Истории для взрослых и не очень

Орлов Вячеслав Иванович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Истории для взрослых и не очень (Орлов Вячеслав)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Катя

Если легкомысленно полагать, что грозовые тучи и проливной дождь не могут радикально изменить личную жизнь человека, мне с этим невозможно согласиться. Ведь именно проливному дождю я и обязан встрече с Катей.

А за полтора года до этого события я по очень грустной, вернее, скорбной, причине приехал в места моей юности, бывшие прежде предместьем Москвы, чтобы проводить в последний путь моего друга, никогда, в отличие от меня, этих мест не покидавшего. Мы не виделись четверть века, и я его, лежащего в гробу, едва узнал. Он, как видно, удивленный моим появлением, лежал с недоуменным лицом, не старый еще, но какой-то сморщенный.

– Он тяжело болел и умер в муках, – объяснила мне его неприглядность какая-то женщина, выглядевшая чуть получше моего друга. – Да Тоня я, его сестра, не узнал?

Погода была серенькая, теплая и скучная. Конечно, я грустил, да как-то не так. Что-то получалось все не всерьез. Может, потому, что этот человек с недоуменным лицом мало походил на Степку, молодого, шумного моего одноклассника и друга юности. Домой я возвращался измученный, сонный и равнодушный. Никого, кроме Тони (которую, если бы она не назвалась, я бы и не вспомнил), я не узнал и этим оправдывал свою бесчувственность. Но вернемся к началу истории.

Громадная туча пришла с запада, закрыла собой большую часть небесной синевы и собиралась закрыть все небо. Всего этого я не видел, потому что сидел с удочкой под крутым берегом холодной Истры, тупо уставившись в унесенный течением поплавок. О том, что в природе что-то происходит, я догадался по тишине. По-прежнему жарило солнце, но птицы перестали петь, трещать и пищать. Не знаю, что заставило меня оглянуться. Крутой берег за моей спиной был театрально освещен последними лучами пожираемого тучей солнца. На фоне этой черной тучи какая-то девушка в светлом платье, постояв секунду на крутой тропинке, решилась аккуратненько спуститься к воде, но тут так шандарахнуло, так сверкнуло, что она (с перепуга, наверное) потеряла равновесие и, не устояв, побежала вниз. Сообразив, что ей трудно будет остановиться, я успел выбрать место и приготовился ловить ее, уже набравшую скорость. Туча прорвалась, и хлынул такой ливень, какого я в своей жизни не видел. Поняв мой маневр, девушка угодила точно в мои объятья. Едва придя в себя, она сказала: «Все, можете меня отпустить», но я уже успел почувствовать, что только что изменилась моя жизнь, и разглядеть, что я держу на руках женщину лет сорока, с чуть раскосыми темными глазами.

– Меня зовут Екатериной, – сказала она, отворачиваясь, чтобы освободиться от прилипшего к телу платья. Как зовут меня, ей, кажется, было неинтересно. Стоя ко мне спиной, в одних никчемных трусиках, подчеркивающих ее женственность, она повернула ко мне голову и протянула платье.

– Попробуйте выжать посуше.

– Вы откуда? – спросил я, когда она была уже в платье и держала в кулачке свои мокрые трусики.

– Оттуда, – она с улыбкой посмотрела на верх горы. Странно, но дождь длился считанные минуты. По откосу к реке еще сбегала вода, а солнце уже шпарило, собираясь, как видно, быстренько оправдаться перед природой за временные неудобства, сотворенные ливнем. Я же в столь быстротечно грозном проявлении сил природы усмотрел для себя подсказку судьбы – неужели эта миловидная, складненькая женщина?..

– А я пытался что-нибудь поймать себе на обед, – сказал я. При слове «себе» она вопросительно подняла брови.

– Вы так добываете себе пропитание?

– Да. Сегодня первый день, но, очевидно, и последний, при моих рыбацких способностях.

– А охотиться?..

– Да нет. Категорически нет. Убивать медведей, зайцев, лосей и бекасов – это не для меня.

– Тогда плохи Ваши дела, – она посмотрела на меня сочувственно. В глазах ее я заметил тень усмешки. – Хотя знаете, в знак благодарности за спасение я попробую Вас накормить.

– А я не откажусь.

