Хищница

Сунгирский Сергей

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хищница (Сунгирский Сергей)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Девушка и змей

1

…На противоположной стороне моей улицы – маленький цветочный магазинчик. За окном – неуютно и дождливо. Над улицей – вечерний сумрак. А в ярко освещённой витрине магазинчика алеют розы, зеленеет всякая теплолюбивая тропическая экзотика. Цветут орхидеи и лилии. Из окна, сквозь пелену мелкого осеннего дождя, в конусе света уличного фонаря, видно, как изредка, к магазинчику подъезжают машины, такси. Люди заходят внутрь. Потом торопливо возвращаются с цветами в тепло салонов авто. И, быть может, кто-то надолго запомнит сегодняшний осенний вечер. Потому, что кто-то кому – то подарит сегодня маленькую радость, цветы. Как символ, как знак …может быть, – того лучшего, на что способна человеческая душа. И …никому из них и в голову не придёт задуматься над природой данного эстетического феномена. Почему?! У людей принято дарить цветы?

Но я… Я хорошо помню, с чего всё началось. Хоть и было это …давным-давно…

Помню яркое, солнечное утро. Огромный, плоский камень на поляне, где-то в тропических лесах Лавразии, на котором я грел своё длинное, чешуйчатое, тело, свернув его кольцом. И, должен вам сказать: быть, в те времена, змеем было – совсем даже не плохо. Даже престижно. Престижнее, пожалуй, было бы – родиться дельфином. Но дельфином, на то время, я уже побывал…

А homo sapiens тогда в природе ещё не существовало. Т.е., бродили по планете немногочисленные, разрозненные стада приматов. (Их потом назовут: кого синантропами, кого австралопитеками). Но, …всё же это были ещё – далеко не homo. И отнюдь не sapiens. Случалось, приматы забредали и на мою поляну. Небольшое стадо, кочевавшее по окрестностям. …В общем тупые, в общем злобные, в общем, не вызывающие симпатий, существа. В стаде – чёткая, неукоснительная иерархия. Хранимая Великим Правом. Правом клыков и оплеух. И на верху этой стадной иерархии всегда был тот, кто смог заставить всех остальных сородичей себя бояться.

Но из их унылого ряда, однако ж, выделялся один молодой индивид. И вовсе не выдающейся ударной мощью оплеух и особой остротою клыков. Как раз наоборот. Он не был особо сильным, совсем не проявлял животной агрессии, не стремился утвердиться в иерархии стада. Но и робким его я бы не назвал. Потому, что, когда было нужно защищать соплеменников от хищников, или иноплеменных двуногих, он, наравне с другими мужскими особями, принимал бой. И дрался достойно. Полагаясь однако, при этом, больше – на свою смекалку, сообразительность и ловкость, нежели на силу и свирепость.

И он – единственный из стада, кто …не боялся меня. Т.е., он был, конечно, нормальным. И инстинкт самосохранения у него наличествовал. Но …природная пытливость натуры, любопытство к миру в нём явно преобладали над этим инстинктом. И ещё… В его экстравертном существе чувствовалась …некая дерзновенность! Не оскорбительная дерзость (производная от глупости), заносчиво полагающаяся на силу мышц и остроту зубов. Это была иная, вызывающая уважение, форма дерзости: Дерзость Духа. Для которой – стальные мускулы и беспощадные челюсти – ещё не факт превосходства. Я даже позволял ему забираться на мой камень. С благосклонностью старшего и мудрейшего я наблюдал, как он, стоя на камне, ударял себя кулаками в мохнатую грудь и, ещё не развитой гортанью и неумелой артикуляцией, пытался издавать в небеса какие-то членораздельные звуки: «А-адм! А-аддамм!» Так я и стал его, про себя, называть: «Адам».

Слушать его было, тем более, чуднО, что соплеменники его могли лишь рычать, верещать и гукать. Иногда, в порыве чувств, …мне даже хотелось прошипеть ему на ухо: «Мы с тобой – Одной Крови!»

То утро не предвещало ничего необыкновенного. Солнце светило. Небо синело. Флора цвела и зеленела, умытая ночным ливнем. Фауна летала, бегала, ползала. Паслась, охотилась, размножалась. Но …в привычном хоре звуков этого утра я вдруг …услышал звуки шагов, доселе мне неведомых. К моему камню лёгкой и …явно неуверенной поступью приближалось какое-то двуногое существо, чьи шаги мне прежде слышать не приходилось. Я поднял голову и… И впервые увидел Её.

