прескотт, штат Аризона, залитый зноем, как янтарем; (Люди в блоках из синтетической смолы; это давно уже не новость. Дабы сохранить моду и прочее для потомков. Экспонат № 238 из музея в Детройте давно когда-то, в детстве, был моей великой любовью (хотя по теперешним понятиям до смешного старомодной; этой даме, бывало, я не раз был обязан своей мальчишеской эрекцией. Лет одиннадцать, как не видел: скакали вдаль мои мысли.)).

«Эта пыльная полоса на горизонте?»: «Да. Она и есть — Стена».

(И сбавил скорость; мотор стал еще тише. Мы ехали прямо к ней.)

Потом повернуть на север и все время вдоль нее: «Ну и ну — 8 ярдов высоты!» А это не мелочь, если вдуматься: дважды по 4000 миль бетонной стены, чтобы с обеих сторон отгородить наш американский атомный коридор! (А любопытно, каково там, в Полосе: по слухам, в Неваде уже бродят стада кентавров! Не говоря уже о прочих сплетнях. Как-никак я первый за последние 11 лет, кто получил пропуск на транзитный проезд!)

И все это время — вдоль бесконечной светло-серой бетонной стены (составленной из плит, 2X2 ярда). Позади оба охранника в форме цвета хаки развалились на мешках с почтой всеми своими в общей сложности 13 футами. Тот, что слева, смолил сигарету за сигаретой; один из них воткнул в ухо радиоаппарат и слушал что-то смешное (по выражению лица ведь всегда видно, что им наяривают в данный момент!)./«Вы не знаете, каково поперечное сечение стены? Ну, толщина или как там?» Он сначала аккуратно взял поворот и лишь потом нехотя скривил равнодушный рот, да еще покачал головой и слегка пожал плечами: «На кой?»/(Li'll information here). [9]

17 часов 20: «Застава» (ну наконец-то!). Мы заложили изящный угол на четверть круга и остановились: тут же в черных амбразурах белых стен показались головы команды. (Термометр на стене: 35 градусов в тени. Предсказывали еще и дальнейшее потепление; не соскучишься.)

«Уайнер? — : Чего это вдруг?: И я немедленно вынул свои бумаги: паспорт с водяной фотографией, отпечаток большого пальца, снимок зубов, форма и размер пениса. Затем восьмикратно (то есть всеми восемью державами) проштемпелеванное разрешение на посещение Республики ученых — по правде говоря, такого видеть им еще не приходилось!/Затем на отдельном листе выданный США пропуск на проезд через Полосу гоминидов. (Его-то, морща лоб, то и дело подносил он к своим глазам, господин полковник. Что-то ворочало мысли за стеной его лба, сложенной в Вестпойнте. Он удалился с моим драгоценным листком куда-то в канцелярию, в недра дома. Говорил там по телефону; долго. — Когда вышел снова, что-то в нижней части его неприятного солдатского лица ухмылялось, он словно продолжал кивок, начатый еще там, за телефоном.) Кивнул еще раз: «Right. [10] —: Well. [11] —: Для начала вам, конечно, надо пройти осмотр. И еще: я пошлю с вами эксперта. Ветер восточный, это на руку».
-

На белом-белом дворе (а моя сумка, вопиюще крошечная, стояла рядом со мной). Снаружи сержант проверял, какое, предписанное ли 20-кратное, увеличение у моего бинокля (иметь большее гражданским лицам запрещено; согласно Interworld — номеру такому-то: слишком много чего увидим на луне, что ли?). Линзы из синтетической смолы давали, однако, увеличение ровно в 19,74 крат; надо было ему сразу сказать, ведь Caltech [12] проверял. И он нехотя вернул его мне./Потом явился врач:

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.