Проблемы Северо-Кавказского федерального округа. Материалы круглого стола

Коллектив авторов

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Проблемы Северо-Кавказского федерального округа. Материалы круглого стола (Коллектив авторов)

Вступительное слово

С.С. Сулакшин, доктор физико-математических наук, доктор политических наук

Уважаемые коллеги! Я хочу поприветствовать всех присутствующих – в особенности наших гостей, которые представляют Академию геополитических проблем.

Сегодня предстоит достаточно интересное событие – круглый стол. Но он не простой. Как если яблоко разломить пополам, то видны такие две ярко выраженные доли. Сегодня встречаются две аналитические организации – Академия геополитических проблем и Центр проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования. Одна из задач встречи, которая мне видится, – это попробовать найти столь необходимый межлабораторный, междисциплинарный стиль общения, способ соединения экспертных методов, потенциалов, результатов. Попробовать заполнить всю интеллектуальную цепочку, которую редко когда удается полностью заполнять в таких звеньях, как высокие ценностные смыслы, проблемные поля, цели, задачи, возникающие в их связи, и вплоть до проектных предложений, проектных документов, в особенности апеллирующих к государственному управлению, к высокому уровню политических решений и политических действий. Научно-экспертная часть абсолютно важна, интересна, но она значительно усиливает свой потенциал, свою смысловую нагрузку, если наполняется потенциалом рекомендаций, предложений. Проектами реальных документов, которые могут иметь шанс на реализацию в жизни, на исправление каких-то обстоятельств к лучшему.

Доклад

Д.Ш. Халидов

Кризис на Северном Кавказе: что делать? [1] К вопросу формирования новой «повестки дня» для Полпредства СКФО

Созданием нового Федерального округа (СКФО) федеральный Центр (ФЦ) наконец-то признал методологическую ограниченность подходов к управлению регионом. Но дискурс вновь свелся к избитым темам «контроля за эффективным использованием федеральных средств» и «необходимости новых инвестиций». Проще говоря, надежды снова возлагаются на «чисто» социально-экономические меры и дополнительные инвестиции, подкрепленные более жестким контролем за местной бюрократией и бюджетными расходами. В который уже раз мы становимся свидетелями вульгарных интерпретаций марксизма и редукции всей проблематики региона к «чисто» экономическим факторам.

Между тем, правильная постановка проблемы и адекватный методологический подход серьезно может приблизить нас к решению назревших в регионе проблем. Проще всего сказать, что кризис не на Северном Кавказе, а в федеральном Центре и в России в целом. Только в регионе проблемы более выпукло высвечиваются – и в силу особенностей региона, и в силу специфического «заказа». В экспертном сообществе довольно распространенно мнение, что в Центре существуют влиятельные силы, которым выгоден постоянный очаг напряжения в регионе: есть куда и на кого списать проблемы страны. Доказательство этой рабочей гипотезы отнимет у нас много времени. Хотя в ряде своих научных статей я также обосновывал этот подход. Но в нашем анализе мы не будем останавливаться на этом.

В чем отличие нашего методологического подхода к анализу ситуации в регионе?

Здесь нам не обойтись без хотя бы краткого анализа общероссийского контекста и критики методологических принципов, на которые опирались отечественные «реформаторы» из неолиберальной «партии». Будучи воспитанниками школы догматического или вульгарного марксизма они оперировали понятиями «базис – настройка». Соответственно, достаточно было демонтировать старый (экономический) базис госсоциализма, приватизировать собственность и построить на его месте новый капиталистический. А настройка – политическая и социокультурная – уже сама трансформируется и постепенно начнет соответствовать новому экономическому базису. Этакие либеральные «большевики», которые потом искренне удивлялись: что же это у них получилось в результате? И ничего лучше не нашли, кроме ответа типа «народ не тот попался, не дорос он до рыночных институтов» (?!). Без комментариев…

