Постоянство минувшего

Ефремова Надежда

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Постоянство минувшего (Ефремова Надежда)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть первая

«Никогда больше сюда не приду!» – сердито думала Лена, хлопая массивной дверью писательской организации. Писатели шутили: «Никакой на свете зверь не откроет эту дверь!» У двери была такая сильная пружина, что 17-летняя Лена, с трудом толкая на себя дверь, приоткрывала щель и пролезала в нее. Это был старинный двухэтажный особняк. Купеческий или дворянский. В центре города их было много. Некоторые окнами выходили на Волжский откос, где открывался весьма живописный вид: широкая Волга и бескрайние просторы. За рекой видны были маковки церквей. До революции их было больше, конечно. Многие соборы снесли, в том числе с чудотворными иконами. Например, вместо памятника Чкалову, возвышающегося на самом красивом месте откоса, стоял собор с чудотворной иконой Божией Матери. А на месте памятника Минину был кафедральный собор дивной красоты. Памятник этот временно был убран, потому что заметили, что рука Минина, вытянутая вперед, оказалась слишком длинной (куда только смотрели скульпторы!), и если он ее опустит, то она окажется ниже его колен. Но вскоре был поставлен другой памятник, уже без вытянутой руки.

Ходила она в этот дом тайком. Сначала ее привела сюда мама в гости к работавшему здесь знакомому поэту. Но потом она прибегала сюда сама, снова и снова. Сердце ее замирало, когда она еще была на пути. Только увидеть и убежать. Она даже стих написала:

Старый домик двухэтажный,Строгий хмурый особняк,Заманил меня однаждыЭтот дом, искусный маг.Если спросят: «что за тайнаТянет вновь сюда ее?»«Сердце как-то я случайноЗдесь оставила свое!»

Лене было всего 14 лет, когда мама рассказала, что в ее отделе появился новый работник. Он приехал из Москвы, где учился в Литературном институте. Очень талантливый молодой человек. Во все время учебы у него интересовались, кто его устроил, но он поступил сам. Самородок, выходец из простой рабочей семьи. После окончания института вернулся в родной город, живет с мамой. Устроился в библиотеку. Такой вот талант выполнял однообразные простые поручения работы с картотекой. Он недавно перенес операцию на глазах и ходил в черных очках, что придавало его виду таинственность. Он был высокий, стройный с очень обаятельной улыбкой. Множество незамужних девушек в библиотеке положили на него глаз, но он к ним относился равнодушно.

Лене стало интересно посмотреть на этого «Онегина». Она приехала в библиотеку, потом они собирались с мамой идти фотографироваться. Поэтому она нарядилась, как могла и сделала конский хвост из своих длинных темных волос, украсив его бантиком по последней моде. Центральная библиотека находилась в бывшем здании семинарии, которое соединялось с церковью. В ней теперь находился читальный зал. А в бывшем алтаре разместился отдел, где работала ее мама.

Лена выросла в библиотеке. Только научившись писать, стала печатать на машинке. Ей нравился специфичный запах старых книг. Когда ее спрашивали, кем она будет, она отвечала: «как мама, библиотекарем». Конечно, коллектив был женским. Мужчин можно было сосчитать на пальцах. Отсюда сплетни, женские раздоры. Мама говорила, что в библиотеке у нее много врагов, но маленькая Лена видела только радушно улыбающихся людей.

Привычно поднявшись на второй этаж, и пройдя почти на цыпочках длинный читальный зал, чтобы не шуметь, она забежала в мамин отдел.

