Ловзар

Халилов Дамир

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ловзар (Халилов Дамир)

Глава 1

Яркая неоновая вывеска освещала небольшой участок улицы, раскрашивая в ярко-желтый цвет серые стены здания и черный ночной асфальт. Изящной вязью на вывеске было выведено: «Чайхана 24». Рядом с надписью был нарисован небольшой красный чайник – художник оставил между крышкой и корпусом зазор, и это заставляло прохожих задумываться: что держит крышку в воздухе? Тысячи светодиодов сверкали так ярко, что казалось, будто невидимый зазывала громко выкрикивает название заведения, потрясая чайником.

Вдоль стены чайханы прохаживался молодой человек. Он говорил по телефону и то выходил из полосы света, то вновь в нее попадал. Черные волосы ровной шапкой покрывали его лоб, уши, доходили до бровей, и во время разговора он то и дело небрежным жестом откидывал их назад. Обтягивающая черная футболка, черные джинсы и элегантные остроносые туфли, несмотря на простоту, гармонично вписывались в его образ, и сразу же ощущалось, что молодой человек крайне серьезно относится к впечатлению, которое он производит.

Ночная прохлада заставляла его поеживаться и потирать руки, почти не прикрытые короткими рукавами черной футболки.

– Закроемся, по всем вопросам закроемся, – разговаривая, он постукивал кулаком по штукатурке стены. Разговор продолжался уже долго, и мускулистые руки молодого человека успели покрыться мурашками.

– Не, пахана я точно сюда тащить не стану – сам все… – начал молодой человек, но собеседник вновь его прервал. Судя по всему, его роль в разговоре была довольно пассивной – он подолгу слушал, иногда пытался что-то сказать, но тут же осекался и вновь слушал, нервно играя желваками. – Дай… Дай я… Зачем ты вообще со мной говоришь, если слушать ничего не хочешь?!

Видимо, эти слова подействовали на собеседника, потому что парень продолжил:

– Давай так. В понедельник, край, деньги на счет упадут. А потом я приеду – сядем за стол, спокойно все перетрем, че и как дальше. Да, да – стопудово, мне люди серьезные по баблу подтвердили. Да… Да… Отвечаю.

Кто-то сзади похлопал его по плечу и сказал:

– Салам, Хасан.

Молодой человек резко обернулся и увидел приветливо улыбавшегося парня. Радостно улыбнувшись в ответ, Хасан, убрав на несколько секунд трубку от уха, обнял подошедшего.

– Валейкум салам, Арсенка! Секунду подожди, – с извиняющимся выражением лица он кивнул на трубку.

Арсен был на полголовы выше Хасана, сухопарый, с несколько резкими движениями. На нем были светлые джинсы и клетчатая рубашка навыпуск, расстегнутая почти до середины груди. Черты лица его были правильными, можно было даже назвать его симпатичным, однако парню не хватало лоска и особой маскулинной расслабленности, так ценимой женщинами. На его сосредоточенном, почти суровом лице лучились теплом добрые глаза.

– Ладно, братан, в общем, я тебя понял – все сделаем по взросляку. Давай, до связи, – сказал Хасан в трубку и вновь повернулся к Арсену. – Рад тебя видеть, брат! Погнали, наши все уже там. – Он улыбнулся и махнул рукой в сторону вывески.

Арсен улыбнулся в ответ и толкнул массивную входную дверь. На улицу сразу же хлынула волна голосов, звона стекла, фоновой музыки и других звуков, создающих особую атмосферу в любом пятничном заведении. Парни вошли, и дверь, ведомая металлическим доводчиком, мягко закрылась за ними.

* * *

В пятницу вечером в чайхане было людно. У стойки стояла очередь из желающих попасть внутрь, однако ожидание затягивалось, и на все вопросы хостес лишь неопределенно пожимала плечами. Посетители из зала выходили редко – формат заведения располагал к неспешным посиделкам, долгим разговорам, изредка прерываемым окриками: «Девушка, кипяток в чайник долейте!» или «Можно меню?!!» Десятки кальянов каждую минуту мягко выдыхали дым, который струями поднимался к потолку и образовывал в чайхане собственную облачную среду.

