Черная Ведьма

Звездная Елена

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Черная Ведьма (Звездная Елена)

Ведьмы выходят на тропу войны

С чего началась эта история? Так если припомнить самое начало, что с вопля сестер-блошек, дочерей почтенного торговца Блошича:

— Нам нужно приворотное зелье!

А я терпеть не могу делать приворотные зелья. Бесят они меня. И вопли оголтелых девиц бесят тоже. Меня вообще все бесит, я же ведьма, причем черная и потомственная, так что положение обязывает. Выдала девицам два пузырька с сильно действующим слабительным, заменив этикетки «Послабляющее» на «Привораживающее», и собственно дозу препарата увеличила втрое. А я чего? Я, между прочим, мужику пользу принесу, у него после такой дозировки не то что кишечник, но и мозги прочистятся, глядишь и узнает, что сестры Блошич не зря по вечерам в городском нарке прогуливаются, ох не зря. Достали уже вечно зелье противозачаточное требовать.

Но это оказалось только начало.

Часа не прошло, как в мою лавку, носящую весьма не прозрачное название «Лавка черной ведьмы», ломанулась толпа из остатков цветника нашего Бриджуотера. Кого тут только не было! И госпожа Данкан — почетная старая дева города, пережившая девицей три помолвки, десять сбежавших еще до сего акта кандидатов в мужья, и одного почти женившегося после принятия моего снотворного зелья священника, который у алтаря все же опомнился, никак высшие силы сжалились, вспомнил о своих обетах и сбежал. И сестры Невелис — все четверо в отца пошли, чем весьма гордился кузнец, но его могучесть, коренастость и волосатость на мой взгляд как-то не слишком смотрелись на девицах. Кстати не только на мой взгляд — мужская часть Бриджуотера придерживалась того же мнения, в результате сестры до сих пор в девках. Но всех затмила матушка Торникай, ломанувшаяся к торговой стойке, где устроилась, вывалив достоинство, выкормившее всех ее девятерых дочерей собственно на стойку, от чего за жалобно заскрипела, напомнив мне, что пора бы и ремонт сделать. Кстати, жалобно скрипела не только стойка, пол тоже отозвался надсадным стоном, от чего вся толпа сделала синхронный шаг назад, обоснованно опасаясь провалиться подпол, а о моем подвале ходили страшные слухи, соответственно туда никто не хотел. Кроме, похоже, матушки Торникай.

— Уважаемая госпожа ведьма, — начала она без предисловий глухим колоритным басом. Кстати, дочерям передался такой же, в смысле характер, ничего удивительного, что от них даже портовые грузчики улепетывали.

— А сварите-ка мне зелье — выдала Торникай.

Скривившись так, словно на завтрак у меня были кислые лимоны, а вовсе не два хрустящих пирожка с ягодами, решительно ответила:

— Не сварю.

— Это еще почему? — возмутилась почтенная.

Хороший вопрос, очень. Глубоко вдохнув, со всем почтением ответила:

— А потому что, госпожа Торникай, зелье для похудения не запивают пинтой пива три раза в день, заедая все это пирогами с мясом, жаренными ребрышками и цельным тортом со взбитыми сливками!

Мадам поморщилась, после махнула рукой, которая сделала бы по объему честь любой мужской ноге, в смысле бедренной части… да что зам мужской — упизанные быки могли смело завидовать подобным объемам конечностей, и выдала:

— Ну что вы, госпожа ведьма, это все дело прошлое, а я и так хороша!

Угу, погаваривают господин Торникай спать предпочитает на чердаке, и не спускается с него на первый этаж, пока госпожа Торникай бродит по второму, так как опасается, что не выдержит пол. и рухнет прямо на несчастного мужика, коей по объему раз в пять меньше супруги. Жаль его, если честно, частенько он ко мне за успокоительным захаживает, сядет в сторонке и вздыхает так жалобно…

— Приворотное мне нужно! — рявкнула матушка Торникай так, что я, задумавшаяся о ее бедном муже, вздрогнула от неожиданности.

Демонстративно прочистив ухо, глянула на мадам, и прямо спросила:

— Так, в город новый холостяк приезжает, да?

У госпожи Торникай согласно затряслись все три подбородка. Остальная толпа тоже радостно и возбужденно закивала.

— Один? — уточнила я.

Кивки усилились.