– Тогда полезли?

– Полезли, – неприлично быстро согласился я. Наверху оказались дорога и автомобиль «Пежо». Катя достала из под переднего колеса ключ.

– Прошу.

Ее платье почти высохло, она сдержанно улыбалась.

– Ну не чудо ли, просто же красавица. Так бы и обнял, так бы и расцеловал.

– Думаю, такие фантазии – следствие истощенности вашего организма, – и опять в глазах полуусмешка.

– Не бывает. Таких женщин не бывает.

– Вам невероятно повезло, – сказала она, не отрывая глаз от дороги. И опять улыбка, теперь уже озорная. – Минутах в пятнадцати отсюда коттеджный поселок, там живут мои друзья. Они нас накормят.

– А это удобно? – спросил я запоздало.

– Удобно, Сережа, – сказала она, повернувшись ко мне. – Да посмотрите же на меня, Сережа. Скажите что-нибудь.

– Катя, я помню, что была гроза, что я держал на руках красавицу. Дальше уже что-то невозможное. Вы кто?

Мы въехали в какой-то несуразный голый поселок.

– Нам туда, – сказала Катя, показав на единственный, как мне показалось, жилой дом.

– Конечно, – сказал почему-то я.

На открытой террасе Катины друзья читали своей дочке «Красную шапочку».

– Сережа, – движением головы представила меня Катя.

– Лена, Игорь, Светка, – раскланялись Катины друзья.

– Поесть найдется? – спросила Катя.

– Если перекусить, то можно сию секунду. Если поесть, то немного погодя, – скороговоркой сказала Лена.

– Боюсь, что Сережа упадет в голодный обморок.

– Дело серьезное, что будем пить – водку, коньяк? – тоже скороговоркой поинтересовался Игорь.

– То, что в традициях этого дома, – сказал я, пытаясь выглядеть современно.

– Тогда водку, – сказал Игорь и принес коньяку. – Пардон, оказывается, водки нет. Может, переживем? – потряс он бутылкой.

– Переживем, – сказал я.

Выпив и закусив, я попытался разобраться в положении вещей. Поймал Катин взгляд. Она так смотрела на меня, как будто в чем-то сомневалась, но делала попытку понять, что происходит.

Мне нравятся современные молодые люди. Они не усложняют себе жизнь излишними церемониями, они умеют находить нужные интонации, говоря или спрашивая о вещах, о которых не хотелось бы говорить как бы между прочим. Присев на подоконник и опираясь на него руками, Катя откровенно меня разглядывала.

– Сколько тебе лет, Сережа? Мне нравится, как ты пьешь. Без жадности, без озабоченности, что не заметишь момента, когда станешь пошлым.

Ее переход на «ты» меня несколько удивил.

– А разве между умением пить и возрастом есть прямая зависимость?

– Конечно.

Она оттолкнулась от подоконника и оказалась со мной лицом к лицу.

– Неужели я буду когда-нибудь целовать ее глаза, шею…

– Сережа, всему свое время.

– О господи.

– Я, Сережа, слишком опытна. Ты не ответил на мой вопрос.

– Катя, я боюсь, что все, что сейчас происходит, может окончиться из-за неправильно понятого тобой моего взгляда, фразы, жеста. Я так дорожу этими прекрасными минутами очарованности тобой, что начинаю сходить с ума. Сколько мне лет?.. Рядом с тобой я ощущаю себя Мафусаилом. Я два года уже пенсионер. Разведен, имею взрослого сына, плохой рыбак, бестолков, не люблю художественной литературы…

– Об остальных твоих недостатках поговорим потом, – остановила меня Катя и, прильнув ко мне, поцеловала умело и сладко.

– Господи, ведь я смутно догадывался, что ты где-то существуешь, я тосковал по тебе, я пытался разглядеть тебя в других женщинах.

– Сережа, ты знаешь меня давно.

– Катька, я на кухне, иди сюда, покурим, – крикнула Лена.

Открытое окно кухни выходило на террасу. Мне было слышно, о чем они разговаривают. Из деликатности я не ушел. Лена говорила громко.

– Катя, он кто?

– Пенсионер.

– Ладно, он вроде ничего и…

– Лена, не напрягайся.

– Ты давно его знаешь?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.