Но беда заключалась еще и в другом. Отечественные рыночные (или неолиберальные) фундаменталисты не были одиноки в своих методологических заблуждениях. В англосаксонской политологической и экономической школе также сильны аналогичные традиции. Абсолютизация материальных факторов в эволюции обществ, когда все богатство мотивов и ценностей редуцировалось до «чисто» экономического содержания, игнорирование самостоятельной и активной роли политических традиций и социокультуры в развитии обществ – характерная особенность для немалой части западного научного сообщества. Фридменовская школа неолиберализма, на которую опирались наши либерал-фундаменталисты, – из этого разряда «научной» школы. Слово «научная» не случайно взято в кавычки. Рецепты этой школы – «ответ», заказанный финансовой олигархией Запада, в условиях экономического кризиса начала 1970-х гг.

В западной политологии такой подход дополнялся вплоть до 1980-х гг. соответствующим концептуальным аппаратом. Анализ проводился, и до сих пор ведется (в частности, в России), в дихотомических терминах «современное (индустриальное или постиндустриальное) общество – традиционное общество». Типичное «современное» общество априори считается выше по своим характеристикам обществ традиционного типа. К традиционным же относят общества стран III-го развивающегося мира и даже некоторые сегменты обществ II-го мира – в частности, Восточной Европы и постсоветских стран. Разумеется, критерий здесь «чисто» рыночный, экономический.

В рамках подобного методологического подхода нормы, ценности, нравы традиционного общества, включая и политическую культуру, суть то, что необходимо модернизировать. Изменить настолько «круто», насколько это необходимо, чтобы рыночные институты функционировали безотказно. Даже вопреки мощному сопротивлению культуры и традиций России, не просто реформам политическим и экономическим, а именно такому типу реформ. Беда только в том, что нынешние неолибералы – как, впрочем, и либералы России второй половины XIX в. и начала XX в., – будучи отчуждены от народа, не чувствуют его культуру и чаяния. На бессознательном уровне присутствует вера во всесилие социальной инженерии и «чисто» институционального подхода: «вот мы возьмем и изменим законы, создадим соответствующие институты, а люди, общество сами подтянутся под них». Концепция модальной личности, на которую опираются такого рода горе-реформаторы, представляет собой «экспортную» модель, некритически перенятую из чужой (и чуждой) культуры, чужих традиций. И она (эта концепция) адекватно отражает лишь их собственные, очень узкого сообщества людей мотивы и ценности. Удивительное невежество, тесно связанное с европоцентрическим (тогда) и западноцентрическим (теперь) снобизмом и высокомерием.

Кстати, вновь вокруг Президента России набирают силу неореформаторы с тем же концептуальным багажом. Снова они рассуждают и пытаются действовать в рамках теории «модернизации», не совсем адекватно представляя себе ее содержание. Я имею в виду содержание модернизации с точки зрения стратегических интересов России как целого, а не ее правящего класса.

Но вскоре западные политики и ученые убедились в том, что их теоретические схемы и подходы совершенно не вписываются в реалии стран III-го мира. Западные нормы, ценности и институты совершенно не приживались или настолько трансформировались на новой «почве», что в корне меняло их содержание. «Технология» реформ, не учитывающая нормы и культуру так называемого «традиционного» общества, оказывалась безжизненной. Бедный Юг, почти весь континент Африки – яркий пример подобного «научно»-политологического и экономического фиаско западных рецептов. И по контрасту – другой пример из практики стран Дальнего Востока и ЮВА. Здесь правители сумели обеспечить бесконфликтный характер взаимодействия современных («экспортированных» с Запада) политико-экономических институтов и реформ – с одной стороны, культуры и традиций – с другой; их «органическую» связь. Достигнув таким образом общественного согласия, они сумели мобилизовать свои общества на достижение успеха в конкурентной борьбе, что в впоследствии получило название «экономического чуда азиатских тигров».

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.