Свобода навсегда

Запольская Нина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Свобода навсегда (Запольская Нина)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дожди здесь шли, как по расписанию – можно было часы проверять.

Дожди начинались ровно в пять вечера и шли час. Потом опять выглядывало солнце, и через двадцать минут – словно бы не было никакого сумасшедшего ливня. Солнце здесь рано вставало и рано садилось на покой, а день длился 12 часов. Не успевал Комбат приготовить им немудрящий ужин, состоящий из выловленной в реке рыбы-пираруки, как на небе кто-то поворачивал выключатель, и наступала ночь. Смертельно усталые, они падали в гамаки, намазавшись средством от москитов из листьев и смолы туземных растений, названия которых он, Винский, теперь уже забыл.

В тот вечер Винскому долго не спалось. Он ворочался в гамаке, пытаясь найти удобное положение. Удобного положения всё не было, а было жарко и душно, по заросшему лицу растеклось треклятое антимоскитное средство, свербило потное, вонючее, давно не мытое тело, а в голове крутились, не прерываясь ни на минуту, обрывки давних грёз, старательно забытое мерцание парчи, чёрная пена кружев и заломленные женские руки.

– Хочу цыган, – громко сказал Винский в темноту.

– Да где же мы тебе здесь цыган-то возьмём? – откликнулся из темноты Док сонным уже голосом.

– Не знаю, – ответил Винский и добавил. – Душа просит…

****

Цыганки пели. Они плавно ходили по кругу, вздымали над головами узорчатые шали, пёстрые юбки их развевались, смутно обрисовывая стройные бёдра и ноги, лица были горды и самозабвенны, пышные груди колыхались в такт песне. Гитары рокотали грустно, чувственно и нежно, им пронзительно вторили скрипки. Винский ощущал мелодию всей кожей: в этом пении ему чудились дальние дороги, вольная воля и запах ковыльных степей.

Винский не спускал глаз с цыганок, стараясь их сосчитать, а поскольку те двигались по кругу, он начал отсчёт с высокой певицы, грудь которой покрывали нанизанные в несколько рядов золотые мониста – смуглое, царственное лицо цыганки было озарено волнующей и погибельной красотой и, словно бы, заключало в себе много-много женских лиц, знакомых и важных ему когда-то. Скоро, что странно, высоких царственных цыганок в кругу оказалось две, и Винский сбился со счета.

– Двойняшки? – удивлённо спросил Винский, оборачиваясь к цыгану Сальвадору, сидящему рядом с ним у костра на охапке веток.

Сальвадор, – смуглый до черноты старый цыган с глазами хищного хитрого зверя, морщинистыми щеками, выступающими скулами, жёсткими складками у рта и гривой спутанных ветром волос, – шумно вздохнул и ответил:

– В колумбийской кухне смешаны традиции народов древней Америки, европейских переселенцев и выходцев с азиатского континента…

– Да-да, – невпопад пробормотал Винский и опять посмотрел на цыганок.

– Нет, вы послушайте, – настойчиво продолжил цыган Сальвадор, хватая его за руку. – Это очень хорошая кантина, сеньор Винский, и совсем не дорогая. Там вам подадут зажаренного на углях поросёнка-лечону, фаршированного рисом, горохом, зерном и специями… Морсилью – ливерную колбасу, начинённую рисом и горохом… Чунчульо – колбаски из птичьего мяса… И конечно, мазаморро – суп из мяса и овощей с добавлением бобов и муки…

Винский посмотрел на него и кивнул. Глаза старого цыгана блеснули. Он встал и вошёл в круг цыганок. Тут же один из цыган протянул ему свою гитару. Сальвадор зажал гитару в крепких руках и затянул какую-то ритмичную песню. Певицы задвигались быстрее, мелко потрясывая упругими плечами.

К Винскому на освободившееся место подсел Комбат. Охапка веток под его мощным телом жалобно захрустела и просела почти до земли. Комбат оценивающе покосился на прогорающий костёр и сказал:

– Но наш уважаемый сеньор Сальвадор не договаривает… Вместо кашасы они в той кантине подают анисовую водку…

– Анисовую водку? – воскликнул Док, сидевший по другую руку от Винского. – Но я не люблю её!..

– Ну, – протянул Комбат, пожал широкими плечами и виновато улыбнулся. – Индейцы её пьют…

– Я тоже не люблю анисовую! – сказал Винский. – Сеньор Сальвадор обещал нам лучшую в мире колумбийскую выпивку…

Тут Док воскликнул:

– От этой пляски у меня в глазах двоится!..

– У меня тоже… Прямо морок какой-то, – ответил Винский и спросил у него. – Ты сколько высоких цыганок видишь?..

Док присмотрелся.

– Кажется, две, – сказал он, наконец, но тут же исправился. – Нет, три… Две – рядом с медведем и одна – рядом с сеньором цыганом… Или две – рядом с сеньором цыганом?..

Винский присмотрелся к поющим цыганкам, которые ходили по кругу и взмахивали руками: высоких царственных цыганок, действительно, было три.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.