Когда круг замкнулся

Бестужева-Лада Светлана

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Когда круг замкнулся (Бестужева-Лада Светлана)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Число тринадцать мало кому кажется счастливым. А уж если оно попадает на понедельник или на пятницу… Впрочем, администратору салона красоты, работающего без выходных, то есть и по субботам, и по воскресеньям, обычный календарь – не указ. У него, администратора, свой график – два дня через два дня по двенадцать часов без перерыва на обед.

С другой стороны, люди с таким графиком работы – тоже люди, ничто человеческое им не чуждо, в том числе, и суеверия. Поэтому когда в пятницу тринадцатого июня по дороге на работу администратор Лариса стремительно покатилась вниз, считая ступеньки на лестнице собственного подъезда, она все-таки, хотя и была сильно напугана, успела подумать про злосчастное число, а потом потеряла сознание.

Соседи вызвали «Скорую», Ларису отвезли в больницу, определили, что сломана нога, ушиблены ребра, и есть сотрясение мозга, а вместе с обезболивающим, перед тем, как накладывать гипс, вкатили и солидную дозу снотворно-успокоительного. Лариса успела только попросить позвонить на работу, предупредить о случившемся, и отключилась.

Медики ее просьбу выполнили, в салон позвонили. Временно заменять Ларису пришлось одной из маникюрш, поскольку второй администратор был (точнее была) «вне зоны досягаемости». Так что звонка в салон красоты было мало для того, чтобы предотвратить последовавшую цепь событий, мягко говоря, неприятных.

А что вы хотите – тринадцатое число!

Глава первая. Салон красоты

Этот дом стоял хоть и не в самом центре заполярного Города, но и не на его окраине, где до сих пор сохранились деревянные бараки первопроходцев и добровольных строителей коммунизма. На тихой, зеленой в недолгие летние месяцы улице, стояло единственное когда-то в городе кирпичное двухэтажное здание чего-то руководящего. То ли обкома, то ли облисполкома – за давностью лет и чередой событий уже и не припомнить.

Официально Городу едва сравнялось тридцать лет, и по первоначальным планам его вообще хотели построить под огромным стеклянным куполом – воплотить, стало быть, в жизнь мечты писателей-фантастов. Но что-то не сложилось. А главное, Город и без того был «режимным» – то есть закрытым и засекреченным, и привлекать к нему особое внимание какими-то архитектурными изысками было совершенно не обязательно.

В начале семидесятых годов прошлого века в связи с открытием месторождения природного газа «Медвежье» началось интенсивное строительство Города. А поскольку природный газ являлся в какой-то мере стратегическим сырьем, то без специального разрешения в Город не мог приехать никто, любое новое лицо тут же становилось заметным, любые перемены в жизни соседей – достоянием гласности.

Вот оттуда, из этой «тепличной» обстановки и потянулись корни почти полного отсутствия в Городе криминала в любом его виде. До сих пор горожане оставляют машины не запертыми, не прячут магнитолы, которыми оснащены их автомобили, практически не ставят противоугонных средств.

В Город сейчас может приехать, кто угодно, и может покинуть Город в любой момент. Но по-прежнему невозможно это сделать незаметно: один аэропорт и одна пригодная для эксплуатации в любое время года дорога – вот те две нити, которые связывают Город с остальной Россией.

Времена застоя здесь по сей день называют «застойно-благословенными»: Город снабжался по особой программе, о длинных очередях его жители знали только понаслышке, а заработная плата чуть ли не в три раза превышала средний уровень заработков «на Большой Земле». Да, морозы, да, полярная ночь, но ведь рано или поздно человек ко всему привыкает, а для тех, кто родился в Городе, других условий жизни просто не существовало, они видели их по телевизору или читали в книгах, но всерьез не воспринимали.

