Метеорит не оставляет пепла

Шинкин Анатолий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Метеорит не оставляет пепла (Шинкин Анатолий)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1 Дальнобойщики

Земля – чей-то неудачный эксперимент.

Прекратят и начнут новый, как только иссякнет финансирование,

учтя негативный опыт работы с подопытными

Не гипотеза, а краешек правды

Бюргер укладывает спать сынишку

– Папа, а почему в космолетчики только русских берут?

– Их не жалко. Спи, сынок

Анекдот

– Из пункта «А» в пункт «Б», – мой второй пилот Серега невнимательно перелистывал маршрутную карту – «маршрутку» и презрительно кривил пухлые юношеские губы. – Тысячу и один раз летали на Эмпериус. Все кочки и ухабы с закрытыми глазами наизусть. «Разгоняемся к Юпитеру, используем его гравитацию для крутого поворота и вылетаем из солнечной системы на минимальном расходе топлива с избыточным ускорением.»

Мне и самому бесконечные предполетные проверки и тренинги в печенках, но приходится высиживать отведенное занятиям время, и я добросовестно сижу в командирском кресле, скрестив ноги, обутые в белоснежные кроссовки, на приборной панели. Глаза у меня закрыты, сигарета тлеет в откинутой на подлокотник руке, и Серега «ловится» – пропускает несколько страниц и, как ни в чем ни бывало, продолжает пренебрежительно монотонным голосом:

– Краем метеоритного коридора выходим на предпоследний виток Бэтта-Туманности и, используя центробежное ускорение, достигаем сверхсвета…

– Отлистай.

– Что?

– Отлистай на третью страницу к «избыточному ускорению», и, не пропуская ни строчки, до конца.

Многие в отряде космоперевозчиков считают меня раздолбаем, разгильдяем, расхлебаем и еще несколько слов на «раз» и «рас». Совершенно беспочвенное утверждение, основанное лишь на внешних впечатлениях. Не ношу военной формы, а гражданская, всегда кипельно-белая, навыпуск, небрежно подобрана и полу расстегнута, походка, свободная, «развинченная», и ленивая, «зевотная» речь. Но внутри я собранный и дисциплинированный летчик. На Эмпериус – филиал Метрополии – вожу грузы уже почти три года и давно научился не пренебрегать инструкциями, писанными зачастую кровью моих же товарищей.

Смерть ходит за водителями космических грузовиков по пятам, и на мыслях о ней не принято заморачиваться. Когда узнаю об очередном «улетевшем навсегда», говорю дежурную фразу: «И нам пора готовиться». Лукавлю, знаю, что неожиданно придет.

Эмпериус – государственная идея, на реализации которой сосредоточены все силы и средства нынешней земной цивилизации. Существующая система управления, когда вся планета принадлежит сотне владельцев-олигархов, а остальные граждане живут на ней, вроде как из милости, давно переросла сама себя и грозит взрывом. Вот кабаны и придумали народу замануху: «Обустройте нам планету-рай, а Землю мы вам подарим». Не пожалели денег на рекламу, и вот народ в радостном исступлении затягивает очередную петлю на своей шее. Впрочем, – это их заморочки, а у нас конкретная работа.

Только поверхностному взгляду космос может показаться статичным и неизменным. У Сереги завтра третий полет. Ему простительно думать, что изучил все «кочки и ухабы». Человек тем скорее делает вывод и начинает действовать, чем меньше знает предмет; энергия заблуждения, которая иногда приводит к открытию и переходу цивилизации в новое качество, как это было с Колумбом.

Мореход, основываясь на убеждении о шарообразности Земли, направил свои каравеллы на Запад, в полной уверенности, что Индии не минует, а на пути оказался совершенно неизвестный континент, ставший впоследствии Америкой. Но гораздо чаще незнание предмета приводит к конфузу, поражению, а то и выпуливает легкомысленного героя банально в вечность, из которой нет возврата. Памятные плитки о таких Серегах, первых погибших в отряде: сгоревших или потерявшихся во вселенной, сверкают мрамором на памятной стеле космопорта.

