Ключ

Бойкова-Гальяни Марина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ключ (Бойкова-Гальяни Марина)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Возвращение с Марса

Фантастический рассказ

Страшный звериный вопль ударил в мрачное небо, рассыпался жарким салютом в честь колдуна. Люди в лохмотьях, страшась и оглядываясь, присели на корточки. Некоторые завыли, тоскливо раскачиваясь. Вдруг, крупный рыжебородый мужчина выпрямился и, потрясая копьем, воскликнул:

– Трусливые шакалы, вот вы кто! – Указал пальцем на костер, где корчилось в предсмертной тоске тело. – В кратер его! Кто со мной? В кратер!

Толпа радостно взвыла:

– В кратер! В кратер колдуна! В кратер!

Подхватили ствол дерева, к которому за руки и за ноги, подобно туше оленихи, был привязан колдун, взвалили на плечи, и скандируя:

– В кратер! В кратер! – торжественной поступью отправились туда, где в глубине огромной ямы, кипела и пузырилась лава.

– Убейте, прошу вас! Убейте меня! – стонал, привязанный к дереву мученик.

– В кратер! В кратер, колдуна!

Толпа остановилась на краю плато: дальше шел спуск. Нерешительно притихли. Рыжебородый махнул рукой в сторону темнокожего великана:

– Гора, подставляй плечо! Ты и я справимся. А вы, – он сделал широкий жест рукой, охватывая людей, прячущихся за спины друг друга, – вы, стойте здесь, трусливые скунсы!

Гора взял дерево за конец, и вдвоем, они начали спускаться в преисподнюю. Путь был труден, становилось жарче: они приближались к пеклу.

– Пусть хорошенько прожарится, – сказал рыжебородый, – что скажешь, Гора?

Тот промычал в ответ.

– Трусишь?

– Темные силы взбунтуются против нас. У меня дети.

– А у меня, по-твоему, нет семьи? Еще и старуха на руках, совсем никчемная кляча, с прошлых холодов обещает уйти в горы. Да, куда там! Её на пару бы с этим, а то лишний рот.

– Много ли съест старуха? Посмотреть на нее: кожа да мослы. Верно, голодом моришь?

– А, молчи, Гора! Приближаемся, чуешь пекло адское? Самый пуп Земли!

– Горячий пупочек!

Колдун громко стонал:

– Прибейте меня! – Кожа его почернела, волдыри пузырились, лопались, обнажая кровавые язвы. – Муки адовы! Нет сил терпеть!

– Ничего, скоро чистый огонь спалит твое тело, и ветер разнесет пепел на все стороны. Поделом колдуну-кровососу!

– Я не виновен!

Ответом был громоподобный хохот Горы:

– Как говоришь, Виктор? Не виновен?!

– Молчи! – Испуганно сказал рыжебородый, – молчи! Не называй имени! Призовешь сатану на свою голову. Докинем?

– Что ж не докинуть? Здесь три шага до жерла. Качаем!

– У-ух! У-ух! У-ух! Гори в аду!

Колдун вместе с деревом полетел в дыру, из которой то и дело вылетали искры с пеплом.

– Вулкан спит. – удовлетворенно сказал Гора, – Пусть всегда спит.

Тронулись в обратный путь.

– Мать моей бабушки предсказывала, что однажды злые духи разбудят адский огонь, и тогда много людей погибнет и лишится крова. Земля будет выжжена на многие месяцы ходу. Придут крысы, много крыс, на запах чёрной смерти.

– Я слышал об этом, Красный. Люди давно боятся, но не уходят с опасных мест.

Вулкан за плечами гигантов дрогнул, ухнул, и чудовищный взрыв поглотил Гору, Красного и людей, стоящих на плато.

На самом дне глубокого ущелья вмерзала в многовековую корку, голубоватая пылинка, невидимая обычному глазу. Марсианские бури не тревожили ее покоя. Так бы спала она дальше, но прилетел зонд и захватил вместе с другими образцами на Землю. И очутилась пылинка в лаборатории.

– Билл, ты долго еще? Рабочий день закончился час назад.

– Мирна, ты иди, я поработаю. Совсем немного.

– До завтра! Не забудь включить сигнализацию!

– О’кей…

Он сидел, сгорбившись, устремив неподвижный взор в окуляр микроскопа, и о чем-то напряженно думал. Одна пылинка отличалась от прочих наличием ДНК: загадка! Билл надул щеки и выдохнул, мечтая о Нобелевской премии; затем встал и подошел к окну.

