Первоапрельский велосипед

Гольдштейн Владимир

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Первоапрельский велосипед (Гольдштейн Владимир)

РАССКАЗЫ

СТЕЛЛА

…Сумка опять предательски соскользнула с плеча, и мне пришлось остановиться, чтобы ее поправить, а заодно и хлебнуть остаток газировки из пластиковой бутылки. Час назад я вышел на эту периферийную дорогу, петляющую между гор и ведущую от благоухающей Канакской балки к трассе на Симферополь. Через каких-нибудь полтора-два месяца здесь будет полно машин с отдыхающими, решившими посвятить Крыму дни летнего отпуска. Но сейчас, в начале «юного месяца апреля», никаким транспортом на дороге не пахло. Если ничего не изменится, то через два с половиной часа фирменный поезд преспокойно отправится без меня в родной город.

С первого дня у меня ничего не получалось. Началось с того, что я имел несчастье взять с собой имеющийся у меня портативный компьютер в надежде написать что-нибудь стоящее. Увы, уже в своей комнате на турбазе, в нескольких часах езды от центров цивилизации, я обнаружил, что забыл дома адаптер – такую ничтожную, но очень полезную штучку, позволяющую включить «неукраинскую» вилку компьютера в как раз «украинскую» розетку. Батарею же я отсоединил заранее – чтобы облегчить сумку. Найти переходник в Канакской балке и на прилегающей территории было так же реально, как поймать пингвина в раскинувшемся передо мной Черном море.

И вот теперь отъезд оказался под стать всему моему «творческому путешествию». Начало заметно темнеть, и я решил пройти до ближайшего поворота. Видимо, это было самое лучшее, что я сделал за все дни отдыха.

Нет, за кустами, скрывавшими от меня дорожную петлю, не стоял комфортабельный автобус и не застыли в нетерпеливой очереди такси. Там просто оказался человек. Передо мной стояла девушка, не имеющая ничего общего с окружающим нас рельефом и текущими обстоятельствами вообще. Нет, нет – она вовсе не была безумно красива, как горная нимфа, не отождествляла мою единственную мечту, не… Короче говоря, можно было отыскать и другие «не». И все же главным было «НО». Первым «но» было то, что я как будто видел и знал ее, хотя, почти наверняка, не видел и не знал. Во-вторых… Да, пожалуй, я погорячился насчет отсутствия красоты. Девушка была почти такой же высокой, как я, и – совершенно без косметики. За те секунды, пока я подходил к ней ближе, мои первоначальные ощущения совершенно изменились. Теперь мне казалось, что она, наоборот, полностью вписывается в этот весенний крымский ландшафт, что она – неотъемлемая часть окружающей природы и провидение наконец прониклось ко мне какой-никакой симпатией. Ниспадающие на плечи почти черные волосы, идеально стройные ножки в обтягивающих джинсах, яркие кроссовки. У ног ее стоял увесистый пакет с вещами, разукрашенный какими-то импортными надписями. Карие глаза с чуть заметной раскосинкой смотрели на меня, кажется, без всякого интереса, точнее без той заинтересованности, которая должна была вспыхнуть в ней при виде симпатичного молодого мужчины, каковым я считал себя, несмотря на отсутствие заметных подтверждений извне. Этот взгляд напомнил мне вчерашнюю вылазку в горы – примерно так же я рассматривал маленькую юркую ящерицу, жившую в зарослях реликтового можжевельника.

Я подошел почти вплотную, сбросил с плеча сумку и поставил ее на землю. Девушка молча наблюдала за мной, как за безобидным явлением природы, не имеющим к ней никакого отношения.

– Давно ждете? – деловито осведомился я.

– Тебя? – произнесла она насмешливо. – Всю жизнь, знаешь, и особенно последние полчаса.

Нельзя сказать, что меня порадовал этот фамильярный ответ. Кроме того, что-то знакомое мелькнуло в ее интонации. Вроде и девушку вижу не впервые, и речь ее чего-то напоминает.

– У тебя тут мобильник, случайно, не берет? А то у меня вообще приема нет, – она кивнула на изящный телефончик, болтающийся на шейном шнурке между двух острых холмиков груди, прикрытых тонкой сиреневой футболкой.

