Именем моей семьи

Муслимов Ильдус

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Именем моей семьи (Муслимов Ильдус)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Бориса привезли в суд за час до начала процесса. Сидя в металлической клетке на потертой от времени и «седоков» скамейке он смотрел в окно, находящееся сбоку от него. Был конец июля, и он даже не знал, какое сегодня число, радовало лишь то, что жара спала, и в камере стало намного прохладнее. Наконец дверь отворилась, и поток людей буквально хлынул в помещение. Пришедшие быстро рассаживались, а Борис искал среди них маму. Она сидела невдалеке и смотрела на него заплаканными глазами. Её взгляд как бы говорил ему: «Сыночек, милый я здесь». Сердитые милиционеры равнодушно наблюдали за типичной, для них ситуацией и лишь изредка отвлекались на секретарш, строчивших протокол заседания. Устав от всех этих судебных волокит, Борис уже не прислушивался к речам судьи, адвоката и прокурора. Как бывший «опер» он знал, что в совершённом им преступлении вряд ли у него найдутся смягчающие вину обстоятельства, и поэтому в ходе следствия он заявлял, что психически здоров, совершал убийства не в состоянии шока, а исключительно из-за мести. И когда судья расспрашивал его о тех или иных эпизодах Борис излагал всё в подробностях безо всякой утайки. А в перерывах процесса, когда народ на время выходил из зала, он облокачивался на стенку и, закрыв глаза, восстанавливал в памяти забытые моменты своей нехитрой жизни.

Глава 1 «Семья»

Будучи оперативником отдела, по раскрытию тяжких преступлений он относился к своей работе так серьезно, что коллеги прозвали его «тошняком». Борис на них не обижался. Большинство его друзей были холостяками, для которых раскрытие очередного «глухаря» – прекрасный повод «упасть на стакан». А он, каждую победу праздновал сердцем. После работы бежал, как на крыльях, к жене Ирине и детишкам: Славке и Дашке. Не ахти большая была у него зарплата, но каждую копейку, нёс в семью, старался, чтобы дети не знали нужды, были сыты, одеты и обуты. Себя же обделял, ограничивался парой брюк и парой рубашек. Родителей никогда не теребил, денег у них не брал, наоборот всякий раз старался помочь им, хоть чем-нибудь.

Его отец – Иван Сергеевич всю свою жизнь проработал на заводе электриком, и вот уже пять лет как на пенсии. Мама – Валентина Петровна, находясь на заслуженном отдыхе, подрабатывала уборщицей в поликлинике, где когда-то была фельдшером. «Золотые у меня родители, – нередко думал Борис, – замечательная семья, хороший дом, любимая работа. Что ещё нужно для счастья. Живи и радуйся».

– Иришка твоя – жена от Бога, – говорил постоянно отец в разговорах с ним.

Да и как было Борису не согласиться.

Ещё мальчишкой, он рос на одной улице с этой белокурой девчушкой. Ругались, дрались, обижались, но как ни странно, всегда делились друг с другом последней конфеткой. Так вместе и шагнули со своего двора во взрослую жизнь.

Отец и мать Ирины живут в этом же городе, на соседней улице. После замужества дочери они продали комнату в «хрущевке» и купили, однокомнатную квартиру. Борису и Ирине по наследству достался старенький домик. Когда-то в нем жила бабушка Бориса. Домик был небольшой, но им было не тесно. В свободные от работы минуты Борис любил думать о детях. Вот сын Славка, например, очень похож на него, такой же целеустремленный и настойчивый. Дочь Дашка – отражение Ирины. Спокойная и уравновешенная, она засиживается с книжками и может попросту не замечать происходящих вокруг нее событий. Владимир был очень счастлив и горд за свою семью

Глава 2 «Свалка»

Однажды в один из рабочих дней в кабинет Бориса вошел участковый из одной с Борисом обслуживаемой зоны. С надвинутой на затылок фуражкой, худощавый «старлей» Серега, сел на край полированного стола.

– Здорово Борь. «Трупешник» у нас опять на свалке. Пока дают колеса надо ехать, а то придется пешком переться.

Борис откинулся на спинку кресла.

– Слушай Серёг, уже третий «жмурик» за месяц. И главное все не опознанные. Не многовато ли?