Чем дольше живёшь в этом мире, тем …реже удивляешься. Последний раз я удивлялся лет за пятьсот до этого утра. А увиденное мною существо, вызвало во мне и удивление, и изумление, и …какое-то новое, прежде незнакомое мне, ощущение. Это было …ощущение близости какой-то Тайны. Ощущение присутствия, при исполнении некоего Великого Замысла…

Она, без сомнений, принадлежала к классу приматов. И, в то же время, безоговорочно причислять её к таковым – было бы возмутительнейшим преступлением против истины. Ибо это было, всё же – явно другое существо. Гораздо более высокого уровня совершенства. Мне – так она показалась тогда даже …самим Cовершенством. И, если сравнивать с нею её далёких прадочерей, женщин – наших современниц, то, увы: сравнение будет, однозначно – не в пользу последних. Это и не удивительно. Кончено, она, в своих далёких потомках, генетически снивелировалась в сторону …отцов этих потомков. Но первые, её более близкие пра – и праправнуки, были и ростом выше, и мозг имели бОльший, чем Человек Современный. Так, по крайней мере, некоторые палеонтологи утверждают. А, впрочем, …всем нам свойственно идеализировать прошлое…

И я несколько отвлёкся от хронологии повествования.

С первого взгляда было очевидно: она – не от мира сего. Впечатление было такое, что где-то, в своём мире она заснула, а проснулась …у нас. А, проснувшись, ещё никак не поймёт, что уже не спит. И мир наш ей, …в общем, нравится. Только пока она …ну совершенно ещё не понимает, что тут к чему. Без тени опасения, она подошла ко мне и о чём-то меня спросила. …Я впервые (и первый на этой планете) услышал человеческую речь. И, конечно же, не понял ничего. Запомнил лишь вопросительные интонации в её голосе. Может, она спросила: «Это Эдем?! Я попала по адресу?» Может: «Вы не скажете, который сейчас час? Мне просыпаться не пора?» – Кто знает! Но сами звуки членораздельного, осмысленного её обращения произвели в моём сознании подобие революции. В взволнованных, смятённых чувствах, не очень-то понимая, что делаю, я, со своего камня, дотянулся до плода на растущем рядом дереве (видел прежде: Адам эти плоды срывал и хавал), сорвал его губами и …протянул ей. (Ныне, в премудрых книгах, утверждается, что это было – яблоко. Но я не уверен. Да и – не суть важно!). Она его взяла. Долго, озадаченно на него смотрела, не понимая, что ей с ним делать. А я …смотрел на неё. Не понимая, что мне делать с ней…

Но тут из джунглей на мою поляну вышло, уже знакомое мне, человекообразное стадо. Увидев её, приматы какое-то время бессмысленно, обалдело лупали на неё глазами. Они были явно озадачены: как её им воспринимать? Вроде, – такая же, как они. И …не такая. Даже, гораздо более НЕ такая, чем такая же… Но потом… в процессорах половозрелых мужских особей стада разом что-то перещёлкнуло. Ибо, чуткими своими носами, они уловили… Новый запах. Тонкий, волнующий, призывный. И на языке того несложного набора инстинктов, коими они руководствовались в своей жизни, запах этот означал одно: возможность спаривания. А исходил он …от этой, невесть откуда взявшейся, странной самки. И…, видимо, какая-то особая призывность, особая, новая властность были в том запахе. Потому, что …более свирепой схватки за самку я прежде не видывал.

Сначала из-за неё, наплевав на стадную иерархию, сцепились самые саблезубые. Сразу несколько доминантных самцов, включая вожака стада, покатились по поляне в одном большом, визжащем, рычащем, брызжущем кровью и смрадной слюной, источающем зловонное дыхание и клочья шерсти, клубке. Перепуганные самки, прижимая к себе детёнышей, отпрянули с поляны к лесу и боязливо наблюдали за событиями. Ах, бедные, глупые приматки! Если б вы только знали, что этим утром, в её лице, пред вами явился, по сути, …ваш приговор! Приговор всему вашему малосмысленному виду. Если б вы это только знали, вы бы, наверное, тут же её бы растерзали. Но вы этого не сделали. И новый, произошедший от неё вид вытеснил потом вас в… палеонтологию.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.