Марина

Морозова Екатерина

Жанр: Современная проза  Проза    2012 год   Автор: Морозова Екатерина   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Глава 1

— Как прошло лето? — спросил Андрей, присаживаясь рядом.

С одной стороны, очень хотелось наорать на него матом. С другой стороны… В общем, об этой «другой стороне» Марина старалась пореже думать. Еще было обещание самой себе поменьше бросаться на людей, поэтому она ответила:

— Нормально. А твое как?

Андрей принялся описывать свои тусовки и девушек, и Марина поняла, что надо было все же послать его, а не отвечать по правилам светской беседы.

Как видно из первой фразы, было 2 сентября. Начался учебный год. Учителя заверяли девятиклассников, что впереди «самый ответственный год». Ученики издевались над учителями и грубили им. Все как обычно.

«Нормально», — подумала Марина. Да уж, лето было веселое. Ходить по улицам, думая, как быть дальше. Перебегать дорогу, чтобы купить стаканчик кваса, не заботясь о машинах. Сидеть Вконтакте, сетуя на свою слабую волю, недосып и никого онлайн. Иначе как «нормально» не назовешь.

Лето начиналось просто замечательно — солнце, тепло, прогулки с подругой, переписка с Андреем. И черт дернул Марину создать ту официальную страницу! Видите ли, популярности захотелось! Через пару-тройку дней, когда на странице было десять постов и три подписчика, туда сунула нос Лена. После чего на почту Марине пришло:

«Мыслитель ты наш великий с обалденным жизненным опытом! Опровергать избитые истины и наезжать на знаменитостей — это круто? Мне что-то так не кажется».

«Мы еще посмотрим, сколько народу на то подпишется! — ответила Марина. — По-любому, то только начало. С чего ты взяла, что все будет таким же?»

«Потому что я тебя знаю семь лет, черт возьми! — был ответ. — И что-то я не помню, чтобы ты хоть одну из этих мыслей вслух высказывала».

«Лен, времена меняются. Теперь я думаю так. И пишу об этом. Не нравится, не читай, я не заставляю!»

«Знаешь, хорошо, что мы уже пару лет как не в одной школе учимся, — выдала Лена. — Тогда нам приходилось общаться, потому что выбора особо не было. Теперь можно и не терпеть друг друга».

Марина тоже думала когда-то, что, сменив школу, можно будет общаться со всем классом, и все будет прекрасно. Но класс ее не принял с распростертыми объятиями, поэтому приходилось сидеть в наушниках и с книгой в углу класса. Только недавно с ней начал общаться Андрей, а следом за ним и другие. И Лена — это не весь мир. Это Марина уже осознала.

«Не терпи, — ответила она подруге. — Ты тоже не божий одуванчик, тогда уж».

«Пароль от контакта только смени, — попросила Лена. — А то мне как-то неохота лазать по перепискам человека, который мне даже уже не друг».

«Всегда пожалуйста! — отозвалась Марина, удивляясь, как, оказывается, легко поссориться. — Двадцать девять символов достаточно?»

«Сообщение не отправлено. Пользователь ограничил список людей, могущих отправлять ему сообщения». Тысяча чертей, ну и темперамент!

До конца дня Марина радовалась, что можно не бояться и писать все, что думаешь, гулять с кем и когда захочется и ни перед кем не отчитываться в своих делах.

Ночью приснилось что-то очень грустное. С утра накатила депрессия. Музыка не помогала, потому что все песни быстро надоедали или не нравились вообще. Хороших книг в пределах досягаемости не было. Ничего не оставалось, кроме как взять ноутбук и пойти бродить по городу в сторону Мак-Дональдса.

Тихий подмосковный городок, в котором жила Марина, был довольно крупным. Там был и кинотеатр, и автовокзал, и довольно-таки много улиц, где нормальному пешеходу делать нечего. Марина жила в сравнительно маленькой и незагазованной части города, но здесь она уже все исходила, поэтому направилась ближе к центру, где был бесплатный wi-fi и где можно было спастись от жары ледяным квасом…

Ладно, эти походы уже в прошлом. И машина, едва не сбившая Марину и доведшая до истерики ее маму, тоже. И единственная в жизни прогулка с Андреем, во время которой Марина хотела признаться ему в любви, но так и не набралась сил. И юбилей в десять подписчиков. И в двадцать. И даже в пятьдесят. Лето было «веселое». Вешаться не хочется. Обнимать весь мир тоже.