– А что делать – вопросительно буркнул Сергей. – Говорил я тебе, давай поменяемся с кем нибудь зонами. Из-за этой свалки мы с тобой без тринадцатой зарплаты и без «кварталки». Да ещё выговорами обросли.

– Ну ладно не скули, поехали. – Борис взял папку с бумагами, и они вышли на улицу.

Погода выдалась мерзкой, моросил серый, непрерывный, мелкий дождик. Съехав с асфальтовой дороги старый «УАЗИК» переваливаясь по колдобинам, подвозил их к городской свалке, над которой большой огромной тучей кружило воронье.

К удивлению Бориса на месте происшествия стояла машина начальника ГУВД. Сам полковник Сергеев и судебный медик стояли рядом с БМВ. Доложив о прибытии, Борис с Сергеем стали поверхностно осматривать труп. Мужчина лежал, раскинув руки в разные стороны, глаза и рот были открыты. Одет в грязную рубашку и брюки, на ногах ботинки армейского образца. Рядом валялась сумка из кожзаменителя, наполненная пустыми бутылками.

– Никаких видимых телесных повреждений – сказал эксперт.– По всей видимости, «бомжара». Завтра вскроем, посмотрим.

Начальник, согласно кивнув, обратился к Борису.

– «Труповозку» я уже вызвал.

Сергеев и эксперт уехали.

Пока Серёга опрашивал водителя «мусоровозки», который обнаружил тело, Борис ещё некоторое время приглядывался к трупу. Больше всего его удивил тот факт, что мужчина был аккуратно побрит, ногти на руках подстрижены, да и прическа почти модельная. «Прямо культурный бомж» – подумал Борис.

Подъехал катафалк. Труп загрузили и увезли. Вернувшись в отделение, Борис попросил Сергея сгонять с фотографом в морг, чтобы взять снимки и пальчики этого бомжа. Предстояло попытаться установить личность бедолаги. Может, кто и опознает.

Рабочий день подходил к концу. Уже к вечеру из кабинетов слышался звон стаканов. Традиция «на посошок» соблюдалась чётко. Несмотря на позднее время из сортира доносились крики. Борис знал, что на днях пацаны из соседней зоны задержали группу, в течение года совершавшую убийства таксистов в дачных массивах.. Из туалета с засученными рукавами на рубашке вышел Толян. В руках он держал давно списанную и «покоцаную» резиновую дубинку ПР-73.

– Как дела? – спросил Борис.– Дают расклад?

– Не а… Не «колятся» суки. – Он жадно затянулся сигаретой. – Придётся к старому излюбленному методу возвращаться. Санёк за армейским полевым телефоном поехал. Будем зажигать лампочки «Ильича».

Борис передал ориентировку по обнаруженному на свалке трупу дежурному и пошел на троллейбусную остановку. Подходя к дому, увидел на качелях Дашку и Славку. Ирина стояла рядом. Все вместе направились домой.

После ужина дети уже спали, а Борис с Ириной, сидели на кухне, и пили чай.

– Борь, я тебя не вижу сутками – сказала она. – Дашка со Славкой без конца твердят: Где папа? Почему он так долго? Слушай, может тебе сменить работу? Ведь живут же люди спокойно. Мы тоже так будем жить. А?

Борис взял её руку и поцеловал в ладошку.

– Ириш ну ты же знаешь, я врос в эту работу с корнями. Я «мент», понимаешь?

Она тяжело вздохнула, молча встала со стула и пошла в спальню.

Всю ночь ему снились кошмары. Сначала этот труп на свалке, затем злые и страшные чудовища загоняли Бориса в тупики, где пытались его непременно съесть. Он резко открыл глаза, вскочил с кровати и подошел к окну. На улице светало. Сделав несколько глотков воды, вернулся в спальню, но заснуть уже больше не смог. Так и провалялся до того времени, когда Ирина, накинув халат, пошла на кухню и принялась готовить ему завтрак. Борис нехотя встал с дивана и, одевшись, вышел к ней.

– Сегодня мама забирает детей к себе – сказала она.– Как насчёт романтического вечера? Курица – в духовке, а на десерт- вино и любовь. Согласен?

Борис улыбнулся.

– Конечно.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.