Ночной разговор

Гусаров Александр

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ночной разговор (Гусаров Александр)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сумасшествие

Среди новостроек, в крошечном оазисе зелени и разноцветных одноэтажных строений Константин распоряжался половиной дома. В семье он был единственный ребёнок, и родители в нём души не чаяли. Чтобы выделить ему собственное жизненное пространство, в общем доме возвели перегородку. Это случилось примерно через год после того, как он окончил техникум, устроился на работу и поступил в строительный институт на заочное отделение.

– Красная гвоздика… Красна-а-я гвоздика… Спу-тница тревог, – завывал Костя, расхаживая по комнате в клетчатых трусах, – красна-а-я гвоздика …. Тьфу! Привяжется же старорежимная мелодия! – с удивлением и возмущением обращался он к самому себе.

Взгляд упал на правое колено, где он снова обнаружил неведомо откуда взявшееся утолщение. «Надо что-то предпринимать. Может, отцу сказать? У него знакомый хирург в поликлинике работает», – пронеслась в голове мысль. Не откладывая дело в долгий ящик, Костя натянул брюки, спортивную майку и пошёл на половину родителей.

Отец выслушал сына, разволновался, побледнел, но сумел быстро взять себя в руки. Он посмотрел на часы и, рассудительно заметил:

– Да Васильевич, может, сегодня, принимает, – отец тут же подошёл к телефону и взялся энергично крутить диск аппарата, набирая номер справочной городской поликлиники.

– Собирайся, ещё успеем, – бросил он сыну.

Через полчаса они входили в длинный низкий коридор городской поликлиники. Костя, давно не посещавший кабинеты врачей, увидел подзабытую картину: ряды стульев по обеим сторонам длиннющего коридора, занятые многочисленными посетителями. У многих на лице воцарилось выражение полной отрешенности, у кого-то в глазах читалось страдание. Отдельные больные всем своим видом выражали нетерпение, раздражённые долгим ожиданием своей очереди. Другие обсуждали некомпетентные действия врачей, к которым спешили попасть. Все находились как бы при деле. Он, стараясь не дышать полной грудью, всё-таки вдохнул специфический больничный запах, от этого слегка закружилась голова.

У кабинета хирурга тоже сидели люди, кое-кто с бинтами на руках или ногах. Один даже с перевязанной головою. Костя присел на свободное место. Отец не стал занимать очередь, а сразу зашел в кабинет врача. Через десять минут оттуда выглянула по-больничному строго одетая медицинская сестра. На ней было всё белое – от шапочки до туфель. Она громко выкрикнула его фамилию:

– Серов!

Костя привстал со своего места, а женщина громко скомандовала, обратившись уже ко всем присутствующим в очереди:

– Это срочный больной! – она кивнула ему:

– Заходите!

Что означал термин «срочный больной» никто, естественно, не понял, но все промолчали.

Пожилой доктор приветливо улыбнулся, поздоровался с ним за руку и, будто добрый майский жук, прогудел негромким басом отцу:

– Ну, Николай Фёдорович, неужели твой так вырос?

– Мой, – с неподлежащей сомнению интонацией ответил отец.

– Годы бегут … – покачал головой хирург, – что у тебя стряслось? – обратился он к Константину.

– Да вот… – тот сел перед доктором, задрал штанину и оголил колено. Врач всмотрелся в новообразование, осторожно пощупал кожу вокруг: «Здесь больно? А здесь?». Подошёл к раковине в углу кабинета, сполоснул руки. Хмуро покачивая головой, вернулся за стол и начал быстро заполнять амбулаторную карту, принесенную отцом. Обернулся к медсестре:

– Выпишите направление на анализы.

Закончив писать, он отложил ручку и посмотрел на него поверх очков в тонкой металлической оправе, повисших на самом кончике носа:

– Что могу сказать. Медицинскими терминами пугать не буду. Можно, конечно, направить в онкологический диспансер, но такой необходимости на данный момент я не вижу. Я так понимаю, беспокойства она вам не причиняет? – поймав на себе строгий взгляд Константина, он улыбнулся. – Ну, за исключением ваших опасений.