Кто мне скажет — где логика?! Мужик то один, а их тут уже штук двадцать в мою лавку набилось, и вот вопрос делить они его как будут?! Короче мужика уже жалко. Потом припомнила сестер Блошич, собственно выданное им слабительное и… мужика стало еще жальче. С другой стороны слабительные у меня безвредные, а лишнее прочищение желудка еще никому не мешало, так что… И в конце концов я злая ведьма, так что никаких угрызений совести!

— Так, — постукивая черными накладными ногтями по торговой стойке недобро начала я, — зелий приворотных у меня нет.

— Так свари! — возопила матушка Торникай, подаваясь вперед и жадно глядя на меня алчными до зятей глазенками.

Да, проблема. Они же так просто не свалят, да и к окрестным черным ведьмам не пойдут — Грехем из ума выжила, ну так зам возраст располагает, стольник разменяла уже. У Малины после последнего эксперимента по отращиванию волос клиентов нет а кому понравится, если на лысине начнет трава расти, да не какая-нибудь а ядовито-синяя, а к Люсинде побоятся, за только с мужем развелась, так что в ней явно конкурентку видят. Но и мужика жаль как-то, уж даже и не знаю с чего… Хотя нет, знаю вот как гляну на алчное выражение лунообразной морды госпожи Торникай, так тут же всех холостых жалко становится.

— Ладно, — я поморщилась, едва стойка опять затрещала, — сделаем так — ночью сварю зелье, утром приходите.

Столько радости было. А меня чужая радость бесит. Да вообще все бесит. Особенно трещина, оставшаяся на стонле, после ухода массы госпожи Торникай. Тьма, эта женщина становится онасной для окружающих, и собственно окружающие это уже понимают ничего удивительного, что как только мадам выходит на улицу, все извозчики стремительно исчезают, а потом на нару с лошадями перепугано из-за деревьев и углов домов выглядывают.

А так больше проблем не было — слух о том, что приворотное только к утру сготовят, видимо по всему городку расползся. Так что заходили старички Варовски, взяли капель для зрения, им ювелирам зрение нужно отменное. Ближе к вечеру заскочил купец Оргун, взял мужского зелья — видать опять супруга за город укатила… Мужик так радовался, так радовался, ручку пытался поцеловать… нет, не скажу ему, что госпожа Оргун этих зелий втрое больше с собой набрала, да ко всему прочему еще и противозачаточного пять пузырьков.

Ночью «варила» приворотное. Оно ж как — жителям городка подавай в основном специфичные зелья, а у меня, между прочим, специализация по витаминным. И мужика жаль. Так что пол ночи я рисовала этикетки вроде «Неземная страсть», «Феерия Любови». «Страсть с первого взгляда» и тому подобное, а после быстренько, г де-то за полчаса, наклеила их на пузырьки с витаминными

настойками. А что — и вреда никакого, и эффект глядишь какой-никакой будет. В конце концов от витаминов еще никому плохо не было, а тут и для красоты, и для крепости ногтей, и для сияющей здоровьем кожи, и для волос — был у нас мужик, станет красавец!

В итоге утром едва не проспала рассвет, вставать было лень. Но у меня всего одно увлечение, и мне вовсе не хочется, чтобы о нем кто-то знал. Встала, потянулась и пошла одеваться. Из лавки вышла, как и всегда в полной тишине — город еще спал, фонтаны спали, фонарщики гасили фонари. Кстати вот сейчас, когда фонтан на центральной площади не работал, мне была видна городская мэрия. Точнее даже так — моя лавка находилась как раз напротив мэрии, но фонтан всегда закрывал обзор. Собственно, благодаря ему у меня и лавка в таком месте. У нас как — раз ты черная ведьма, изволь пожаловать на окраину города, а то и вовсе за городскую стену, черных никто не любит. Но два года назад я получила наследство от двоюродного дедушки, который в Бриджуотере был аптекарем. Довольно неплохим, кстати, раз сумел купить дом, выходящий на центральную городскую площадь. Дедушку Гэбриэла я не помнила, но наследство пришлось весьма кстати — я как раз закончила магистериум и искала куда бы податься. Бриджуотер в данном плане был идеален — портовый городок на окраине королевства, население, где все друг друга знали и доходное место для моей лавки. Так что по приезду, я сменила вывеску «Аптека» на «Лавка черной ведьмы», лично выкрасила здание в черный цвет, дабы соответствовал, накупила у местной ребятни трупики летучих мышей, у чучельника чучело черной кошки, над вывеской изобразила зеленые кошачьи глаза и оказалась вполне довольна новым местом жительства. Недовольным был мэр, прискакавший в одном ботинке в тот же день, как я закончила малярные труды и выразивший свое возмущение.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.