Город железного гостеприимства

Тулупов Сергей

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Город железного гостеприимства (Тулупов Сергей)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Галерея персонажей из закоулков памяти

Полукрепостной инженер

Где-то в конце семидесятых годов прошлого века, в Череповце, в крупном промышленном городе Вологодской области. Весна уже успела обнажить загаженные за зиму газоны, а коммунальщики по традиции не спешили их убирать, дожидаясь череды ленинских субботников, приуроченных ко дню рождения самого человечного вождя всех времён и народов.

Группа добровольных народных дружинников из вспомогательной службы одного из заводов города железного гостеприимства с красными повязками на рукавах пальто и курток бодренько вышагивали субботним днём плавно переходящим в вечер по улице Краснодонцев, вокруг всё было спокойненько.

Наверное, все потенциальные нарушители общественного порядка, мелкие хулиганы и алкоголики с испугу попрятались «от греха подальше», от бравых дружинников во главе с рьяным секретарём партийной организации, успевшим рассказать двум молодым инженерам, будущим работникам вычислительного центра о своих многочисленных туристических вояжах в страны народной демократии.

Увлечённо и с подробностями поведал мелкий функционер о том как «культурно» он проводил время, попивая чешское пиво или венгерское вино, и сколько и каких импортных вещей привёз в родные пенаты.

Неожиданно партиец прервал свой монолог, обратив внимание на группу молодых женщин с сумками и сетками, наполненными скудным ассортиментом товаров и продуктов, на противоположной стороне улицы. Одна из них что-то выкрикивала, обращаясь в сторону дружинников, а затем направилась к ним, по диагонали пересекая дорогу, благо автомобилей на дороге в выходные дни было немного.

– А я кричу, кричу тебе и руками машу, а ты ноль внимания, – обратилась молодая дама к одному из доблестных защитников правопорядка, не доходя метров десяти. – Ты чего Арсений, не узнаёшь? Мы вместе учились в группе на первом курсе в политехе, а потом мне пришлось уйти в «академку» и доучиваться заочно. Я Таня, с рабфака, – добавила бывшая студентка, и как оказалось, уже мать двоих близнецов и замужем, живёт в Волховстрое.

– Привет! Рад тебя видеть. Извини, что сразу не узнал, очки в общаге забыл, – оправдался бывший студент перед приятной, немного полноватой светловолосой женщиной с зелёными глазами, медленно вспоминая образ стройной девушки, которая на втором курсе как-то внезапно исчезла из поля зрения.

– А как ты оказался в этом городе, чем занимаешься? Семьёй обзавёлся? – защебетала Татьяна, по-женски оценивая бывшего однокурсника.

Главный и рядовой дружинники прошли на несколько метров вперёд по тротуару и остановились в ожидании. Некоторое недовольство читалось на лице партийца, вынужденного прервать свой монолог о путешествиях в соцстраны.

– У меня всё нормально, попал на завод по распределению, недавно назначили старшим инженером-экономистом, живу в общежитии, женат, в феврале родился сын. Супруга оканчивает четвёртый курс нашего факультета. А что ты в нашем городе делаешь? – продолжил молодой специалист, не зная как ему быть, до конца дежурства оставалось более двух часов, а в кармане жалкая пятёрка из наличности – особо не разгонишься.

Это в зарубежных фильмах мужчина красиво приглашает, случайно встретив знакомую женщину в кафе или бар, где они могут продолжить приятную беседу в воспоминаниях за чашкой настоящего кофе и бокалом приличного вина.

В суровой действительности промышленного советского города, а скорее большого рабочего посёлка вариантов практически вообще не просматривалось, ну, если только зайти в ближайшую кулинарию, скорее забегаловку с высокими круглыми столами без стульев, чтобы граждане долго не задерживались. Там можно было выпить стакан кофе с молоком и отведать выпечки.

– А мы здесь на экскурсии по линии профсоюзов, за покупками приехали на автобусе, вот кое-что удалось детям купить и немного продуктами разжиться. У нас снабжение в городе хуже вашего, несмотря на близость к Ленинграду. Да уже через час выезжаем обратно, – ответила молодая мать двоих детей, похорошевшая от встречи с однокурсником из студенческого прошлого.

– Девушка, вы нас извините, но вашему приятелю пора идти. Он на дежурстве и при исполнении общественной обязанности, – прервал парторг диалог бывших студентов, испытывающих когда-то давно, в прошлой жизни небольшие симпатии друг к другу, а теперь только крохотную ностальгию по относительно свободной от обязательств юности.

– Ну, вот, не повезло, а то хотел тебя в кафе пригласить и выпить по чашечке кофе – соврал молодой папаша, мысленно радуясь, что легко отделался от немного назойливой располневшей дамы с сумками и авоськами из бывшей студенческой жизни.

А потом стало стыдно за свои мысли и нынешнее положение полукрепостного инженерно-технического работника, когда сам себе не принадлежишь и от всего и всех зависишь, в том числе от болтливого мелкого партийного функционера. Особенно, когда за душой, кроме койко-места в общаге и неясной перспективы получения когда-нибудь в отдалённом будущем квартиры, ничего нет.

Даже возникшее желание послать партийца куда-нибудь подальше, пришлось с улыбкой подавить. Без членства в партии, пусть и формального в советской стране ИТРу вообще не пробиться.

– Запиши мой телефон и адрес, вдруг в командировке или по какой-то надобности в наших краях окажешься, – продиктовала свои координаты, прощаясь, молоденькая женщина.

Едва успел записать их на клочке бумаги, догоняя своих коллег по правопорядку, «крупный специалист» по дежурствам, субботникам и шефской помощи селу по уборке картошки и сушке зерна, а также любых погрузочно-разгрузочных работ, хотя всего меньше года проработал Арсений на сталепрокатном заводе.

Под неугомонную болтовню партийного секретаря о своих достижениях, дежурство успешно продолжилось. Впереди маячил май месяц, а значит добровольно-принудительное участие в посевной кампании в подшефном совхозе, возможно, и без выходных, но за отгулы.

Всё-таки не пятидесятые годы. Это у них, там, «на загнивающем западе» или развивающемся востоке, в те годы работающий инженер, возможно, был специалистом, уважаемым человеком и свободной личностью.

А в нашей стране к концу семидесятых годов инженеры и научные работники окончательно превратились в бесправных крепостных великой военной империи победившего социализма, а точнее партийной бюрократии.

Была ли альтернатива у людей с высшим инженерным образованием.

Даже две: гегемон-пролетарий или бомж.

ВЕДЬ СЕПЕНЬ СВОБОДЫ ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО ДЛИНОЙ ПОВОДКА, НО И В ЧЬИХ РУКАХ ОН НАХОДИТСЯ.

Воспитатель

Начало восьмидесятых годов прошлого века, город железного гостеприимства металлургов и химиков, ставший впоследствии для Сергеевича почти родным.

Суббота в рабочей общаге. Делать было нечего. Арсений, старший инженер-экономист вычислительного центра завода резался с приятелем, соседом по комнате в карты, то в «Подкидного дурака», то в «Буру».

Тишину, прерываемую репликами игроков, внезапно нарушил стук в дверь.

Володя, высококвалифицированный рабочий родом из Украины открыл дверь, в которую тут же ввалился чеховский персонаж из позапрошлого века, на вид лет тридцати в очках и мешковатом костюме на вырост, с поплавком на лацкане пиджака.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.