Три рассказа о Верочке

Запольская Нина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Три рассказа о Верочке (Запольская Нина)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Офисное кресло и вуду-жаба

Разговаривать не надо,

Приседайте до упада,

Да не будьте мрачными и хмурыми.

Если очень вам неймётся,

Обтирайтесь, чем придётся,

Водными займитесь процедурами.

В. Высоцкий,«Вдох – глубокий, руки – шире»

Той осенью Верочка разорвала мениск левого колена – очень серьёзная травма для тех, кто знает, что это такое. Верочка тогда ещё этого не знала, а просто медленно брела на работу от метро, прихрамывая – колено ныло уже несколько дней. И вдруг – резкая боль, от которой она, зажмурившись, застыла на месте и даже дышать перестала. Пережив первое потрясение, Верочка достала телефон и заказала такси, – идти дальше она не могла, – а потом позвонила на работу и рассказала главбуху Марь Иванне о своём несчастье.

– Бухгалтеру коленки не нужны, – отрезала непреклонная Марь Иванна. – Я тебя никуда не отпущу, пока ты мне квартал не закроешь…

– А в травму? – жалобно всхлипнула Верочка. – Можно мне сегодня съездить в травму?

– Верочка, ну, что ты спрашиваешь глупости? – Голос Марь Иванны чуть потеплел. – В травму езжай, конечно! И к врачам, каким надо, я тебя отпущу, и на процедуры потом – пожалуйста! Но сначала – квартал… Закроешь квартал – и болей сколько влезет…

Тут Верочка увидела невдалеке своё такси и замахала водителю. Когда такси подъехало, она, подволакивая больную ногу и стараясь не наступать на неё, кое-как залезла в машину и назвала адрес травмпункта.

Водитель оказался азиатом, вежливым и добрым до простоты мужчиной неопределённого возраста. Он поинтересовался у Верочки, что с ногой, а когда та стала объяснять, положил руку на её колено и спросил участливо:

– Тут болит?

– Уберите руку… Вы же не хирург, – смущённо пробормотала Верочка, спихивая смуглую руку водителя со своего колена и отодвигая ногу от него подальше.

Доехали они быстро, а вот в травмпункте оказалось много народа, причём в очереди в регистратуру пришлось стоять, так как все ближайшие кресла оказались заняты травмированными людьми. Когда Верочка подошла к окошку, какой-то мужчина сзади, не выдержав, закричал через её плечо регистраторше:

– А побыстрее нельзя?.. Что вы возитесь?..

– Надо было приезжать в травмпункт вчера, – спокойно ответила регистраторша, видимо, уже привыкшая к подобным выкрикам. – Вчера у нас никого не было.

Очередь потрясённо замолчала, а регистраторша назвала Верочке номер кабинета, добавив:

– Травматолог Нехорошев… Это второй этаж… Лифта – нет…

Верочка забралась на второй этаж, хватаясь за перила руками и подтягиваясь на них всем телом. Потом она отсидела ещё одну очередь к травматологу, а когда вошла в кабинет, то сразу услышала:

– Не подходите ко мне! Сядьте на стул возле двери!

Видимо, увидев потрясённое лицо Верочки, травматолог опять закричал со своего места у стола, поясняя:

– Я всё и так знаю…

Верочка тяжело опустилась на стул, держась для опоры за сидение.

– Рассказывайте, – приказал травматолог.

Потом он через сестру передал ей бумажку-направление на рентген и крикнул следующего пациента.

****

На другой день Верочка приехала на работу опять на такси, привязав к колену гипотермический лёд «Снежок». Колено распухло и не сгибалось. Это она поняла, когда, проглотив за ночь чуть ли не полпачки нестероидных противовоспалительных, которые ей прописал травматолог, попыталась сделать утреннюю гимнастику. Колено болело ещё сильнее, подозрительно хрустело, и Верочка решила сесть и, уже сидя, делать упражнения только для рук.

Родная бухгалтерия встретила её сочувственными ахами и рассказами о собственных коленках и прочих других травмах. Наибольшую поддержку, конечно, Верочке оказала её закадычная подруга Пантелеева.

