Гнилое лето

Бенедиктов Алексей

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Гнилое лето (Бенедиктов Алексей)

Любое совпадение персонажей или событий с реальными лицами или происшествиями может быть только случайным.

Автор

1978 год. СССР. Свердловская область. Кушвинский район

Хлесткий удар отчима отбросил Антона на землю, в грязь, в угол деревянного полуразвалившегося сарая. Из разбитой губы ребенка потекла кровь.

Боль – ее Антон практически не чувствовал, только появился солоноватый привкус во рту. И еще была обида. Может, именно она и гасила сейчас чувство боли, да и страха тоже.

– Вставай… – пьяный мужчина, покачиваясь, приближался к ребенку. – Я тебя сейчас научу не бояться… Вставай, сучонок…

Антон закрыл руками лицо.

1989 год. Ангола

Опустилась ночь, и почти сразу повеяло прохладой. Палатка СВС – советских военных специалистов, находилась метрах в тридцати от ближайшей деревенской хижины.

Восемь военнослужащих собрались на вечернее построение.

Командир подразделения говорил голосом уставшего человека, да и выглядел он после недавно перенесенной геморрагической лихорадки далеко не лучшим образом:

– Получен приказ: завтра на рассвете вертолетом нас перебросят в Мозамбик. И завтра же авиарейсом из Мапуту мы возвращаемся в Союз. Сейчас собрать вещи и снаряжение, чтоб утром оставалось только загрузить все на борт.

– Дембель… – прошептал сержант Карпов и после короткой паузы добавил. – Почти дембель.

Приготовления к отлету были завершены в течение часа, и все, за исключением сержанта улеглись спать. Последнее дежурство выпало на него. Что ж, он не против: напоследок можно и отдежурить.

Нарушая световую маскировку, Карпов, стоя, не спеша выкурил сигарету. Плевать на маскировку и на все остальное. Сегодня он даже не пристегнул рожок к автомату.

Треск насекомых. Легкий ветерок. Самое распрекрасное время суток в этом регионе: днем жара, а ночью будет очень прохладно.

Боковым зрением сержант заметил, как в лунном свете от одной из хижин отделилась фигура человека. Это была женщина. Она прошла к реке и остановилась на небольшой песчаной отмели у самой кромки воды.

Подождав пару минут, почти бесшумно, Карпов приблизился к негритянке. Услышав шаги, она резко повернула голову. Ее и сержанта разделяло не больше двух метров.

Негритянке было лет двадцать. Карпов улыбнулся. Эту девушку он видел впервые. Наверное, еще днем или вечером, она пришла в деревню к кому-нибудь в гости. Впрочем, это тоже не имело теперь никакого значения.

Негритянка смотрела на мужчину напряженным взглядом и вдруг бегом попыталась проскользнуть мимо Карпова обратно к хижинам, но сержант крепко схватил ее за руку, ударом ноги подсек и опрокинул на землю.

Оказавшись сверху, он сразу же закрыл ей ладонью рот, а другой рукой сильно сжал шею:

– Тише… У меня завтра дембель и это мы сейчас обязательно отметим…

Обдирая кожу о колючие ветки и высохшую траву, сержант Карпов оттащил труп изнасилованной и задушенной им женщины в высокий кустарник.

На следующий день

Самолет компании «Аэрофлот» выполняющий рейс по маршруту Мапуту-Москва набрал высоту, и стюардессы начали развозить прохладительные напитки.

Среди других пассажиров в салоне особенно ничем не выделялись восемь человек, облаченных уже в гражданскую одежду, сидящих в одном ряду.

Черный континент навсегда покидали восемь военнослужащих Советской Армии. Советский Союз сокращал зоны своего присутствия и влияния далеко за пределами собственных границ. Перемены, как в СССР так и за его пределами, начались вскоре после прихода к власти Михаила Сергеевича Горбачева. Об этом знали и наши военные, почти отрезанные от всего мира.

– За Меченного! Не он, гнить бы нам на просторах Африки, – старший в группе, имевший звание майора, поднял полный бокал, жестом и взглядом приглашая подчиненных присоединиться к нему. – За Меченного!..