– А вы… ты от звонков не устала дома? Я вот специально подальше от всех забрался. Правда, теперь бы еще обратно выбраться…

– Дома? – усмехнулась она. – Дом у меня знаешь, где? Там я вообще от всего устала, поэтому – и здесь. А особенно я устала от желающих познакомиться на каждом шагу!

– А, так ты, оказывается, хочешь познакомиться! – парировал я с максимально возможным сарказмом. – Вот оно что! Я-то, вообще, собирался только выяснить у тебя, как в Симферополь добраться. Но если ты настаиваешь… – я безразлично пожал плечами.

Сказать, что симпатичная незнакомка изменилась в лице, было бы явным преуменьшением. Мой меткий выстрел определенно достиг цели. По крайней мере, не будет корчить из себя спесивую королеву! Непослушная прядь упала на лоб, и она тут же смахнула ее раздраженным жестом, сверкнув из-под руки полным большой и явной нелюбви взглядом. Она было уже приоткрыла очень эротичную нижнюю губку, собираясь ответить, но подходящие слова явно не спешили с приходом в ее гордо вздернутую головку. Наконец она набрала воздух, и… в этот момент за поворотом послышалось желанное урчание мотора. На дороге показался белый корпус маршрутного такси с надписью «Симферополь» под пыльным лобовым стеклом.

Два единственных свободных места оказались в самом конце и вплотную друг к другу. Пока мы пробирались по узкому проходу, машина дернулась вперед, и агрессивная незнакомка беспомощно налетела на меня сзади, уткнувшись носом в плечо и чуть не уронив свой тяжелый пакет. В ту же секунду волна очень знакомого запаха, усиленного душной атмосферой маршрутки, окутала меня, ввергнув в какие-то полузабытые воспоминания. Маршрутное такси еще не успело набрать скорость, как я вспомнил, откуда мне знаком изысканный аромат, исходящий от плюхнувшейся рядом попутчицы.

…Большая длинная комната в нашей старой школе. В центре – составленные торцами столы с какими-то бумажками. Вокруг на шатающихся стульях заседаем мы – школьный комитет комсомола, в котором я занимаю аж должность политсектора. На улице за широким окном плавно течет 81-й год, до смерти «застойного» генсека еще есть время, и мы сейчас должны принять в комсомол очередную порцию семиклассников. Впрочем, все это не важно. Важно то, что первой в комнату заходит стройная девочка – правильнее было бы сказать «девушка», потому что все формы у нее на месте. Все – кроме школьной. Вместо положенной юбки мышиного цвета и черного фартука на ней – вызывающе короткий сарафан фасона сафари, из-под которого выглядывают очень соблазнительные ножки! Странно, что я раньше не видел ее в школе. Девушка нерешительно останавливается недалеко от меня – между столом и дверью, и сквозняк доносит ко мне ее запах. Тот самый запах, не очень похожий на духи и совершенно отличающийся от стандартной парфюмерии. Сказочный аромат несет какую-то необычную естественную свежесть и очень подходит ей.

Первым опомнился наш комсорг.

– Вы отдаете себе отчет, где находитесь?

– А что? – вызывающе ответила девочка. – У меня же сегодня праздник, а так люди во всем мире одеваются…

– Да? – отозвался комсорг, и я понял, что он хочет выиграть время для правильного, «программного» ответа. – Твоя фамилия как?

Ее фамилию я не запомнил, а вот имя… Какое-то редкое… Точно! Стелла. Дальше наш комсорг читал длинную нотацию: что-то про «молодое поколение», «наш долг» – к счастью, моя память отказалась хранить весь этот бред. В конце он, кажется, спросил, откуда она взяла, что люди «всюду» так одеваются. Ее ответ я помнил значительно лучше. Стелла сказала, что к ним приехали в гости дальние родственники из Америки, привезли подарки и рассказали о тамошней жизни. Сидящая около меня старшая пионервожатая сразу поинтересовалась социальным статусом родственников. Стелла ответила, что у них свой бизнес – занимаются производством каких-то натуральных пахучих масел. Дальше, помнится, внимание «соратников» обратилось на меня. Я напыжился и сказал что-то банальное, типа: «Подучите устав и приходите в следующую среду».

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.