– Все врачи делятся на тех, кто смотрит в лицо пациенту и тех, кто даже не поворачивается к нему, – сказала Пантелеева после того, как все выслушали Верочку. – И по моим наблюдениям: молодые врачи смотрят на пациента, но ничего ещё не знают… А вот врачи в возрасте – у них опыт уже есть, но пациента они даже не слушают… Так что считай – тебе повезло: травматолог тебе попался опытный…

Верочка горестно вздохнула и пробормотала:

– Я сделала рентген, и он показал…

– Рентген – это провокация, – отрезала Пантелеева. – Помнишь, меня в мае на скорой привезли в Сокольническую больницу с прострелом поясницы?.. Сделали рентген и по нему поставили диагноз – плеврит. Неделю кололи от плеврита, потом завотделением посмотрела снимок и сказала, что это не затемнение в лёгких, а след от моей большой груди…

– Да, помню, – потрясённо подтвердила Верочка и добавила с завистью: – Грудь у тебя – знатная…

Подруга Пантелеева её не услышала, глубоко задумавшись. Потом она подняла тонкие брови и произнесла:

– Надо сделать МРТ… МРТ всё покажет лучше всякого рентгена. Только в поликлинике по месту жительства ты будешь ждать МРТ полгода…

– Ну почему полгода? – отозвалась со своего места Нина Павловна. – Не полгода, а всего месяца два-три… Но сначала обязательно надо записаться к врачу, который направит твоё дело на комиссию… А та уже даст разрешение на МРТ…

– Но это долго! – воскликнула Верочка.

– Есть выход, птичка моя, – успокоила её Пантелеева. – Идёшь на МРТ в свою же районную поликлинику, но через платные услуги… В платных услугах всегда талоны есть, потому что за деньги…

Верочка позвонила в поликлинику. Платные талоны действительно имелись, но ближайшее время на платное МРТ оказалось только через неделю. Скрепя сердце, Верочка согласилась – ехать сейчас куда-либо далеко от дома она просто не могла.

Целый день Верочка разбивала для колена гипотермический «Снежок», а потом девочки нашли пластиковую квадратную бутылочку из-под воды и заморозили лёд в ней. В туалет они по очереди возили Верочку на офисном кресле – в общем, поддерживали изо всех сил. Верочка приняла все оставшиеся в пачке нестероидные противовоспалительные и время от времени кривилась от боли.

Первой не выдержала Петрова.

– Тебя сглазили, – сказала она, вытаскивая из ушей наушники. – Хочешь обижайся на меня – хочешь нет. Я тебе это всегда говорила. Поэтому ты и не замужем до сих пор…

– У нас полстраны сглазили, – веско ответила Нина Павловна, не поднимая головы от клавиатуры. – У нас полстраны не замужем…

Петрова замолчала – крыть было нечем.

– Крем «Софья – пчелиный яд» для суставов, – со зловещими интонациями в голосе произнесла Соболькова и пристально посмотрела на Верочку из своего угла. – Попробуй намазать колено… Погуще…

– Да ничего ваша «Софья» не помогает, – раздражённо отмахнулась Нина Павловна.

Тут не выдержала уже сама Верочка.

– Почему это не помогает? – возмутилась она. – Очень хороший крем, если мазать лицо… И оливковое масло там есть, и кедровое, и облепиховое… И мумиё. И экстракты шалфея и зверобоя. И ещё много всяких трав, целый список…

Девочки изумлённо замолчали, а Марь Иванна потянулась к своей сумочке за записной книжкой, в которую она всё записывала «на память».

Ближе к вечеру нестероидные противовоспалительные перестали действовать вообще.

– Что ты пьёшь? – спросила Марь Иванна, видя Верочкины мучения.

– Найз, – ответила Верочка.

Марь Иванна презрительно фыркнула и сказала:

– Верочка, ну кто так болеет?.. Только Целебрекс… Он самый сильный…

Бухгалтерия заспорила: посыпались названия, которые Верочка раньше никогда не слышала. Когда все успокоились и немного поработали, Соболькова опять вытащила из ушей наушники и сказала:

– Надо к коленке привязать лягушку. Живую… Мне мой мануальный терапевт рассказывал про одну свою пациентку. Она к нему на первый приём пришла с лягушкой на ноге и говорила, что ей очень помогает…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.