Хангаслахденваара

Лаврентьев Пётр

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хангаслахденваара (Лаврентьев Пётр)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1.

Мереченье

«Там, где я родился, основной цвет был серый,

Солнце было не отличить от луны.

И куда бы я ни шёл – я всегда шёл на Север…»

(Б. Гребенщиков «Брод»)

«Какой сегодня день недели? Суббота или уже воскресенье? Наверное, всё же воскресенье… Точно, воскресенье – вчера было субботнее заседание „общества анонимных алкоголиков“ у Витьки Архипова. Зря, конечно, туда попёрся, только нажрался опять до беспамятства, но теперь уже поздно жалеть. Да, в принципе, жалеть не о чем – всё прекрасно».

День и в самом деле начался замечательно.

Саня лежал, вальяжно раскинувшись на диване и заложив руки за голову. Перед ним, у противоположной стены, на экране большого телевизора мелькали кадры музыкального клипа известной группы, но он смотрел не на экран. Между ним и телевизором под музыку весело отплясывали маленькие жизнерадостные чертенята, покрытые пушистой зеленоватой шёрсткой, с забавными изящными рожками на голове. Их танец был настолько завораживающим, движения такими гармоничными, что захватывало дух и не верилось: разве бывают такие волшебные танцы, такие законченные и прекрасные движения?

Черти улыбались ему, как старому доброму другу. Они отплясывали то синхронно, то каждый из них внезапно начинал отбивать что-то своё, и, словно музыкальный инструмент, искусно вёл индивидуальное соло, не мешая при этом другим, а наоборот – вместе создавая совершенно удивительную сказочную атмосферу, не передаваемую словами. Такое можно лишь видеть и чувствовать.

И Саша лежал и смотрел, любуясь, наслаждаясь и боясь лишний раз пошевелиться, чтобы не спугнуть этих весёлых и самозабвенно танцующих существ.

«И почему люди болтают про них плохое? – думал он, поковыривая пальцем в носу. – Пляшут вот передо мной, ничего вредного не делают. Смотреть приятно. Молодцы».

Переполненный за ночь мочевой пузырь всё сильнее мешал наслаждаться зрелищем, и Александр, устав терпеть, решил отправиться в туалет. Он осторожно приподнялся и опустил ноги на пол, беспокойно поглядывая на танцоров, но они не обратили никакого внимания на его перемещения, продолжая весёлое утреннее шоу. У Саши отлегло на сердце: жаль было бы прерывать танец, рушить ту праздничную атмосферу, что царила сейчас в комнате и у него в душе. От переполнившего душу восторга он судорожно, с детским всхлипом вздохнул и стал наощупь ногами искать около дивана тапочки.

Слабое попискивание и мягкие, приятно щекочущие прикосновения к ногам заставили его посмотреть вниз.

На полу резвилось несчётное количество маленьких разноцветных мышат. Они приветливо поглядывали на него, подбегая по очереди к голым пяткам и с задорным писком щекоча их передними лапками и хвостиками. Белые, серые, голубые, розовые, зелёные мышата с глазками-бусинками превратили пол комнаты в шевелящийся яркий волшебный ковёр… Необычно и здорово.

А друг Вовка говорил: допьёшься до белой горячки и сдохнешь! С чего тут подыхать – сплошное удовольствие! Черти пляшут – устроили бесплатный концерт, цветные пушистые мышки дружелюбно щекочут пятки… Только как теперь добраться до туалета, чтобы не раздавить ненароком кого-нибудь из маленьких друзей?

На экране уже шёл новый клип, звучала новая тема: тощие девки с костлявыми попками, в гусарских киверах на головах, что-то дудели в саксофоны и маршировали взад-вперёд. Черти в точности повторяли их движения, причём в их лапках тоже, откуда ни возьмись, появились небольшие блестящие саксофончики. Они затопали по квартире, изгибаясь и оттопыривая свои хвостатые задницы, улыбаясь и с хитрецой поглядывая на Александра.

И, надо признать, у чертей получалось интереснее и увлекательнее, чем у девок в телевизоре.