На улице было темно; он глянул на табло, висевшее на стене, и удивленно свистнул: никогда не засиживался на работе до ночи. Билл вернулся к своему месту, поглаживая бороду а ля Хемингуэй:

– Знаю, ты не марсианин. Каким же ветром занесло тебя на Марс?

Двигаясь, словно робот, Билл зацепил керамической ложечкой часть исследуемого грунта и, положив в маленький лабораторный пакетик, сунул в карман брюк:

– И не волнуйся, дружок, я не краду тебя, а везу в гости. Мой сынишка ждет нас. Малыш мечтает быть исследователем, как я. Больше – он станет великим ученым!

Остальной грунт Билл аккуратно поместил в контейнер и убрал в большую капсулу, находящуюся в хранилище, куда имели доступ немногие, так как образцы стоили огромных денег. Выходя из лаборатории, по привычке остановился у дверей, кинул взгляд на рабочее место, все ли чисто, и, пожав плечами, вышел из помещения.

На стоянке находилось всего несколько машин. Билл сел в ярко-красный «Мерседес» старой модели, раритет, к которому питал слабость, и вырулил на проспект. На улице тишина, вечерние пробки давно растаяли под натиском ночи. Машина небыстро катила в спящем городе. Большая часть баров уже закрылась, лишь ночные заведения то и дело принимали и выпускали людей поодиночке и небольшими группами. Билл ощущал тепло от пакетика в кармане и непрестанно думал о судьбе пылинки, незнамо как попавшей на Марс. Он и предположить не мог, что в какой-то момент частичка начала чувствовать его тело и светиться: «Виктор! – вспомнила она. – Виктор, Виктор»!

Билл подъехал к двухэтажному дому на окраине города. Свет горел только в спальне. Клер ждала мужа. «Волнуется», – он довольно улыбнулся. Поставил машину в подземный гараж, и зашел в дом. Так и есть. Клер не спала. Услышав, что муж вернулся, жена радостно сбежала вниз. Билл обнял ее и поцеловал:

– Есть будешь?

– Я голоден, как зверь.

Мысли Билла непрестанно возвращались к украденному сокровищу. Пока Клер разогревала ужин, он поднялся в кабинет, открыл бронированный сейф и положил туда пакетик.

– До завтра, гость, – шепнул, таинственно подмигнув.

Сон был беспокойным: видно, переел на ночь. Виделись кошмары, монстры преследовали его в синеватом тумане, он ворочался с боку на бок, обливаясь потом и постанывая. Клер потрясла мужа за плечо:

– Дорогой, что с тобой?

– Прости, кошмар приснился.

Глянул на часы: пять утра. Можно еще поспать. Закрыл глаза, но мысли о вчерашнем приключении бились в мозгу, и он понял, что уснуть не удастся. Тихо встал, накинув халат, прошел в кабинет и открыл заветный ящик, где лежало сокровище, похищенное из лаборатории. Тщательно протер спиртом окуляр электронного микроскопа, предмет его гордости. Усевшись удобно, открыл пакетик и заглянул внутрь. Предстояло обследовать каждую частичку, чтобы убедиться в неодиночности этой.

Серебряной ложечкой, которой предки черпали некогда горчицу, лаборант взял щепотку грунта, поместил под микроскоп и прилип к окуляру. Молекулы живо передвигались по всем направлениям, казалось, хаос владел ими. Под живительным действием кислорода клетки менялись и множились с каждым мгновением. «Вот она, – сразу определил Билл, – из миллионов я узнаю тебя». Он пинцетом выдернул частичку, излучающую слабый голубоватый свет, и поместил ее на белый лоток. Она представляла собой окаменелую золу. После нескольких часов кропотливого труда к ней присоединились ещё несколько. В кабинет стучала жена, настырно, как ему почудилось, злобно. Билл распахнул дверь:

– Что ещё?

– Тебе пора на работу, дорогой.

– И это повод колошматить в дверь, пугая всех святых?

– Билли, я стучу, стучу, и никакой реакции, думала уснул. Завтрак на столе.

Ворча под нос, Билл запер дверь кабинета на ключ и спустился в столовую.

– Опять рогалики. Хоть бы яичницу с беконом поджарила, ведь и так ни черта не делаешь.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.