***

Алексей, только что вернувшийся из армии, шел на прием к архиерею. Одет он был несоответственно: голубые потертые джинсы, белая футболка и узкие ботинки. Ходил по привычке, вразвалочку. По этой походке можно было узнать бывшего моряка. Шел он к Владыке за направлением в семинарию. Эта была его мечта, которая появилась после армии. Вернее после одного случая, происшедшего в армии. Алеша родился в крестьянской семье, где мать постоянно работала, а отец пил. Мальчик был обделен лаской. Мать срывалась на нем, устав от работы и злой жизни, часто била. Отдушину он находил в том чтобы, залезши на дерево, долго смотреть на небо. Еще утешал его друг Виталька, с которым он был знаком с детского сада. У Алексея было 2 старших сестры. Средняя, закончив 8 классов, поступила в музыкальное училище. В целях заработка она стала ходить петь на клирос, а потом неожиданно для всех воцерковилась. Мать неодобрительно относилась к вере и церкви, а отец в детстве тоже пел на клиросе, но Советская власть, да разгульная молодость напрочь смели остатки веры. Алексей тоже хотел получить музыкальное образование, но мать сердито запретила: «Хватит и одной дуры!» Сестра понемногу стала прививать ростки веры Алеше. Вначале он убегал, недослушав, но потом заинтересовался. Его глубокая душа почувствовала что-то неизведанное и важное, и он подолгу слушал рассказы сестры. Как- то оставшись в одиночестве, он подумал: «Если Бог есть, пусть Он даст ему почувствовать Себя». И тут случилось то, что навсегда оставило след в его душе. То ли снаружи, то ли изнутри он почувствовал свет, который наполнил его и все что вокруг. Стало так невыразимо хорошо, что он боялся пошевелиться, чтобы не нарушить это состояние. А главное, Алеша почувствовал, что его слушают и внимательно с бесконечной любовью смотрят на него! Он не знал, что сказать и в этом онемении он пробыл неизвестно сколько времени, но понял, что Тот, Который сотворил все и вся, взглянул на него. И ему хотелось, чтобы ЭТО не кончалось или повторялось снова и снова. Алексей тогда понял, что Бог-это бесконечная Любовь.

– Ирка, что нужно чтобы Бог простил, чтобы стать Его! – Ира, встряхнув кудряшками, изумленно посмотрела на брата. Что-то вдруг в нем изменилось…

– Надо принимать участие в Таинствах церковных и молиться!

– А что это за Таинства?

– Их семь. Но тебе, я думаю, надо сходить на исповедь.

Ира долго объясняла брату, что такое исповедь, даже помогла грехи на бумажке написать. После исповеди Алеша почувствовал облегчение, радость. «Всегда буду ходить на исповедь!» – подумал Леша. «Надо все рассказать Витальке!»

Он подкатил на велике к знакомому дому и стал кричать:

– Виталькааа! Виииталькаа!

– Ну чего орешь? – высунулась голова его сестры.

Виталька был уже в дверях. Смотреть на друзей нельзя было без улыбки: Виталий высокий и худой, а Леша маленький и коренастый. Но это не мешало их крепкой дружбе. Они делились всем: едой, секретами, даже следы от порки друг другу показывали.

– Виталька! Я был на исповеди!

– А что это?

– Это …это когда Бог грехи прощает и становится так хорошо!

– А я тоже хочу!

– Ты не крещенный. Попроси мамку окрестить тебя!

– Она не согласится, – мама Виталия была женщиной образованной и считала веру предрассудком и пережитком прошлого.

– М-да… плохо… давай я с ней поговорю!

– Ну чего вы там сидите! А ну давай уроки делать! Завтра опять двойку получишь! – мама была легка на помине.

– Иду… Леш, приходи на наше место вечером…

Но даже Витальке Алеша не рассказал о том, что испытал накануне. Это было настолько интимно и важно, что Леша хранил в сердце воспоминание о Свете, боясь кому – то открыться, чтобы не потерять.

Годы летели. Вот и выпускной. Виталий превратился в симпатичного юношу. Он неплохо играл на гитаре и пел, чем вызвал отклик в сердцах противоположного пола. Про Алексея нельзя было этого сказать: маленький, с копной светлых непослушных волос. Виталий возмущался его прической и пытался пригладить волосы, плюнув на ладонь. «Ну, опять ты! Не надо!» – возмущался Леша. Но скоро их прически стали одинаковыми- пришли обоим повестки в армию. Виталька прибежал попрощаться. Это была их последняя встреча. Она надолго осталась в памяти Алексея. Такой лысый и смешной.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.