Мёртвая голова

Романов Станислав

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Мёртвая голова (Романов Станислав)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Видно, Буджум ошибистей Снарка!

Льюис Кэрролл
* * *

– А вот интересно, – сказал Лаврентий Жребин, – есть ли вода на Марсе?

– Не-а, – лениво отозвался Климент Пряхин. – Нету там воды, только песок.

Антон Неизбежин, по обыкновению, промолчал; он, по-ковбойски сощурив глаз, сосредоточенно плевал вниз, в жирных ленивых чаек, что плавали на поверхности моря.

Был час прилива, и уровень воды поднялся метра на три, почти до четвертого этажа – это если считать по-старому, от земли. Жребин, Пряхин и Неизбежин сидели на краю крыши крематория – Антон, свесив ноги с карниза, лицом к улице, А Лаврентий и Климент, наоборот, к улице спиной. Все трое маялись вынужденным бездельем, нынче с самого утра еще не причалил ни один катафалк, и кремировать пока было некого.

От нечего делать Лаврентий Жребин стал развивать марсианскую тему:

– А я вот в газете читал, что на Марсе есть каналы, и ежели взять хорошую зрительную трубу, то можно их разглядеть.

– Ну и что, – ответил Климент Пряхин, закуривая вонючий «Беломорканал». – Каналы-то есть, а воды в них нету.

– Как же тогда марсианцы там живут, без воды-то? – поинтересовался Лаврентий Жребин.

– А у них водопровод есть, – ухмыльнулся Климент Пряхин. – И вообще, откуда у тебя такой интерес? На Марс, что ли, решил перебраться?

– Я над этим думаю, – сказал Лаврентий Жребин серьезно. – У меня, понимаешь, из-за постоянной сырости суставы уже начинают побаливать, в шее щелкает, в пояснице трещит. А как с моря бриз, так у меня – насморк.

– Да, совсем плохой стал, – покачал головой Климент Пряхин, поглядел на дымящуюся папиросу в своей руке и сказал как бы задумчиво: – Кремировать тебя, что ли?..

– Себя кремируй, – огрызнулся Лаврентий Жребин и обиженно засопел.

Климент Пряхин усмехнулся, щелкнул окурок в воду и сказал, покосившись на Антона Неизбежина:

– Нынче утром, на Ушакова, прозектора Копфлоса обнаружили. Без головы.

Антон Неизбежин прицельно оплевал еще оду чайку, к сообщению Пряхина он остался совершенно равнодушен.

– Я тоже про это слышал, – кивнул Лаврентий Жребин. – Может, уже сегодня его к нам привезут?

– Нет, не привезут, – сказал Климент Пряхин. – Менты теперь его башку ищут, да никак найти не могут.

– На кой им его башка? – фыркнул Лаврентий Жребин. – Кремировать-то все одно, что с башкой, что без башки.

– Порядок такой, – объяснил Климент Пряхин. – Вот когда найдут башку без тулова, станут к тулову, что без башки, приставлять, чтоб, значит, одно другому соответствовало. Ежели все совпадет, тогда – в добрый путь, можно и кремировать. А ежели не совпадет, тогда придется им другую башку искать, да другое тулово для неподходящей башки.

– Ну, это дело долгое, – разочарованно сказал Лаврентий Жребин и повернулся к Антону Неизбежину, выбиравшему новую мишень. – Слышь, командир, у нас сегодня работа будет или как?

Антон Неизбежин пометил еще одну чайку и только после этого ответил:

– Привезут кого-нибудь. Дня еще не было, чтобы кого-нибудь не привезли.

Одному приказ – на запад, а другому – на восток

– Иванов.

– У?

– Вставать пора, – сказала Наталья. – На работу опоздаешь.

– Не на работу – на службу, – пробурчал Иванов, не открывая глаз. – Не хочу я на службу идти, я спать хочу.

Он с головой укрылся одеялом и перевернулся на другой бок, спиной к Наталье.

– Ах так… – Наталья уперлась пятками в поясницу Иванова и спихнула его на пол, вместе с одеялом и подушками. – Если ты не станешь ходить на службу, то тебе деньги перестанут платить, а на хрена ты мне нужен без денег?

– Это жестоко, – жалобно простонал Иванов, ворочаясь на полу.

