Рождение Таганрога

Скворец Виталий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рождение Таганрога (Скворец Виталий)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Азов – город крепость

Османский Главнокомандующий Коли-руби Жги – Паша был сегодня весьма в плохом расположении духа. Просто в мерзопакостном! Мало того, что казачий форт Азов, на взятие которого планировалось максимум два дня, уже держался второй месяц, так сегодня, один из его верных генералов Люля Кебаб как раз в этот момент доложил, что в результате столь длительной осады бравая османская конница несёт страшную потерю в лошадях. И виной тому не меткая стрельба, обороняющих Азов казаков. Кони просто съедаются войсками и очень скоро вся кавалерия превратится в пехоту. Потомственный военный, обласканный вниманием самого Персидского Императора, Сатрап-Султана, Главнокомандующий Коли-руби Жги – Паша никак не мог понять, почему он не может с десятью тысячами, проверенных, всадников-головорезов, от которых боеспособными осталась едва половина, разбить кучку казаков. Из восьми пушек, по началу отвечавших осаждающим из крепости, теперь стреляли только две. Да и защитников становилось всё меньше. И несмотря на это, на предложение сдаться, обороняющиеся раз за разом отвечают, в непристойной форме, отказом…

«– Не даром русская поговорка говорит, что» Не зная броду, не суйся в воду» – Тоскливо-обречённо думал Главнокомандующий, любивший русские поговорки…

О своих потерях Жги – Паша старался не вспоминать. Они были просто ужасающими. И если так пойдёт дальше, то скоро не жалко будет и сожранных коней. Просто ездить на них будет некому. Всё войско либо передохнет, либо разбежится. Уже были случаи не подчинения приказам офицеров! А о каждодневной поножовщине, лучше не думать! Даже офицеры, несмотря на строжайший запрет, устраивают дуэли. В результате командный состав тоже несёт потери! От болезней, драк, ран и зловония у него погибло больше войска, чем в сражении…

«-Всё было бы ещё хуже, да хуже уж некуда». – Раздражённо подумал русской поговоркой Главнокомандующий.

Именно в этот, наихудший в жизни, момент Коли-руби Жги – Паша получил и прочитал сообщение разведки из которого было ясно, что скоро он станет одним из ведущих и влиятельных людей Османской Империи. И ещё, покроет себя и свой род неувядаемой славой. Тому способствовало донесение сбежавшего из русского плена крымского сотника Пограбь бея…

Поэтому он и позвал своего пожилого, жирненького генерала Люля Кебаба, чтобы выслушать донесения, и отдать приказ о выступлении боеспособной конницы в поход…

…В громадный шатёр Главнокомандующего быстрым шагом вошел адъютант Жги – Паши, араб по-происхождению, Изюм ибн Кишмиш.

– Ваше Светлейшество. – С полупоклоном обратился он к своему обожаемому Главнокомандующему: – Прибыл офицер связи, гонец из Стамбула. У него письмо от Императора Сатрап-Султана, да продлит Аллах его годы… Вам лично…

Тут, абсолютно не к месту стоит добавить, что адъютант-ординарец Изюм ибн Кишмиш, был единственным, кто имел право войти без доклада.

Почему?

Да потому, что он сам и докладывал об аудиенции у Главнокомандующего…

На лице военачальника Коли-руби Жги – Паши, не дрогнул ни один мускул. (Такой выдержке позавидовали бы славящиеся своей выдержкой североамериканские индейцы.) В его высокочтимой военной династии эмоции и всякие другие женские сопли, были не в ходу. Но, честно говоря, что-то другое, невидимое глазу, всё-таки дрогнуло.

«– Русские бы сказали, что очко, жим – жим». – Вдруг, подумал холённый Главнокомандующий, (который любил русские поговорки за их точность и остроту) с равнодушным выражением лица. Такое письмо, скорее всего, известит о его отставке и немедленном выезде в Константинополь (Сейчас Стамбул). Да и как же быть иначе! Вместо того, чтобы лихо-быстро разбить крепость – форт Азов и украсив, по обыкновению, отрубленными головами непокорных донских казаков главные ворота крепости, он уже почти два месяца топчется на месте. По начальному плану ещё денёк отводился его войскам на грабёж и насилие в окрестных станицах. Потом планировался рейд на Крым. Необходимо было заставить крымских татар отказаться от союза с Россией…

