Последний теракт. Книга вторая

Сакадин Олег

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Последний теракт. Книга вторая (Сакадин Олег)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Часть 4. Голиаф

Глава 1

«Существует некий предел, до которого можно выдерживать боль. Пока существует этот предел, настоящей боли нет».

Айн Рэнд. Источник.

Проснулся Платон тревожно, словно и не спал вовсе, хотя с момента прикосновения головы к подушке прошло больше пяти часов. Лишь после нескольких мгновений он осознал, что был разбужен знакомой мелодией собственного телефона, который валялся у бассейна этажом ниже, и если бы тот не был настроен на полную громкость, никогда бы не дотянулся до слуха хозяина.

«Странно, я думал, что вчера была его последняя песня» – подумал Платон, искренне удивляясь стойкости аппаратуры.

Чувствуя легкое головокружение, он спустился на первый этаж в большой каминный зал, акустика которого усиливала звуки разрывающегося телефона, хотя тот лежал и упорствовал возле бассейна, который находился чуть дальше за стеной.

Платон пару раз чуть не поскользнулся на мокром кафеле, сомнительно посмотрел на небольшую лужицу, в центре которого обосновался телефон, и, осторожно, двумя пальцами, выудил пленника из чужеродной среды.

– Да, я слушаю?

– Платон Сергеевич! С вами все в порядке? – голос Смольной был весьма взволнован.

– Вроде живой, – неохотно ответил тот. – А что случилось?

– У нас тут полный аншлаг. Я уже отменила утреннее совещание по проекту, которое вы назначили два дня назад, и распустила всех по рабочим местам. Потом приходил Соколов собственной персоной, искал вас. Потом звонили из администрации Кеми, по поводу какого-то договора – я перетрясла весь юридический отдел, но начальник божиться, что все по этому делу находиться исключительно у вас. Потом…

– Ладно-ладно! Я понял! – запротестовал Платон. – Собираюсь, скоро буду.

– За вами прислать машину?

– Не стоит, я сам.

– Да и еще, – неуверенно продолжила Евгения, сильно смущаясь.

– Говори, – подбодрил ее Платон.

Тем не менее, Смольной потребовалось еще некоторое время, дабы собраться с духом.

– У меня к вам есть одна просьба, это не совсем по работе, точнее, по работе, только не по моей, хотя и относящейся к корпорации в целом, в общем, это касается одной моей знакомой…

– Ладно, я понял, в офисе расскажешь. Помогу чем смогу, сама знаешь.

– Да-да, конечно, – выдохнула Смольная. – До встречи!

– Пока.

Платон принял душ, немного постояв под потоком ледяной воды, желая взбодрить уставшее тело, наскоро перекусил, приоделся, схватил спутниковый телефон – единственное средство связи, находившееся в добром здравии, ибо прежний сотовый друг, героически пережив ночь в водной среде, после разговора со Смольной испустил свой последний электрический вздох, но Платон решил не выбрасывать его на помойку, видимо учитывая прежние боевые заслуги, а просто отдать в ремонт – и выскочил на улицу.

Красный Мерседес стоял на своем месте, причем настолько вписываясь в окружающую среду, словно был создан именно для нее, да и сам дом со всеми дополнительными строениями был будто построен с целью облагородить и подчеркнуть внешний облик машины.

«Анастасия Викторовна. Настя», – пронеслось в голове.

В салоне было приятно и тепло, видимо, совсем недавно еще работал двигатель. Платон медленно уселся за руль, явно в смущении, и осторожно огляделся по сторонам. Несмотря на все усилия, привести в порядок мысли так и не удалось, к тому же на душе скребли такие адские кошки, словно вместо когтей орудовали заточенными граблями.

– Настя? – не громко сказал он, но тут же умолк, словно прозревший, схватился за голову и зажмурился, будто ожидая мгновенной атаки со стороны.

«Идиот!!!».