– Да нет, совсем не болит, – подтвердил Костя.

– При ходьбе, физической нагрузке мешает?

– Нет, все нормально.

– Давайте сделаем так: возьмите направление на анализы. Посмотрим, что они покажут. В зависимости от этого и будем принимать решение о радикальных мерах. Такой вариант вас устраивает? – он взял у медсестры несколько заполненных бланков.

– Вы лучше нас знаете, что делать, – согласился Костя, принимая из рук доктора направления.

Отец, подтверждая его слова, молча, кивнул.

– Вот и прекрасно, – ответил хирург.

Николай Федорович крепко пожал руку на прощанье пожилому доктору.

У дверей поликлиники их догнала медицинская сестра, уже без белой шапочки, с непокрытой головой. Она отдышалась и заговорила, покачивая копной чёрных волос, всем своим видом показывая важность возложенной на неё миссии:

– Вы сами ничего не предпринимайте, заболевание достаточно серьезное, с меланомой не шутят. У нас год назад один молодой человек поковырялся у себя в болячке, занялся самолечением и в результате… – она сделала паузу и, выразительно вознесла глаза к потолку вестибюля там, судя по выражению на её лице, находился тот самый молодой человек.

У Кости от нехорошего предчувствия предательски сжалось сердце. По дороге к дому он решил, что пора основательно заняться собою. В голове зазвучали услышанные где-то слова: «Ничто не достается нам так дешево и не ценится так дорого, как здоровье».

Под вечер он позвонил своему бывшему однокласснику и приятелю Максиму Бурдуковскому. В свое время Максим агитировал всех знакомых и друзей заниматься лечебным голоданием, проповедуя, что это наиполезнейшее дело – время от времени голодать и что голодом лечится практически все. К своему увлечению он быстро поостыл и взялся собирать то ли марки, то ли спичечные коробки, но потом и это дело с лёгкостью забросил. Костя надеялся, что необходимая литература у приятеля сохранилась.

Он доехал до Макса и, получив нужные книги, сразу же уселся за их изучение.

С твёрдой зелёной обложки на него смотрело изможденное человеческое лицо. На первой странице он прочитал: «Что не вылечит голод, то никто вылечить не сможет».

Костя вычитал, что на определенном этапе голодания организм очищается и, как бы оперирует себя сам, избавляясь от вредных тканей. Это вселило в него уверенность.

Он взял отпуск за свой счет, благо наступали времена, когда работы за чертёжной доской уже никакой не было. Страна неповоротливо и громоздко, в очередной раз за свою историю, ломая судьбы миллионов людей, ложилась кораблем с поржавевшими механизмами на курс построения дикого капитализма называемого почему-то рыночным.

Директор проектного института, где Костя в последнее время трудился, подписал заявление, даже не вникая, как в прежние годы в суть выражения:

«Прошу предоставить отпуск по семейным обстоятельствам». Наступала пора, когда никому ни до кого не было дела.

В общих чертах Костя просветил родителей по поводу предстоящего «лечения» и сумел, несмотря на все протесты мамы и возмущение отца, убедить их в правильности сделанного им выбора.

Наутро первого отпускного дня, проснувшись, он по привычке двинулся на кухню, но, планы о начале голодания заставили замереть на месте. Костя начал день с того, что тщательно умылся и побрился, взял с полки первую попавшуюся книгу – ею оказался «Таинственный остров» Жюля Верна – и снова прилёг на диван.

Первый день голодания прошел практически незаметно. Костя морально подготовился к длительному изнурительному терпению. Запасся водою, её было необходимо пить постоянно. Второй день он пережил куда тяжелее. Временами его знобило. Он, как мог, старался отвлечь себя мыслями о чём-нибудь, не связанном с отказом от приёма пищи. Начал глубже вникать в содержание сотню раз перечитанной им книги.

На третий день навалилось сильное утомление. Действуя в соответствии с полученными знаниями из литературы, Костя старался как можно меньше двигаться и больше пить воды – и с этим недомоганием справиться оказалось вполне по силам.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.