– За дембель, – совсем тихо прошептал сержант Карпов.

* * *

Труп был обнаружен деревенскими мальчишками почти в полдень, когда они, вооружившись луками и стрелами, полезли в кустарник выяснить, почему туда слетелось так много птиц.

Двумя часами позже вся небольшая деревня была в сборе. Родственники убитой стояли молча, только очень пожилая негритянка что-то тихо бормотала и покачивалась из стороны в сторону. Все ожидали у хижины, в которой находились местный знахарь – он же колдун или шаман, и труп женщины.

Закончив осмотр тела, знахарь медленно поднялся, и недобрая улыбка коснулась его губ.

Одиннадцать лет спустя

Глава 1

14 июня 2000 года. Екатеринбург

Окровавленный труп молодой женщины лежал в гостиной на полу рядом с раздвинутым диваном.

Следственно-оперативная бригада заканчивала свою работу.

– Изнасилована и убита… – произнес следователь прокуратуры, снимая с себя старомодные очки в массивной роговой оправе.

– Убита – это мягко сказано, – оперуполномоченный посмотрел на судебно-медицинского эксперта. – Восемнадцать ударов ножом.

– Восемнадцать ударов колюще-режущим предметом, – вяло уточнил медик.

– В этом году ничего похожего не было, – заметил следователь.

– Никаких следов взлома. Деньги и ценные вещи не взяты, – вступил в разговор участковый – совсем молодой мужчина в милицейской форме с погонами лейтенанта. – Наверное, убийца кто-то из своих, кого она знала раньше. Сама ему дверь и открыла.

– Наверное, лейтенант, наверное… – устало пробормотал опер. – Кто-то из своих.

* * *

18 июня

Старший оперуполномоченный городского отдела УВД Дмитрий Владимирович Степанов был мужчиной среднего возраста, среднего роста, со скуповатой растительностью на голове и слегка выпирающим животиком. Используя профессиональную терминологию, можно было сказать, что имел он средне привычные черты лица. В поведении сыщика на единственную особенность, пожалуй, могло претендовать только количество сигарет, которые он выкуривал. Дымил Степанов до еды, после еды и, из-за характера работы, нередко вместо и даже во время приема пищи.

Без трех минут десять Дмитрий Владимирович вошел в приемную своего шефа. Крупная блондинка Дора Павловна – ходячая энциклопедия всех сплетен и слухов, печатала на компьютере. Она холодно поздоровалась со Степановым – ну не в ее вкусе был этот мужчина, и пригласила его в кабинет начальника:

– Рем Гурьевич уже ждет.

– Здравия желаю, – с порога, но не слишком бойко произнес оперуполномоченный.

– Привет, Дмитрий Владимирович. Проходи, садись, – шеф располагался в кресле за столом. Обрюзгший, совершенно лысый, с мешками под воспаленными глазами и тонкими усиками обольстителя из оперетты Рем Гурьевич весьма отдаленно походил на работника правоохранительных органов. Впрочем, коллеги хорошо знали, что за этой внешностью скрывается далеко не последний аналитик, к тому же способный мыслить не совсем стандартными категориями.

Степанов опустился на стул возле окна.

– Чертова погода, – Рем Гурьевич достал из кармана носовой платок. – Жара, а у меня насморк. И где угораздило простыть?

– Может это не простуда? – осторожно предположил Степанов.

– Ты на что намекаешь?

– Например, аллергия.

– Аллергия? – брови шефа удивленно взлетели вверх.

– Рем Гурьевич, сейчас об этом очень много пишут. Аллергия бывает на цветочную пыльцу, на шоколадные конфеты…

– Еще на пух страуса, – добавил шеф и махнул рукой. – Скажешь тоже…

– Врачи рекомендуют оздоровительный бег.

– От инфаркта к миокарду? Ерунда, убежишь от инфаркта догонит инсульт, а уж если действительно оторвёшься в беге и от инфаркта и от инсульта, потом придется медленно умирать от рака. И что лучше?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.