Мыши продолжали щекотать. Некоторые из них, войдя в раж, начали даже покусывать Сашу за пальцы. Не больно, но внутри зародился страх: если мыши будут продолжать в том же духе, то где гарантия, что животные ограничатся лишь скромной дегустацией пальцев ног? Вдруг им в голову придёт мысль скушать его целиком? А, учитывая количество тварей вокруг, шансов остаться недоеденным у Александра не будет. Жуть…

Может, позвонить другу Вовке? Лучше, наверное, позвонить на всякий случай…

Мобильный телефон лежал на столике около дивана, и дотянуться до него не составило труда. Но при этом Саша неожиданно отметил усиление агрессивности со стороны мышей: частота и чувствительность укусов возросла – зверюшки явно негодовали по поводу возможного вторжения в дом посторонних. Приходилось периодически приподнимать то одну, то другую ногу, чтобы хоть ненадолго избавить конечности от проявлений назойливого мышиного внимания.

Поведение чертей тоже изменилось. Улыбки исчезли, ставшие угрюмыми рожи кривились в злобных оскалах. Движения существ теперь если и напоминали танец, то он был сродни боевой пляске вокруг костра малочисленного племени индейцев, планирующих выход на тропу войны. С нарастающим ужасом Саня заметил, что саксофоны в их руках превратились в сверкающие новенькие бензопилы.

Нечистая сила замышляла что-то недоброе…

Вовка долго не брал трубку, и Александр напряжённо слушал гудки, почти заглушаемые громким стуком своего сердца, с волнением ожидая от незваных гостей агрессивных действий.

– Привет. Слушаю тебя, – наконец раздался в трубке сонный Вовкин голос.

– Вова, выручай! Приезжай скорее! – завопил Саша в телефон, и, не давая приятелю вставить хоть слово, выпалил всю информацию разом: – Моя квартира полна пляшущих чертей и цветных мышей, которые меня щекочут и кусают. Сейчас будут резать бензопилами и, наверное, есть. Спасай, дружище!

Товарищ сразу понял, что к чему, занервничал и крикнул в ответ:

– Гружу медикаменты и выезжаю! Продержись минут десять-пятнадцать! Хлопни водочки пятьдесят капель, если есть – должно отпустить немного. Не ссы, Санёк – их нет, они не существуют! Помни об этом!

После этого телефон замолчал, и из звуков в квартире вновь остались лишь музыка из телевизора вперемешку с писком мышей и сиплым дыханием чертенят. Саша стоял, дрожа, зажмурив глаза и боясь сдвинуться с места. Всё его тело в считанные секунды покрылось холодным липким потом в таком количестве, что влага стекала вниз по спине и животу струйками, неприятно холодя кожу, спускаясь по ногам вниз, прямо на шёрстку разноцветных спин.

«Как будто тело через поры слёзы льёт…» – подумалось ему. То ли где-то раньше прочитал это выражение, то ли оно родилось сию минуту в его голове – вспомнить не смог. «Стоило бы записать, чтобы не забыть – авось, потом пригодится для какого-нибудь рассказа об алкоголиках и белых горячках».

Сердце билось так громко и быстро, как не билось даже на тех давних любительских соревнованиях по биатлону, в которых Саша когда-то принял участие, придя к старту прямо с буйной ночной пирушки. Финишировал тогда аккурат к начавшейся церемонии награждения победителей, публика со смеху валялась.

Внезапно раздался негромкий звук бензопилы – кто-то из рогатых уродцев запустил свою технику.

– А-а-а! – не выдержав напряжения, сдавленным фальцетом запищал хозяин дома и, не обращая внимания на хрустящих под ногами разноцветных мышек, бросился из комнаты. Выскочив в прихожую, он захлопнул за собой дверь и вцепился в ручку, чтобы не дать возможность чертям и мышиному стаду последовать за ним. Из-за закрытой двери слышались шорохи, стуки, какое-то бормотание и шёпот: враг что-то замышлял. Но попыток прорваться следом за Сашей пока не предпринималось, и он прислонил ухо к двери, чтобы лучше разобраться в той смеси звуков, что доносились из комнаты.

«Сата… сата… сата…» – непрерывно повторял зловещий полудетский шёпот на фоне непрекращающегося шуршания мышей снизу. – «сата… сата…»

«…Бред какой-то… Это всего лишь бред…»

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.