Функция

Золотько Александр Карлович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Функция (Золотько Александр)

Двадцать третье февраля в общем в этом году отмечалось неплохо. Во-первых, суббота, и парням не пришлось изворачиваться на работе, чтобы сбежать на традиционную встречу. Сашка Зорин по случаю праздника с утра прибрал свою квартиру, к полудню явился Серега Новиков, позвякивая бутылками в пакетах, к двум часам, когда картошка с луком и салом изжарилась, прибыл Гаврила, тоже с бутылками.

– А Юрки не будет, – сказал, спохватившись, Зорин, когда Гаврила предложил дождаться всех, а потом уж садиться за стол. – Позвонил, сказал, что не получается, что на фирме у него завал, разброд и шатание…

– Ага, – угрюмо кивнул Гаврила. – Двадцать третьего февраля… Сука он, этот ваш Юра Манченко. Раз в год встречаемся, и то…

– И то, – кивнул Новиков, водрузив традиционную сковороду с картошкой на середину стола. – Мишку Медведя еще понять можно, из Норильска хрен наездишься.

– Ты еще про Олежку вспомни, – подсказал Зорин и поставил на стол запотевшую бутылку водки. – Вот кому далеко добираться… Целых полчаса на автобусе… Когда он в последний раз был на встрече? В позапрошлом году?

– Как бы и не раньше, – с задумчивым видом Новиков скрутил пробку с бутылки, не целясь, разлил водку поровну в стаканы. – Два года точно не приезжал, женился он четыре года назад, один раз приехал с благоверной на Новый год, и все…

– Ну, жена – это серьезно… – Зорин взял стакан и встал. – Жена – не стена, через нее просто так не перелезешь! Обязательно задержишься. Хотя в рыло Олежке очень хочется настучать. За семейные ценности!

– Это сейчас был тост или причина побоев? – осведомился Новиков, тоже вставая.

– Это – причина. А выпьем мы сегодня за нас, за мужиков, – сказал Зорин.

– Выпьем и снова нальем! – подхватил Гаврила, стаканы стукнули друг о друга, и приятели выпили и сели.

– Такие дела… – сказал Гаврила печально.

– Ты о чем? – поинтересовался Зорин.

– Он по поводу конца света печалится, – объяснил Новиков. – Он так ждал двадцать первого декабря – и тут такой облом. А потом еще и метеорит в Челябинске…

– Ты хотел конца света? – ласковым голосом спросил Зорин у Гаврилы. – Гаврюшенька, кто тебя обидел? Жизнь так прекрасна, мир чудесен и многообразен, а мы хотим, чтобы он того-этого?.. Что случилось?

Гаврила поковырялся вилкой в оливье и вздохнул.

– Ну, не держи в себе, милый, – засмеялся Зорин. – Тут все свои. Колись.

– Нечего тут колоться, – махнул рукой Гаврила. – Вам вот самим нравится, как мы живем?

– А как мы живем? – быстро спросил Новиков, поддев на вилку маринованный масленок. – По-моему, мы неплохо живем. Вот смотри – ам! И мы просто замечательно живем. Нет? Работа есть, квартира есть, любовница – даже у тебя есть. Или уже нет?

– Вроде есть, – пожал плечами Гаврила. – Если судить по нашей переписке в Сети – очень даже есть. А если по нашим встречам… Раз в месяц, она очень занята.

– Ага, голова болит… – сочувственно покивал Новиков.

– Не болит. Работы много. Я попытался ей подарки дарить, чтобы чаще приезжала, так знаете, что она заявила?

Зорин с Новиковым переглянулись и одновременно вздохнули. Нынешнюю пассию Гаврилы они знали, ее характер и привычки хорошо представляли себе по рассказам Гаврилы, потому сразу поняли ошибочность такой стратегии приятеля.

– И куда она посоветовала тебе засунуть подарки? – спросил Зорин.

– У меня и места такого нет, – печально вздохнул Гаврила. – А потом она сказала, что если я еще начну чудить, то она и меня пошлет туда же…

– А жениться не предлагал? – Новиков еще налил водки в стаканы. – Кольцо с бриллиантом, свечи, шампанское… А?

Гаврила молча посмотрел на Серегу и покрутил пальцем у виска.

– Согласен, – кивнул Серега. – Чушь спорол. Ну тогда выпьем. За нас, за холостяков!

Они выпили за холостяков. Потом за женщин, будь они неладны, за дружбу, за День Советской армии и Военно-морского флота.

