Двенадцать миль вброд. Приключение в Мексиканской долине

Майн Рид Томас

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Двенадцать миль вброд. Приключение в Мексиканской долине (Майн Рид)

Томас Майн Рид

Двенадцать миль вброд. Приключение в Мексиканской долине.

– Итак, вы участвовали во второй мексиканской кампании?

Этот вопрос я задал полковнику Уорину Калхуну, офицеру, с которым я служил во время экспедиции Скотта в Мексику в 1846-48 годах. С тех пор мы не встречались, хотя я слышал, что он принимал участие во Втором Восстании – конечно, на стороне Юга, потому что сам был южанином, – а когда оно потерпело поражение, поступил на службу к императору Максимилиану. Я пригласил его спокойно провести со мной Рождество, и мы сидели за обеденным столом вдвоем: женщины ушли.

– Да, – слегка печально ответил он, – и это было не очень удачно. Жалею, что я так сделал. Видите, что я получил от этого – вернее, потерял. – И он с мрачной улыбкой взглянул на свой пустой левый рукав.

– Да, старина. Вижу, и мне жаль. Но как это произошло?

– О, обычная история. Огнестрельная рана, пуля раздробила кость, пришлось ампутировать руку.

– Но где вас ранило? Расскажите все.

– Ну, о самой ране особенно рассказывать нечего. Но мне кое-что пришло в голову. Вам стоит послушать. Представьте себе брод длиной в двенадцать миль!

– Вы меня заинтересовали. Продолжайте!

– Так вот. Но чтобы было понятно, я должен начать с самого начала. То есть как обстояли дела в имперской мексиканской армии.

– Мне это тоже интересно. Но сначала наполните заново свой стакан.

Полковник послушался и продолжил свой рассказ.

– После того как с Джефферсоном Дэвисом и остальными сэсэшами было покончено, я понял, что территория дяди Сэма не очень благоприятна для пребывания конфедерата, и потому направился в Мескику (Сэсэш – прозвище южанина в годы Гражданской воны в США; Джефферсон Дэвис – президент Конфедеративных Штатов Америки, союза южных штатов во время Гражданской войны – Прим. перев.). Со мной отправился молодой англичанин по имени Блаунт. Во время войны я командовал частью из Южной Каролины, а он служил в ней капитаном. Как вы знаете, большинство южан встало в Мексике на сторону Максимилиана; и большинство англичан из аристократов –тоже. Блаунт был из числа таких англичан. Мы совсем недолго пробыли в Мескике, как поняли, что ошибались; и я часто думаю, что заслужил наказание за то, что отдал свою саблю на защиту такого неправедного и греховного дела. Наказание даже легче, чем я заслуживаю.

Ну так вот. Мы с Блаунтом привезли в Мексику рекомендательные письма к «императору». Они нам помогли и позволили получить должности в императорской армии. Впрочем, в званиях нас не повысили, совсем напротив: я был назначен капитаном, а Блаунт – первым лейтенантом. Так что нас не повысили, а понизили; впрочем, это нас не особенно интересовало.

Хуже всего были рядовые, которыми нам пришлось командовать. Назвать их солдатами значит опозорить это слово; и их лошади – отряд был кавалерийский – вполне соответствовали хозяевам: маленькие косматые мустанги, большинство Россинанты в миниатюре. Когда мы с Блаунтом впервые увидели их на площадке для маневров, то едва не рассмеялись. Контраст между ними и нашей прежней частью «кавалеристов в сером» был так велик, что заставлял смеяться над нелепостью. Отряд оказался сбродом, в котором встречались представители всех национальностей. То, что осталось, после того как Луи Наполеон струсил и улизнул из Мексики. Бедный Макс! Я говорю бедный, потому что его стоит пожалеть. Каковы бы ни были его амбиции, он желал добра мексиканскому народу; и никого не обманывали так подло, как Базен его. Ясный случай лисы и козла отпущения: роль лисы сыграл француз, а роль козла – австриец. Потому что, уводя свои войска – не неторопливо и упорядоченно, а поспешно, кружным путем через Оризаву, – Базен все время слал покинутому нерешительному императору подбадривающие сообщения, чтобы самому уйти беспрепятственно, пока он со своими приближенными не оказался в безопасности на кораблях (Максимилиан – эрцгерцог австрийский, которого Наполеон III уговорил принять корону Мексики. Максимилиан оказался не в состоянии вести борьбу со своим противником президентом Мексики Хуаресом. Преданный своим главнокомандующим французским генералом Базеном, он был расстрелян в 1867 году. – Прим. перев.).

А теперь, – продолжал Калхун, отпив вина из стакана – после такого военно-политического отступления ему потребовалось смочить горло, – вернемся ко мне и молодому англичанину. Мы вместе присутствовали при фиаско империи, и история у нас одинаковая. Вместе со сбродом, называвшим меня «капитан», а Блауна – «тенант» – большинство наших солдат оказались мексиканцами и испанцами, – мы должны были занять пост на Теотихуакане. Прошел слух, что «хуаристы» угоржают горному проходу в Отумбе со стороны Тлакскаллы. Уход французских войск вызвал у мексиканцев прилив надежды; поведение французов перед уходом – а вели они себя не как солдаты, а как бандиты, – еще больше усилило гнев против захватчиков. Во многом это объясняется позорным указом, продиктованным Базеном и подписанным императором; говорят, он подписал его недобровольно, и этому вполне можно поверить. Согласно этому указу несколько тысяч невинных людей были преданы военно-полевому суду и после этого немедленно казнены. Это убийство так разгневало мексиканцев, что самые робкие из них превратились в отважных львов и свирепых тигров.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.