ЧеловечеГ

Станович Игорь О.

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
ЧеловечеГ (Станович Игорь)
Автор: Станович Игорь О. 
Жанр: Проза прочее  Проза   
Серия:  
Страниц: 
Год:  

Редактор-корректор Валентина Белоглаз

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Человечег проснулся. Неожиданно, мутно, как это происходило каждый день вот уже несколько последних лет. Ему не было надобности смотреть на часы. Время он знал и так. Вернее, не знал, а был уверен в его состоянии на текущий момент, выраженном набором цифр. С небольшими допусками плюс-минус десять минут он увидит на дисплее компьютера, оживленного прикосновением его руки, сочетание знаков, обозначающее, что сейчас уже за полдень, а именно – час дня. Всё те же несколько лет это действо повторялось изо дня в день. Режим его образа жизни уже прочно сложился и устоялся, как и логистика всех последующих за пробуждением действий, подсказанная рациональностью распределения сил и времени. Ведь время – это ресурс, который мы тратим, исходя из своих потребностей и приоритетов. А если ты израсходовал некую часть его на такую глупую, но биологически необходимую процедуру как сон, то приходится бережно относиться к оставшейся. Он никогда не задумывался над этим, всё пришло само, и даже себе самому он никогда бы не смог объяснить природу собственных поступков. Откуда взялся этот рационализм? Эти отработанные и пошагово просчитанные движения сложились у него автоматически. Человечег знал, что сейчас он встанет и выглянет в окно. Там он увидит остатки утренней толпы в виде редкого народа, бредущего по аллее Дмитрия Донского, ещё несколько часов назад плотным потоком спешащей в разинутые двери входа в метро и безвозвратно, до вечера, исчезающего в его утробе. Он неоднократно наблюдал это, засиживаясь перед компом допоздна, то есть – раннего утра, когда люди отправлялись на работу. Конечно же, с поправками на время года и погоду, количество людей может варьироваться. Но так ИМХО было всегда и, наверное, будет продолжаться вечно. Сегодня должно быть первое июня. Солнце с переменным успехом пытается пробиваться через неплотную московскую облачность. Он заметил это как только открыл глаза, сквозь ни разу не мытое им стекло окна с вечно распахнутыми тюлевыми занавесками. Поэтому сейчас, по большей части на аллее, можно будет видеть мамаш с колясками или ходячими детьми, разбавленными подростками. А также домохозяек, исполняющих свои должностные инструкции в пункте пополнения запасов провизии, путём доставки её из универсама «Пятёрочка», находящегося на противоположной стороне Бульвара того самого Дмитрия Донского, в домашний холодильник. Этих женщин, неторопливо спешащих по бытовым делам, он называл про себя «сумчатыми». Далее он пройдёт шесть шагов до двери, ведущей в прихожую его двухкомнатной квартиры. Выйдет в неё. Потом три шага до поворота на кухню. Кухня. Здесь он нальёт в электрический чайник воды ровно один литр и двести граммов согласно мерному делению на бытовом приборе, именно столько потребуется ему для всех утренних гастрономических нужд. Но прежде сольёт некоторое количество застоявшейся в трубах, ибо бутовская вода не отличается качеством. Видимо, этот ритуал передался ему по наследству, так всегда было принято делать в его семье. Ещё во времена, когда в прошлом веке он жил с родителями в Чертаново, отец, в чьи обязанности входило утреннее заваривание чая, приговаривал, откручивая кран: «Пусть сойдёт немного ржавчины, ведь она суть железо, а зачем накапливать его в теле и утяжелять организм? Я и так излишне вешу». Тогда можно было это себе позволить – счётчиков на воду ещё не принято было устанавливать в квартирах и её не приходило в голову экономить. Пока чайник начнёт закипать, в его распоряжении будет несколько минут, чтобы достать с полки банку растворимого эрзац-кофе, названия которого он никогда не читал и не обращал внимания на цену – покупал то, что первым попадалось под руку в ближайшем магазине «Перекрёсток», расположенном в двух кварталах за домом, по улице Грина, в который всё та же биологическая нужда заставляла его наведываться не чаще пары раз в месяц. Он даже не предполагал разницы между дорогим и дешёвым напитком, главным был кофеин. А он, как ему по наивности казалось, обязан был содержаться в напитке под названием кофе. Две ложки растворимых гранул будут высыпаны в керамическую кружку, приправлены сверху тремя ложками сахара и одной сухого порошка, именуемого заменитель сливок, для «нажористости». Ещё порядка трёх минут и сорока секунд у него останется для того, чтобы зайти в большую комнату. Касанием сенсорной пластины, заменяющей мышку, реанимировать дремлющий комп с никогда не закрываемыми страницами Фейсбука, Однокласников, в Контакте и ещё нескольких социальных сетей. Пока его электронный друг, сожитель и источник доходов в одном лице будет очухиваться после сна, успеет закипеть чайник. А пока Человечег мимоходом глянет случившиеся на экране изменения, ознакомится с именами тех, кто прислал ему письма и прочие «массаги». Вчитываться пока не будет, оставит на попозже. Достанет из пачки утреннюю сигарету, вода в чайнике тем временем немного поостынет, ведь он не любит кипяток. Как раз настанет время вернуться на кухню, залить полуфабрикат напитка в кружке горячей водой. На кофе её уйдёт триста граммов, оставшиеся девятьсот он выльет в ковшик, предварительно положив туда вынутые из морозилки полпачки пельменей. Именно так, а не наоборот, не пельмени в кипящую воду. Для изжоги – незаменимая вещь, как говаривал один знакомый сисадмин. Ему почему-то всегда нравилось это блюдо полуслипшимся. Видимо потому, что таким оно получалось у вечно задёрганной работой и бытом матери, а воспоминания детства всегда вызывали в нём сладостно-мазохистские чувства. Потом поставит кастрюльку на электрическую плиту и приготовит свой традиционный и любимый полузавтрак, который можно назвать полуобедом, если принимать во внимание традиционный для трудоспособного населения Земли распорядок дня. Впрочем, учитывая свой образ жизни, приёмы пищи он никак конкретно не называл и не разделял их на завтраки, обеды и ужины. Просто после сна, который мог случаться в любое время суток, полагалось поесть, что он и делал. Он редко испытывал чувство голода. Скорее, еда была привычкой, биологически осознанной необходимостью, засевшей на уровне инстинкта где-то в подсознании. И если бы в связи с отказом от пищи не светила перспектива окочуриться, он вообще бы перестал это делать. Вкуса Человечег не чувствовал, кулинарные предпочтения людей не разделял. Более того, понятие «вкусно» он считал пережитком и атавизмом, унаследованным современным человеком от диких времён, и абсолютной нецивилизованностью. А традиционно условное распределение приёмов пищи в течение дня по названиям, таким, как завтрак, обед и ужин – чистой глупостью. Для него их не существовало, любой приём пищи про себя он называл «заброска кормом». Впрочем, и людей он не сильно жаловал. Он существовал в своём мире, большую часть которого за исключением всё тех же биологических надобностей, составлял Интернет.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.