Сказка про Курочку Рябу на новый лад

Константин Тимин

Жанр: Детская проза  Детские  Сказки    2016 год   Автор: Константин Тимин   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сказка про Курочку Рябу на новый лад (Константин Тимин)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВСТУПЛЕНИЕ

Мой маленький друг, ты уже умеешь читать?.. Если нет, то попроси папу или маму, отложить на несколько минут домашние дела, и прочитать тебе известную русскую народную сказку, но по-новому. Надеюсь, она тебе понравится. Итак…

*****

Жили-были Дед да Баба, и была у них Курочка Ряба. Снесла раз Курочка яичко, но не простое, а золотое. Дед бил-бил, не разбил. Баба била-била, не разбила. Мышка бежала-бежала, хвостиком махнула, яичко упало и разбилось. Плачет Дед, плачет Баба, а Курочка кудахчет: «Не плачь Дед, не плачь Баба. Я вам новое яичко снесу, не золотое, а простое».

И снесла Курочка снова яичко, но не золотое и даже не простое, а изумрудное. Положили Дед и Баба его на печь, а сами легли спать на полатях 1 .

Утром смотрят, а вместо яйца изумрудного — молодец лежит, но до того пригожий — ни в сказке сказать, ни пером описать. Спит на печи богатырским сном. «Свят, свят, да отколь же он тута?» — перекрестившись, переглянулись Дед и Баба. Пропел петух. Молодец проснулся, потянулся, сел…

— Доброе утро, добрые люди! — молвил молодец.

— Здравствуй, касатик, здравствуй, — хором ответили Дед и Баба. — Кем же ты будешь?

— Величают меня Иван-царевичем, а родом я из ваших краёв — сын покойных царя с царицей, мир их праху…

— Да, как же так? — удивились Дед и Баба. Ведь у нас есть царица Амьдев, которая правит нами! Правда, люди бают 2 , будто она законного наследника извела, да поди, угадай, что в тех байках — правда, а что ложь.

— Неужели Амьдев теперь на троне моих предков?! — горестно воскликнул царевич. — Видно люди правду говорили, а я-то думал, что ей это не удастся…

— В канун моего дня рождения, — начал рассказ Иван-царевич, — во дворце был бал. Мне сказали, что какая-то особа, привлекательная и милая, хочет познакомиться со мной после танцев в дворцовом парке. Я пришёл к месту встречи ещё до окончания танцев. Сел на любимую скамейку-невидимку под раскидистым деревом. Оно накрывало её так хорошо, что с двух шагов не было видно, сидит на ней кто-нибудь или нет. До этого злосчастного вечера я очень любил со своей невестой Марьюшкой сидеть там. Вот и на этот раз я сел на эту скамейку, так что мне была видна вся аллея, на которой показалась таинственная незнакомка… Ох, лучше бы не появлялась: седая, костлявая, не зубы, а клыки, нос горбатый с подбородком целуется, одежда вся в лохмотьях, походка семенящая, голос какой-то пискляво-визгливый…

— Батюшки-святы, да ведь это ж — Амьдев, — вымолвила Баба, перекрестившись. — Я давеча 3 в стольграде 4 на базаре была и видела её там.

— Люди сказывают, будто бы Амьдев — ведьма, — добавил Дед. — Весь люд мирской от её злодеяний стонет, тебя и твоего батюшку с матушкой добрым словом вспоминают. Для всех великая радость будет, когда ты воротишься на трон.

— Говорят, что слуги Амьдев ходють в стольграде, среди людей неузнанными и выведывают о желании свергнуть её, и поэтому она будто бы непобедима.

— Неужели нет места, где её колдовство не действовало бы? Где можно было бы поговорить, не опасаясь слуг Амьдев? — спросил Иван-царевич, оглядываясь.

— Есть такое место — одно-единственное в стольном граде, в соборе, где покоятся твои предки, Ванюша. Место это святое, — ответили Дед и Баба. — Вот там-то и можно говорить, не боясь Амьдев и её слуг, — им туда хода нет. Прознать же о заговорщиках за пределами столицы Амьдев не может. Но как ступишь на землю стольграда, тут уж не болтай лишнего, акромя собора — моргнуть, не успеешь — очутишься в темнице.