Но теперь, главной, истинной целью десятитысячной конницы Коли-руби Паши, от которой боеспособной осталась около половины, был захват русского царя Петра Первого в плен. По данным разведки предполагалось, что на мыс Таганий Рог, который находился в ста верстах от Азова, молодой русский царь с небольшим количеством войск лично прибыл, чтобы заложить основы (ни много ни мало!), будущей столицы Российского государства! Вот тут-то, как говорят русские, и «бери его тёпленького!». Ну а потом уже Главнокомандующий планировал немножко пограбить, поубивать крымских татар. Этих изменников, которые вместо того, чтобы стать рабами великой Османской империи, предпочли остаться свободными и заключили союз с Россией…

Перед походом он думал, что сейчас, по истечении без малого двух месяцев, он уже должен был находиться у себя во дворце, обласканный щедростью и милостью Императора. По его замыслам, личина «народного героя» никак не должна была отразиться на его персоне. Он также скромно возлежал бы на своей широкой позолоченной тахте и пил из золотого кубка прекрасный шербет. Наложницы из разных стран скрашивали бы его существование. А он бы с садистским наслаждением вспоминал бы предсмертные вопли убиваемых врагов и прекрасные пейзажи мест, у которых натюрмортами служили трупы с отрубленными головами, посаженными на пики. Тогда, лёжа у фонтана, наслаждаясь изумительным ароматом окружающих цветов, можно будет не вспоминать о смраде стоящем в лагере. А ведь он уже дважды переносил свой командный шатёр. Но многочисленное войско все-таки засерало окружающее пространство. Вонища от каждодневно серящих людей и лошадей стояла такая… Русские бы сказали «вырви глаз». Теперь командный шатёр находился несколько в стороне от шатров, осаждающих и это несколько беспокоило Жги – Пашу. Дело в том, что у казаков была дурная привычка. Они неожиданно, без всякого предупреждения, появлялись небольшими конными группами, и немножко порубив, и постреляв осаждающих, загадочно исчезали в зарослях и распадках. Коли-руби Жги Паша никак не хотел оказаться на пути такой казачьей группы. Все попытки переговоров с обороняющими крепость казаками натыкались на вопиющую грубость, в виде голой жопы, которая выставлялась напоказ со стен крепости очередным шутником. И вот теперь письмо от Императора Султан – Сатрапа. Коли-руби Жги – Паша понимал, что оно не сулит ничего хорошего. Но он также понимал, что известие разведки о прибытии в Таганий Рог российского царя даёт ему шанс на полную реабилитацию. Дело оставалось за малым. Нужно только привести в Стамбул царя Петра, или, на худой конец, его голову. Тогда он не только станет одним из самых влиятельных людей в Империи, но и получит прекрасный шанс поквитаться с завистниками-недоброжелателями…

… – Накормите и помойте с дороги гонца! – Распорядился Паша. – Бумаги и письмо принесите немедленно!

Адъютант Изюм ибн Кишмиш лихо развернулся на каблуках по застеленному на полу шатра толстому персидскому ковру и, оставив докладывающего обстановку генерала Люля Кебаба и слушающего его Главнокомандующего, отправился исполнять поручение.

Полный генерал, который провёл с Коли-руби Жги – Пашой не одну успешную битву, с сочувствием смотрел на своего начальника. Он представлял себе, что может последовать за письмом. Тем более, что он знал, что под славную династию Коли-руби Жги, завистники давно «копают яму»…

– Так, почему войска коней жрут, что больше еды нет? – Раздражённо воскликнул Главнокомандующий, усаживаясь в широкое удобное кресло. Он оторвал сочную виноградинку от, чарующей своей прозрачностью, кисти винограда, которая лежала на дорогом блюде с другими фруктами. Паша уловил жалостливо-сочуственный взгляд своего верного генерала, и это приятно согрело душу.

– Да, о, Светлейший, пищи для войск действительно нет. Все казачьи станицы, до которых доезжают наши разъезды, пусты. Нет ни людей, ни скота, ни провианта. Побросали свои «хаты» и бежали. Что унести не смогли – всё сожгли. Даже рыба ушла в дальние воды. И зверьё разбежалось! – Честно докладывал генерал Люля Кебаб.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.