Зал представлял собой огромный архипелаг с островами столов. Каждый стол отличался от других, везде была своя мифология, а также свой кодекс спонтанно сформированных правил. Кто-то приходил сюда поиграть в нарды, кто-то – пообщаться на деловые темы, кто-то устраивал здесь романтические свидания с тайными поглаживаниями и поцелуями украдкой. Между столами курсировали официанты, несмотря на восточный антураж заведения, им удавалось сохранять московскую вальяжность в обслуживании и комфортный, в первую очередь для них самих, ритм.

За большим столом сидели четверо мужчин. Развалившись на низких диванах с подушками, типичными для московского понимания восточного интерьера, они вели шумный разговор, периодически перемежаемый раскатами хохота. Было в них что-то общее – в движениях, выражении лиц, манере говорить, даже в особом способе курения кальяна – резкие короткие затяжки, не мешавшие общему ходу беседы.

– Я отвечаю: он вообще безбашенный, – увлеченно жестикулируя, рассказывал Хасан. – Приколитесь, на «гелик» движок от «Ламборджини» засунул, ходовую полностью – от и до вылизал, короче, вообще вертолет, а не машина. Потом, такой, нежданчиком на Воробьевых нарисовался и давай там всех рвать по полной. Пацаны все в непонятках: че за тип, откуда взялся, а он там всех этих дагов на «бэхах» в клочья порвал.

Хасан затянулся кальяном, тот в ответ радостно забурлил.

– Мы с Русей такие: ни фига себе, ну-ка пойдем посмотрим, что за пассажир. Подошли: салам-салам. Он, короче, оказывается, из Назрани, в Москве кучу автосервисов держит. Я говорю: дай на «гелике» твоем кружок сделаю. Он такой: базара нет, братуха. Ништяк, сел, газ слегонца даванул, там под капотом такой зверюга зарычал! Короче, прокатился, потом туда-сюда, говорю: давай поторчим где-нибудь. И втроем с Русей погнали в «Тандури найтс» – это пахановские кенты открыли, короче. Только подъехали, нам с ходу столик – не столик, шампанское, фрукты, вся херня.

Арсен остановил проходившую мимо официантку и жестом попросил Хасана подождать.

– Девушка, мохито повторите.

– Один алкогольный мохито. Еще что-то?

– Нет, все. – Арсен вновь повернулся к Хасану, и тот продолжил:

– Сидим, кайфуем, слово за слово – и забились с Исламом (пацаном этим ингушским), что я любую телочку, которую он пальцем покажет, выцеплю на раз-два. Он, такой, показывает мне одну блондиночку расфуфыренную – атас! Скажи, Руся?

Рустам, спортивного вида парень, сидевший на отдельном кресле, оторвался от телефона, в котором весь вечер что-то писал, посмотрел на Хасана, слегка усмехнулся и вернулся к телефону.

– Я говорю: вообще не вопрос. Подрываюсь, иду, слышу: она с барменом на английском че-то там трет. Ништяк, думаю, – люблю международные связи устанавливать. Подхожу, такой: «Сорри», она оборачивается, я на сережки показываю и спрашиваю: «Бриллиантс?» Она так грустно: «Ноу бриллиантс» и давай в покатуху. Я к ингушу этому поворачиваюсь – показываю: готовь бабки.

Хасан передал кальян Арсену.

– Хасик, а Марина в курсах насчет международных связей? – поинтересовался Арсен.

– Марина – чеченская невеста. И притом будущая невестка Султана Ибрагимовича. Это все, что ей нужно знать, остальное – детали, – Хасан самодовольно улыбнулся.

О Султане Ибрагимовиче – так звали отца Хасана – Арсен знал довольно-таки немного: тот занимал высокую должность в полпредстве Чеченской Республики в Москве, где, собственно, и проводил большую часть времени. Также Арсену было известно, что Султан Ибрагимович был крайне влиятельным человеком в кавказской диаспоре, и его влияние не ограничивалось рамками должности. Тема хасановского отца была табуирована в компании – разговор о нем и о его делах мог заходить только по инициативе Хасана.

Каждые несколько минут у кого-нибудь из сидящих за столом звонил телефон, добавляя еще одну нотку к общей многоголосице «Чайханы 24».

В очередной раз зазвонил телефон у Арсена.

– Да, салам, Бек. Мы тут в «Чайхане» сидим, давай подтягивайся. Ага, ждем тебя.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.