— Ну, так вот, — продолжал Иван-царевич, — сижу я, притаившись, на скамеечке и слышу, как эта ведьма бормочет себе под нос: «Ничего, царя с царицею мне не удалось извести, — сами околели, но зато их наследника я нынче погублю», — захохотала она. И вдруг вижу — окуталась она на мгновение каким-то дымом ли, туманом ли, а когда он рассеялся, я увидел красавицу. Она была столь прекрасна, что на мгновенье я забыл, кто она на самом деле и… едва не влюбился в неё. Она видимо, на это и надеялась. Но свою невесту Марьюшку я не на кого не променяю! Когда Амьдев отошла от дерева, под которым я был, я вышел из укрытия, и подойдя к ней, сделал вид, будто я только что пришёл.

— Что же дальше было? — с нетерпением спросили Дед и Баба.

— Дальше?.. — Просто побеседовали мы с ней. Обменялись комплиментами, она намекнула, что давно тайно любит меня. Я ответил, что если бы моё сердце не было отдано другой, то оно принадлежало бы ей. При этих словах в её глазах сверкнула лютая ненависть и злость. Вдруг, небо потемнело, блеснула молния, грянул гром, поднялся ужасный ветер, который в мгновение ока разметал весь бал. И тут среди этого ужасного грохота я услышал голос: «Ха-ха-ха! Наконец-то я разделаюсь с царевичем, а заодно и с его невестой — превращу в кур и продадут их на базаре. Ха-ха-ха-ха-а!..» Потом всё закружилось, завертелось, белый свет померк. У меня перед глазами поплыли круги, среди них то хохочущее лицо Амьдев, то печальный образ Марьюшки, то её перстень, то лики батюшки с матушкой, просящих не оставлять трон ведьме, которая много горя и страданий принесёт людям.

— Что правда, то правда — много бед и несчастьей Амьдев принесла нам, сокрушались Дед и Баба.

— …Очнулся же я у вас на печи, — закончил рассказ молодец, — и что дальше делать, ума не приложу.

— Иванушка, ты давеча обмолвился о каком-то перстне. Что это за перстенёк? спросил Дед.

— Перстенёк-то — непростой — волшебный. Марьюшка сказывала, что ей этот перстенёк с камушком подарил дядюшка-садовник на память о её прабабке, которая, говорят, была феей… Коли камушек повернуть, можно обернуться либо птахой поднебесной, либо зверем лесным, либо гадом ползучим, — объяснил Иван-царевич.

— С таким-то перстнем и во дворец можно незамеченным проникнуть и узнать, как одолеть Амьдев, — смекнула Баба.

— Сначала Марьюшку надо найти, — печально произнёс молодец, а я даже не знаю где она. Жива ли она?..

— Не горюй, царевич, сыщем твою красу ненаглядную, — ободрил Дед молодца. Баба, а Баба, ты, кажись, сказывала, что когда покупала Курочку Рябу, рядом ещё курочка сидела?

— И верно, Дед, ту, вторую курочку, купила бабка из соседнего села, что в нескольких верстах отсюда.

* * *

На следующее утро пошли они в то село. Отыскали ту бабку, которая купила вторую курочку — Пеструшку. Зашли к ней во двор…

— Глянь-ка, Дед, во-о-на та курочка, — произнесла Баба, увидев кур, клевавших пшено, — пёстренькая такая.

— Да, ты посмотри, Баба, у этой Пеструшки — цыплята. Что ж нам её вместе с ними брать? — ответил Дед.

— Может быть и с ними, — задумчиво произнёс Иван-царевич. — Ведь у Курочки Рябы не было цыплят, она сама, как вы говорите, снесла изумрудное яичко! Здесь же, с Пеструшкой всё иначе, — в раздумье добавил молодец, — и как в воду глядел 5 . — А вдруг волшебно яйцо, благодаря которому Марьюшка может быть расколдована так же, как и я, снесёт одна из тех курочек, что сейчас бегает с мамой Пеструшкой?..

Хозяйка Пеструшки оказалась бабой хитрой и в сказку об изумрудном яичке не поверила. И наша троица только поздно вечером воротилась со всем куриным семейством домой.

* * *

Иванушка, хоть и царевич, — никакой работы не чурался 6 — курятник починил, крышу залатал, крыльцо подправил, дров наколол. Наравне с Дедом косить научился, вставал с первыми петухами, всеми крестьянскими навыками овладел. Дед и Баба не нарадуются, на него глядючи.

А тем временем цыплята подросли, стали курами. И вот она из них снесла своё первоё яичко. Оказалось оно изумрудным. Как же радовались Иван-царевич, Дед и Баба когда увидали его. Они, как и в прошлый раз, положили яичко на печь, а сами с царевичем зареклись 7 в эту ночь спать. Но вскоре сон накрыл их своим тёплым одеялом.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.