– Жизнь такая, – сказала Наталья. – Давай, поднимайся, топай в ванную умываться, зубки чистить и морду побрить не забудь.

«Почему я позволяю ей так со мной поступать? – спросил Иванов у своего зеркального двойника в ванной. – Она ведь даже не жена мне».

«Потому что тебе самому это нравится, – ответило отражение и взяло левой рукой электробритву. – Тебе нравится, когда тобой помыкает эта женщина».

«Интер-ресно. А почему мне это нравится?» – спросил Иванов, жужжа электробритвой.

«Потому что она похожа на твою мать, – откровенно ответило отражение и поморщилось – Иванову не нравилось пользоваться электробритвой. – Тебе нужна именно такая. Женщина-мать».

«Данке шён, херр Фройд из зазеркалья, – сказал Иванов, увлажняя лицо лосьоном. – Сколько с меня за сеанс психоанализа?»

«Пустяки, это дружеская услуга, – ответило отражение. – Лучше купи себе новую бритву».

Пока Иванов умывался и брился, Наталья хозяйничала на кухне. Она поджарила яичницу, сварила кофе и достала из холодильника масло, чтобы отошло. Хлеб был куплен вчера, не то чтобы он зачерствел за ночь, просто потерял свежесть. Наталья поджарила несколько тостов, Иванов любил такие, с хрустящей корочкой.

Иванов – умытый, гладко выбритый и уже одетый – сел за стол и принялся за яичницу. Наталья стояла возле окна, за спиной у Иванова, смотрела на своего мужчину – он жевал так энергично, что уши шевелились.

– Иванов.

– М-м?

– Ты чего вчера так долго сидел? – спросила Наталья. – Спать, наверное, только в два лег?

– В половине третьего, – невнятно ответил Иванов, быстро пережевывая бутерброд с маслом. – Я отчет сочинял.

– Сочинил?

– А то как же. Полковник у нас – человек строгий. – Иванов допил кофе, поднялся, посмотрел на часы. – Все, радость моя, мне пора. Спасибо за завтрак.

– А поцеловать? – Наталья привстала на цыпочки, потянулась к его лицу.

Иванов чмокнул ее торопливо, без нежности – от него пахло кофе, едой и этим новым лосьоном.

– Все-все, я побежал.

– Беги, – вздохнула Наталья и махнула рукой.

Как служащий весьма солидной организации Иванов имел привилегированное право на владение личным автомобилем, в переполненной столице это значило многое. Но, видимо, в последнее время еще какая-то контора выбила у городских властей такие же льготы для своих сотрудников – машин заметно прибавилось, и на улицах, особенно в центре, снова стали возникать заторы. За три квартала до штаб-квартиры Иванов попал в чудовищную пробку: автомобили сбились плотным стадом, раздраженно ругались водители, запарившийся регулировщик остервенело размахивал полосатым жезлом. Иванов посочувствовал бедному парню из дорожного патруля – сегодня уже с утра было около тридцати градусов в тени. Кондиционер в машине Иванова работал исправно, навевая приятную прохладу, но это не особенно радовало – Иванов опаздывал на службу. Но не отказываться же от машины в пользу метро? Метро – это просто кошмар, там час пик круглые сутки.

На службу Иванов явился, опоздав на полчаса. Кабинет, который Иванов на равных делил со своим напарником Сергеевым, габаритами едва ли превосходил кухню в квартире Натальи, и в нем не было ни одного окна. Иванов в изнеможении плюхнулся на стул, опустил на стол голову, подложив под щеку папку с отчетом. Спать хотелось жутко, несмотря на выпитый кофе.

– Ну, какие новости? – деликатно спросил Сергеев, глядя на коллегу с сочувствием.

– Все то же, – ответил Иванов, не поднимая головы. – Среднегодовая температура увеличивается, полярные льды тают, уровень мирового океана поднимается. Скоро все потонем.

– И усилилась вода на земле чрезвычайно, так что покрылись все высокие горы, какие есть под всем небом. На пятнадцать локтей поднялась над ними вода, и покрылись горы, – процитировал Сергеев ветхозаветный текст. – Какие же это новости? К этому уже все привыкли, даже «Гринпис». Я тебя о другом спрашиваю: ты отчет по нашему последнему делу написал?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.