Но потом времена круто изменились, появились новые хозяева – и жизни и города. Перемены не были к лучшему (с точки зрения горожан, разумеется). В Город, в одночасье переставший быть секретным и закрытым, хлынули коммерсанты со всей страны, привозя с собой не только всякие экзотические продукты (бананы и фейхоа, например) и огромное количество импортного ширпотреба, но и «сопутствующие товары»: рэкет, спекуляцию, проституцию, грабежи и убийства. Местные правоохранительные органы были просто парализованы и количеством преступлений и их неожиданностью.

И вдруг все прекратилось, точно по мановению волшебной палочки. Заезжие коммерсанты стали вести себя тише воды, ниже травы и ни в какие конфликты с законом старались не вступать. Резко уменьшилось число «лиц национальности», а оставшиеся стали просто образцово-показательными продавцами и гражданами.

Да и политическая жизнь в Городе протекала на зависть всем другим городам: всенародно избранным мэром стал бывший первый секретарь горкома партии, его помощниками – тоже проверенные люди старой закалки. Никаких конфликтов с центром, никаких «независимых депутатов», никаких митингов, демонстраций и забастовок. Город спокойно принял первого президента России и еще спокойнее – второго. У его жителей были дела поважнее политических баталий.

Все эти чудеса произошли после того, как одно из старых административных зданий было в рекордные сроки капитально перестроено для филиала одной из крупнейших нефтяных компаний России. Полномочный представитель этой компании на удивление быстро нашел общий язык с «отцами города» и правоохранительными органами.

Помогло, наверное, то, что о «задержках зарплат» горожане почти мгновенно забыли, а что такое отключение воды, электричества или газа – вообще больше не ведали. Зато и задолженностей по оплате коммунальных услуг практически не существовало.

Новое здание мэрии было отстроено в самом центре, а прежняя резиденция, несколько раз сменив владельцев, в конце концов была задрапирована зелеными сетками, как это сейчас модно, и стала перестраиваться. Работа шла в три смены и любопытным гражданам мерещилось, что там возводят нечто совсем уж из ряда вон выходящее: высотное здание, как в столице, или собор – как в Екатеринбурге (бывшем Свердловске).

Ошибались, как выяснилось со временем, и те, и другие.

Когда здание было освобождено от всех лесов и укрытий, обнаружилось четырехэтажное (всего лишь!) облицованное камнем сооружение с немереным количеством тонированных стекол. Верхушка тоже была застеклена и представляла собой широкий конус, под которым, как потом выяснилось, располагался зимний сад. Подниматься в это великолепие можно было в застекленном лифте, пассажирам которого открывался роскошный вид сверху на вестибюль и вход в ресторан. Само же здание было гостиницей, даже не гостиницей, а отелем, причем пятизвездочным.

До этого в городе было лишь ведомственное заведение, где командировочные спали по четыре-шесть человек в комнатах с удобствами в коридоре. Небольшому начальству предлагались двухместные номера с умывальником, среднему – два одноместных «люкса» с персональным туалетом и душем. Для особо почетных гостей существовала «дача», про которую рассказывали всякие чудеса, но которую никто из местных жителей изнутри никогда не видел. Да и снаружи не больно можно было разглядеть, что там находится за высоким забором и низкорослыми елками.

Новое же сооружение называлось «Черное золото», поскольку строилось на деньги нефтяной компании и для ее гостей. Но в городе никто его так никогда не называл, говорили просто – Отель. И все понимали, о чем идет речь. Самой большой удачей в жизни считалось устроиться в этот отель на работу – хоть кем. Но отбор кадров туда был гораздо строже, чем на какое-нибудь режимное предприятие. Включая подписку о неразглашении, что было совсем уж непонятно и интригующе.

Осталось сказать, что стоимость самого скромного номера этого заведения в сутки намного превышало официально установленный для обычных российских граждан ежемесячный прожиточный минимум. Справедливости ради нужно добавить, что обычные российские граждане там и не появлялись: для них по-прежнему функционировала старая гостиница, которую лишь чуть-чуть обновили. Так, косметический ремонт, не более того.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.