Стрекоза и муравей поженились

Ланин Валерий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Стрекоза и муравей поженились (Ланин Валерий)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Краткое предисловие автора

«Стрекоза и Муравей» – книга в трёх частях. Первая часть – это как раз то, что лежит перед нами, дорогой читатель. Вторая часть будет называться «Аутсайдер», она выйдет, будем надеяться, в свет вскоре после первой части. В эпилоге «Аутсайдера» автор даст название третьей части.

Вступление

Стрекоза и Муравей поженились в рассказе Чехова «Попрыгунья». Ничего сверхъестественного из брака не получилось. Ещё одну небесталанную попытку примирить русское сознание с путаной-перепутанной басней дедушки Крылова предпринял Лев Толстой; в начале повествования выдав за истину сомнительную максиму («Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему»), Лев в конце романа бросает ля сигаль (цикаду), если угодно Стрекозу-любэлюлю (libellule) под колёса поезда. Допрыгались, что называется. Французское libelle, кстати говоря, означает пасквиль. Наконец рождается, живёт и видит во сне погибающую в окружении старцев попрыгунью (полиритмическо-диссонансную «Весну священную») композитор Стравинский. Далее – молчание на целый век… Следующие два стихотворения написаны супружеской парой в коммунальной художественно-производственной мастерской «Лансар».

Она:

КОНЕЦ СВЕТА(частный случай)Любовь, любовь…Помилуйте, откудаЕй взяться, если Бога нет?В родильном доме гаснет свет…Так, следовательно, откуда?

Он:

ЧТО ВИЖУ, ТО ПОЮКузнечик музыки СтравинскогоСтрекочет бодро в мастерской.Мы почему мычим с тобой?Мычанье вовсе нам не свойственно.Мы молоды, как воробьи.Неужто гибнем от любви?Взгляни! Какой рассвет за окнами…Какие в воздухе грачи…Чу!Почка на берёзе лопнула…Мычи…

Натурщик

– Гуляя по райскому саду, Господь Бог увидел на тропинке… Как думаете, девчонки, что он увидел? – Витюня смотрит поверх очков на рисующих его молодых художниц.

– Рассказывай, натурщик. Ты нам не мешаешь, – ответила одна.

– Гагарин в космос летал, бога не видал, – ответила другая.

– Ёшкин кот! Ну, что за люди! – воскликнул Творец видимого и невидимого. – Поели и бросили, – продолжил свой рассказ натурщик. – Бог поднимает с дорожки огрызок яблока, показывает птицам небесным, зверям полевым… Сокрушается: «Безобразие! Просто безобразие!»

Животные прыскают, им почему-то смешно.

– В чём дело? – Творец человеков внимательно смотрит на огрызок яблока, а семечек-то в огрызке нет. Где семечки?

Это что? Сказка? – спрашивают художницы.

Да… – после некоторого раздумья отвечает Витюня. – До притчи не дотягивает. Надо ещё поработать над композицией. А знаете, девчонки, я ведь морж. Каждое утро купаюсь в проруби. В семь утра, как штык. Возле Кировского моста. Вода отличная. В восемь женщины приходят бельё полоскать, уже не то… Не хотите составить компанию?

– Кому? Женщинам? – засмеялись художницы, заканчивая сеанс рисования.

На следующее утро одна из художниц подходит к мосту, смотрит: действительно, купается. Подошла поближе, стала на деревянные мостки.

– Привет, Витюня! Не замёрз?

Морж растирается полотенцем, одевается… Кивнул ей.

Художница подождала, пока он обуется, затянет ремень на брюках, застегнёт все пуговицы… На полушубке не стал застёгивать, и так, видно, жарко.

– Я вчера подумала, что ты перед нами хвастался.

– Зачем мне хвастаться? Смысла не вижу в хвастовстве.

– А сегодня подумала: если он не солгал, то надо дать человеку приз. За правду, – художница достаёт из кармана пальто красное яблоко, протягивает его Витюне, – Это – приз.

– Спасибо, Ветка! Пойдём зайдём ко мне, съедим.

Потопали в его мастерскую. По дороге болтали о разных пустяках. Перед дверью в подъезд Витюня остановился и говорит:

– Ты поступила как исследователь живой натуры, когда подумала… Редкое качество. Обычно никто ничего не исследует. Я поражён.

Вошли. Витюня положил яблоко в вазу:

В углу комнаты стоит на мольберте этюд маслом на картоне, Витюня хотел отвернуть его, но гостья стала внимательно рассматривать:

– Пишешь, – сказала она.

– Изредка. Запах разбавителя нам не нравится…

– «Татьяна». Я тоже её писала.

– Старый город, все друг друга…

– Библию читаешь? – перебила гостья, заметив на полке Книгу.

Из смежной комнаты послышался женский голос:

– Витька! Ты с кем разговариваешь?

– Бабушка, всё нормально, я работаю, – отвечает Витюня. И поясняет: «Бабушка моя. Я ей читаю. – Баба Груня неграмотная. – Даже уже не читаю, а наизусть декламирую.

– Приди, приди, сама буду. Я сватуха зроблю дуду. А с запасхи зроблю дверы, Чтоб ходилы кавалеры, – пропела бабушка из смежной комнаты. Помолчала. Проговорила:

– Мужик пошёл… шось потащил на остановку… – и опять запела: Ой, ри-да, ри-да, ри-да… Зарезала баба дида, Повесила на драбине, Целовала три годины, – и прокомментировала:

– Раньше покойники ходили. Наш папа ходил. К коням. В хлев. А теперь нема.

– Знаешь, с какого она года? – спрашивает Витюня и сам отвечает:

– С тысяча восемьсот семьдесят девятого. Глянь на фото…

Рядом с Библией на книжной полке стоит фотография:

– Слева мой дед. Фотографировались на станции Зима. В Иркутской области. Уже взрослые. А родились в селе Зимнем, Владимиро-Волынской губернии. Мне почему-то кажется, что раньше, давным-давно, до крещения Руси, село называлось не Зимним. Ну, какая там зима, сама посуди? Пятидесятый градус северной широты, двадцать четвёртый восточной долготы… Не Зима, а Земина. Жемина, по-литовски. Мать-Сыра Земля. У Земли сын родился. Мальчика назвали Микулой Селяниновичем…

– Витюня, ты сумасшедший? – спросила гостья.

– Пожалуй, да.

– Давай, я напишу тебя. Есть чистый холст?

– Нет.

– Лист ватмана?

– Бумага есть.

– Уголь?

– «Ретушь» только…

– Пойдёт. Ты рассказывай, а я буду рисовать. Раздевайся. Как будто ты только что вышел из реки. Обсыхаешь. Очки сними. Плавки снимай. Ты их уже отжал. Замри на полчаса.

– Ты работаешь, Витька? – спрашивает из смежной комнаты бабушка.

– Работаю.

– Работай, работай. Потом горшок вынесешь. Чёрт бежит на остановку, маленький в шапке в красной… А теперь ни чёрта, ни биса нема. Никто ничо не бачит.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.