И стало казаться, что праздник вполне себе удался. Они уже собрались выпить за тех, кто в сапогах, но тут позвонил Юрка Манченко. Он еще раз извинился за то, что не пришел, клялся и божился, что в следующий раз – обязательно, что в следующем году пошлет все дела побоку и явится.

– Скажи, что с него причитается, – потребовал Новиков у Зорина. – Скажи, что мы и на него покупали выпивку и он нам должен. Чтобы в следующий раз неповадно было. Нет, ты скажи…

Но Юрка все услышал сам, подтвердил, что, как порядочный человек, он должен. И готов. И даже немедленно. И…

– Он денег прислал, – немного растерянно сказал Зорин. – На телефон. Сто баксов…

– О! – Гаврила поднял указательный палец. – Гусар, люблю! Уважаю. Вот мы сейчас допьем то, что уже купили, а потом… Или нет, давайте я сбегаю в магазин, куплю.

– Гаврюша, сидеть! – приказал бдительный Новиков. – Никто никуда не бежит. У нас все есть.

– А если?..

– Никаких «если», человек не должен ждать милости от природы, а запасаться выпивкой с запасом. Не первый раз гуляем… – Новиков поднял стакан. – За традиции.

Они выпили за традиции. Собственно, традиций у них было немного. Если совсем точно, то две – собираться двадцать третьего февраля и пить водку, при этом только из граненых стаканов. Причем почему именно из стаканов, не помнил уже никто, Зорин полагал, что просто, когда собирались первый раз в его только что купленной квартире, не смогли достать нормальной посуды, а потом решили, что граненые стаканы – это стильно.

– Кстати, о традициях, – спохватился Новиков. – А не позвонить ли нам Олеженьке и не сказать ли ему все, что мы о нем думаем?

– У меня денег на счету не хватит, – предупредил Зорин. – На столько времени – не хватит.

– Тогда давай пошлем эсэмэс, – Новиков достал свой телефон. – Кто помнит, как пишется «волюнтарист» – через «о» или через «а»?

– В моем доме попрошу не выражаться, – хихикнул Зорин. – Напиши просто «мудак».

– Просто мудак… – пробормотал Новиков, нажимая на кнопки. – И засранец. И привет жене.

– Горячий привет жене, – сказал Гаврила.

– Горячий привет! И удачи в семейной жизни, – Новиков отправил сообщение и положил телефон на стол. – Вот кто-нибудь объяснит мне, что происходит на свете?

– Я объясню! – поднял руку, как первоклассник на уроке, Гаврила.

– Подожди, я еще не спросил. – Новиков опустил руку Гаврилы на стол, звякнула вилка и чуть не опрокинулся стакан. – Вот я спрошу, сразу и скажешь… Хорошо?

– Хорошо! – энергично кивнул Гаврила. – Но могу и прямо сейчас.

– Потом… – Новиков двумя пальцами потер свою переносицу, словно пытаясь вспомнить, о чем, собственно, собирался говорить. – Да. Вот объясните мне, почему люди в гости ходить перестали. Ладно, хрен с ним, все стало дорого, чтобы стол накрыть, нужно деньги потратить…

– Жмоты, – вставил Гаврила и полез в карман за деньгами. – Я могу сбегать в магазин… Хотите икры куплю? У меня денег хватит, не думайте…

– Потом, – сказал Новиков. – Потом, Гаврюша, обязательно сбегаешь… А сейчас объясни мне, почему люди в гости не ходят? Их, скажем, приглашают в гости. Просто так, не на день рождения, подарков покупать не нужно…

– Я же говорю – жмоты, – снова полез за деньгами Гаврила.

Зорин молча отобрал у него бумажник и бросил на диван.

– Мне сослуживец жаловался. Позвонил он, значит, приятелям и говорит, а не встретиться ли нам просто так за чашкой чаю. Не виделись сто лет, и ведь живут в километре друг от друга. Не можем, отвечают. В будний день сильно устают. Ты только прикинь, говорят, это же семь часов в офисе, домой придешь – сил уже никаких нет, мысль только об отдохнуть. Прикинь? А в выходной – отоспаться нужно. И там в квартире прибрать. Сослуживец им – так вы меня пригласите, если самим лень идти. Я, говорит, не устаю. Возьму, говорит, бутылочку и к бутылочке, приду… И знаешь, что ему ответили приятели?

– Не знаю! – сказал Гаврила.

– Ты что, сказали, не понимаешь – напрашиваться в гости неприлично. Неприлично, понятно вам? – Новиков замахнулся кулаком, чтобы врезать по столу, но в последний момент сдержался. – Эти хоть прямо сказали, а остальные придумывают чего-то, чтобы только не приходить и не приглашать… Зачем? Почему?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.