Удар о фотонный луч или направленный гравитационный столб на сверхсветовой скорости много мощнее, чем об асфальт из стратосферы, в доли секунды раздробит экипаж и «железо» на атомы или размажет пленкой поверхностного натяжения толщиной в одну молекулу.

Корабль, прошедший по маршруту, оставляет за собой турбулентный, возмущенный поток. Многотонный транспорт проносится с четырех световой скоростью и сбивает с орбит спутники, «обрубает» хвосты комет, волчком закручивает встречные астероиды и прочий космический мусор, создавая неожиданные препятствия на пути следующего корабля.

Инверсионный след может держаться месяцами – космос не склонен к торопливости – и путь следующему транспорту приходится прокладывать почти заново. Прикрыв глаза, сравниваю нынешние параметры маршрута с предыдущими, вношу коррективы, мысленно проходя весь запутанный долгий путь в межзвездной темноте.

– Шеф, в горле пересохло. Давай по чаю.

– Зови ребят.

Серега радостно ткнул в кнопку вызова экипажа. Сашка механик и программист Леха, которого в глаза и за глаза звали Хакером, явились незамедлительно. Закрутились вокруг чаеварки, своего последнего изобретения.

Сашкины умелые руки замечательно воплощают замысловатые Лехины умствования в практические изделия, всегда оригинальные и немного смешные. Чаеварку шутники смастерили в форме слоника. В туловище разместили компьютер и коробочки с заварками, голова и хобот выполняли роль чайника. Программа в определенной последовательности и пропорции подавала в кипяток дозы сухой заварки, зверобоя, душицы, мяты, чаги, еще чего-то, и получался замечательный коктейль, освежающий, бодрящий и вкусный. «Сяю с водоськой не желаете?» – спрашивал Слоник с китайским акцентом и лукаво скашивал глаза. Красавец.

– Командир, – командиром меня величает Сашка-механик, Серега называет шефом, а не признающий авторитетов Лешка Хакер обращается по имени. – Командир, а ты в курсе, что в отряде добавился новый экипаж – чисто женский. Вчера с Серегой знакомиться ходили.

– Есть успехи? – я взглянул на Серегу, и его быстро розовеющие щеки сообщили о случившемся фиаско.

– Командир, дай время, – зачастил Сашка. – Мы рассказали барышням две сотни анекдотов. Наш номер первый.

– Один на двоих? Экстремалы. Вы, конечно, не вспомнили, что в космонавтки отбирают по верхней планке ай-кью и, стало быть, весь вечер отработали клоунами у четырех девиц?

– У пяти, – смущенно выдавил Серега. – Еще пилот-стажер.

– Тупые, – прокомментировал Леха Хакер, отхлебывая чай. – Все генитальное просто, закон «разделяй, раздевай и властвуй» пока никто не отменял. Девицы в стае языкасты, ядовиты и почти неприступны. Отдели жертву, нашепчи те же анекдоты интимно в ушко, и ты в дамках. Поимели вас глупых.

– Командир, и ты так думаешь? – Сашка агрессивно навесил надо мной свою двухметровую фигуру. – Парни и девушки должны спать сэндвичем,… или бутербродом. Закон общежития.

– Еще скажи: «Военные, значит, должны понимать команду «ложись», – Леха подмигнул мне, приглашая к розыгрышу. – Скажи, что в армии землян все женщины одного сорта. У меня язык не поворачивается выговорить слово, которым ты собирался их обозвать, демонстрируя наклонности похотливого самца.

– Да я, да мы,… – Сашка хватал ртом воздух, отыскивая аргументы. – Мы же по-человечески, типа, любовь закрутить.

– Так что же вам помешало? – я кивнул Хакеру, и он незамедлительно вклинился:

– Девственность. Только она, незамутненная, незапятнанная, ничем и никем не порушенная девственность наших мальчиков, – он ткнул пальцем в сторону жарко пламенеющих щек Сереги и захохотал, а следом и я.

«Похотливый самец» Сашка вздрагивающими пальцами чиркал зажигалкой, пытаясь прикурить.

– Черт бы вас побрал! В следующий раз пойдете с нами, мастер-класс показывать.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.