Просидел так Платон с несколько минут, ненадолго открывая глаза и снова жмурясь, но в итоге пришел к выводу, что опасность миновала, и его оплошностью никто не воспользуется. Почувствовав облегчение, он достал небольшой ноутбук с заднего сидения, и подключил его к прикуривателю.

– Ты здесь? – быстро пробежался по клавиатуре Платон, едва только система загрузилась.

Нет, знаешь, вышла погулять, но скоро вернусь, – забегала невидимая рука в ответ. – Будь осторожен, Платончик, не забывайся, пожалуйста.

– Да-да, я знаю, прости.

Ничего. Как ты себя чувствуешь? Как голова?

– Как после свидания с гильотиной. Мыслей не собрать.

– Понимаю. А я вот «Карамазовых» дочитываю, уже вечером перейду на «Крошку Доррит».

– Завидую, – искренне признался Платон, которому в эту минуту до мировых шедевров классики было так же далеко, как вплавь до острова Пасхи.

– Ты очень утомлен. Хочешь, я поведу? На работу ж ведь?

– Ага, в Сити. Было бы неплохо, – согласился он.

Двигатель издал приглушенный звук и машина завелась.

Поехали, только открой ворота.

По дороге Платон умудрился заснуть, но был разбужен на этот раз звуками спутникового телефона.

– Черт бы тебя побрал, Платон! – вместо будильника прорычал Соколов. – Какого хрена ты не берешь этот телефон, когда звонят!?

– А, Саш, я… привет, я просто сильно устал. У меня была просто адская ночь.

– Знаю я вас, молодежь, с вашими адскими ночами, – немного смягчился Александр, – и не стоит путать красивых баб с рогатыми отродьями преисподней. Ты где?

– Еду на работу, – Платон решил не развеивать миф содомской ночи.

– А ты ранняя пташка, я погляжу, ха-ха! Ладно, как будешь на месте, заскочи ко мне, есть разговор.

– Да, конечно. Что-нибудь случилось?

– Ничего смертельного. На месте расскажу. Жду!

И он повесил трубку.

Платон не почувствовал тревоги видимо потому, что на душе ее и так было перебор. Он просто уставился в окно, смотря на мелькающие мимо дома. Машина легко скользила по улицам города, руль лишь слегка покачивался из стороны в сторону на изгибах дороги. Все это, безусловно, выглядело дико, но Платон решил больше ничему не удивляться.

Дожить до вечера, только бы дожить и не свихнуться! Он должен услышать ее голос! Услышать еще раз и понять, что он не конченый псих! И в то же время все вокруг было реально, просто одна реальность отчаянно пыталась вытолкнуть другую потому, что та, вторая, ну никак не вписывалась в рамки человеческих стереотипов. Более того, она не просто противоречила здравому смыслу, но еще грозилась стереть в порошок первую, более спокойную и уравновешенную реальность, реальность полную жизни, достатка, друзей, возможной любви, огромных перспектив, да чего только она в себя не вмещала! Что предлагала та, вторая? Она не только ставила под вопрос существования его, Платона, жизни, но и готова была положить на алтарь чудовищной правды миллионы других, ни в чем неповинных жизней! И все-таки в глубине души, где-то очень глубоко он втайне надеялся, что все еще обойдется.

На работе, как всегда, была рабочая атмосфера, и творческий беспорядок в головах читался чуть ли не в каждом встречном взгляде сотрудников. Платон быстро проскочил к себе в кабинет, не желая ни с кем говорить.

Смольная сидела на кожаном диване для редких посетителей и пила кофе. Завидев пропавшего шефа, она резко вскочила и схватила со стола свою извечную спутницу – черную кожаную папку, в которой всегда лежали все необходимые для работы бумаги и записи.

– Платон Сергеевич! Что нам делать с совещанием по проекту? Переносим на завтра?

– Не стоит, – Платон уселся в свое необъемное, очень удобное компьютерное кресло. – Созови всех на пять.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.