— Марина, ты что, не слушаешь? — удивился Андрей, искренне считавший, что он обалденный рассказчик. Все-таки он довольно противный, несмотря на… Короче, понятно, на что, оборвала себя Марина, глюки у всех бывают, но их надо лечить, а не пестовать.

— Не слушаю, — честно ответила Марина. — Больше того, я о своем думаю.

Андрей засмеялся — у него было гипертрофированное чувство юмора:

— Правильно, не надо меня слушать, я фигню несу. Лучше музыку послушай.

Марина вздохнула — его музыка была ей не по нутру, была какая-то слишком… безлико-популярная. Среди нее попадалась и хорошая, но Марина слушала только хорошую (иногда сорокалетней давности), а Андрей — всю новейшую и популярную. Марининой любимой функцией контакта были «рекомендации», любимыми функциями Андрея — «новости», «рассказать друзьям» и «популярное». И «личные сообщения», где было полторы тысячи писем их переписки.

— Спасибо, я лучше свое старье послушаю, — отказалась она. Андрей опять засмеялся и стал петь что-то жутко современное и попсовое. Пришлось включить не любимых ДДТ, а Heavenly. Андрей поморщился, так как Маринины наушники многое пропускали «наружу», но стерпел, так как считал себя «коммуникабельным и неконфликтным».

Начался очередной урок. Учителя в этой школе, в отличие от учеников, были хорошие. Но только как люди. Как учителям им не хватало… Строгости и организованности, что ли. Марина переключила музыку на более тихую и не пропускаемую, спрятала наушники в ворот свитера и встала, приветствуя входящую учительницу.

Глава 2

— Марина, что по английскому задали? — спросил вездесущий Андрей.

— А я откуда знаю, черт возьми? — огрызнулась она. Сейчас она переживала обострение несчастной любви, поэтому хотелось врезать Андрею в челюсть за вопиющие отклонения от идеала.

— Ну да, ты никогда ничего не знаешь, — ответил Андрей. — Когда учитель спросит, небось ответишь! Ботаничка чертова…

— Да, я такая, — доброжелательно улыбаясь, сладким голоском проговорила Марина. — Что-то не нравится, иди к нехорошей матери с моей парты. Насильно не держу.

— Иди неблизко! — дружелюбно послал ее Андрей. В последнее время этот… homo sapiens завел привычку копировать Маринины выражения.

— Иди лесом, полем, морем, самолетом и туннелем под Ла-Маншем! — ответила Марина. Это ругательство у нее сложилось недавно, и она его еще ни разу не озвучивала.

— Надо записать! — Андрей полез за бумажкой со списком ругательств.

Забыла сказать, дело происходило на уроке. Да, не очень-то заметно по сюжету, но, как уже было сказано, учителя в этой школе были слишком мягкие. Но в этот раз, видимо, учительница отступилась от своих правил и задалась целью забрать листок с ругательствами.

— Не надо, я уже убираю! — запротестовал Андрей. — Вот ведь пятая точка с карандашиком! — выругался он, когда угроза миновала.

— Долбоежик ты, — прокомментировала Марина. — Колючий. Даже своего ругательства придумать не можешь, не то что уважать людей, которые старше и лучше тебя! — Первая фраза была сказана добродушно, под конец она уже говорила в голос и весьма недоброжелательно.

— Нет, блин, пушистый! — Андрей пропустил нравоучения мимо ушей, чему Марина порадовалась. Иначе бы он начал распинаться на тему «мы не виноваты, что поздно родились». Марина была с ним согласна, но ведь учителя здесь были действительно хорошими людьми и приятными собеседниками. А не монстрами, которыми их считали одноклассники.

— Не пушистый, — подтвердила Марина, подхватывая шутку. — Налысо бритый, химически завитый, да с видом побитым.

— Что за бред рифмованный? — спросил Андрей.

— На себя посмотри, великий рифмоплет!

Андрей говорил Марине, что пишет стихи, и обещал прислать парочку, но так и не прислал. Цитировал иногда, но на поверку это оказывалось из какой-нибудь современной попсы. Так что верилось слабо.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.