Верность

Рауэлл Рейнбоу

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Верность (Рауэлл Рейнбоу)

Rainbow Rowell

ATTACHMENTS

Copyright © 2011 by Rainbow Rowell

All rights reserved

Издательство Иностранка®

* * *

Каю, который невероятнее любого вымысла

Глава 1

От: Дженнифер Скрибнер-Снайдер

Кому: Бет Фремонт

Дата: Среда, 18.08.1999, 9:06

Тема: Ты где?

Ты не умрешь, если выберешься ко мне с утра? Я тут сижу в развалинах собственной жизни, а ты… ты, наверное, еще только проснулась. Жуешь овсянку и смотришь ток-шоу Салли Джесси Рафаэль. Черкни мне на почту, когда раскачаешься, перед тем как примешься за дела. Комиксы даже не читай.

‹‹Бет – Дженнифер›› Ладно, сначала ты, потом комиксы, только давай по-быстрому. Мы тут с Дереком спорим, в Канаде или нет происходит дело в «К лучшему или к худшему», и сегодня, может быть, они докажут, что права я.

‹‹Дженнифер – Бет›› По-моему, я забеременела.

‹‹Бет – Дженнифер›› Что?! С чего ты взяла?

‹‹Дженнифер – Бет›› В субботу я три раза заказывала выпивку.

‹‹Бет – Дженнифер›› Похоже, нам нужно поговорить о птичках и пчелках. Вообще-то, там немного по-другому все происходит.

‹‹Дженнифер – Бет›› Ст'oит мне перебрать – и я сразу чувствую себя так, будто забеременела. Видимо, это потому, что я вообще не пью, и мне кажется – только позволишь разок, так сразу… Три часа слабины, и всю жизнь потом сражайся с особыми потребностями жертвы пьяного зачатия.

‹‹Бет – Дженнифер›› Они, по-моему, как-то по-другому называются.

‹‹Дженнифер – Бет›› У него будут такие маленькие, широко расставленные глазки, и все в магазине будут пялиться на меня и шептаться: «Посмотри только на эту пьянь. Все девять месяцев не могла с бутылкой „Зимы“ расстаться. Вот трагедия-то!»

‹‹Бет – Дженнифер›› Ты «Зиму» пьешь?

‹‹Дженнифер – Бет›› Она хорошо освежает.

‹‹Бет – Дженнифер›› Нет, ты не забеременела.

‹‹Дженнифер – Бет›› Не нет, а да. Дня за два перед месячными у меня на морде вылезают противные такие прыщи. А сейчас лицо чистое, как у младенца попка. И прыщей никаких нет. А вот странное какое-то ощущение в районе матки есть. Как будто он уже там…

‹‹Бет – Дженнифер›› Позвони-ка на какую-нибудь медицинскую «горячую линию» и скажи, что у тебя странные ощущения в районе матки…

‹‹Дженнифер – Бет›› Факт: беременности я пугаюсь не в первый раз. Если честно, то перед месячными я почти всегда этого боюсь. Но сейчас все по-другому, точно. Я себя как-то не так чувствую. Тело будто шепчет мне: «Вот оно… Началось».

Я все волнуюсь, что будет дальше. Начнет тошнить, затем разнесет, а потом я умру от аневризмы в родилке.

‹‹Бет – Дженнифер›› Или… родишь красивого ребеночка, – видишь, как я поддаюсь твоим беременным фантазиям?

‹‹Дженнифер – Бет›› Или… рожу красивого ребеночка, которого даже не увижу, ведь он целыми днями будет в детском саду, с какой-нибудь нянькой, получающей гроши. Ее он и станет считать своей мамой. Когда вечером он заснет, мы с Митчем сядем за ужин, но сил уже не будет. Я дремлю, пока он рассказывает мне, как прошел у него день, а он и рад, потому что говорить не очень-то любит. Он молча жует свой гамбургер и думает о новой учительнице, которая в старших классах ведет семейную экономику. На ней всегда высокие черные шпильки, колготки телесного цвета и юбки из искусственного шелка, шуршащие при каждом шаге и задирающиеся выше колен, стоит ей только сесть.

‹‹Бет – Дженнифер›› А Митч о чем думает? Ну, о том, что у тебя в матке что-то есть, а не о новой учительнице семейной экономики.

‹‹Дженнифер – Бет›› Он думает, что мне надо пройти тест на беременность.

‹‹Бет – Дженнифер›› Молодец! Наверное, такой здравомыслящий тип, как Митч, подошел бы учительнице домоводства, только от нее фиг бы он дождался гамбургеров на ужин. Но, мне кажется, он все равно останется с тобой, тем более что теперь на горизонте этот ребенок с особыми потребностями.

Глава 2

– Линкольн, у тебя ужасный вид.

– Спасибо, мама.

Хочешь не хочешь, а приходилось верить ей на слово. Сегодня он еще не смотрелся в зеркало. И вчера тоже. Линкольн протер глаза, запустил пятерню в волосы, чтобы хоть как-то их пригладить или, наоборот, приподнять. Накануне вечером, после душа, можно было бы и причесаться.

– Серьезно, ну посмотри на себя. И на часы посмотри. Двенадцать уже! Ты что, сейчас только встал?

– Мам, я раньше часа ночи с работы не прихожу.

Мать нахмурилась, протянула ему ложку со словами: «Помешай-ка фасоль» – и, включив миксер, заговорила громче, перекрывая его шум:

– Вот не понимаю, что это за работа такая, которую нельзя делать днем? Нет, не так! Ну что ты их гладишь? Мешай, мешай хорошенько!

Линкольн быстрее закрутил ложкой. В кухне сильно пахло ветчиной, луком и чем-то непонятным, сладким. В животе бурчало.

– Я же тебе говорил, – громко ответил он, так, чтобы ей было слышно, – кто-нибудь должен там сидеть. Вдруг с компьютером что-то случится или там… ну, не знаю…

– Чего не знаешь? – Мать выключила миксер и взглянула прямо на него.

– Может быть, меня поставили работать в ночь, чтобы я с кем-нибудь не столкнулся.

– Как это понять?

– Ну, если я с кем-нибудь познакомлюсь… то, может…

– Мешай. Говори и мешай.

– Если я с кем-нибудь познакомлюсь, – продолжил Линкольн, – то не смогу спокойно нарушать правила.

– Мне совсем не нравится, что ты читаешь чужую почту. Особенно по ночам, когда никого нет. Пусть другого кого-нибудь на твое место ставят. – Она попробовала пальцем то, что перемешивала миксером, и, протянув ему чашку, сказала: – На, попробуй. Ну и мир у нас, если даже это – карьера!

Линкольн провел пальцем по кромке чашки. Сироп.

– Попробуешь кленовый сироп?

Он кивнул.

– Там не совсем уж никого нет. Люди по ночам работают, готовят новый выпуск.

– Ты с ними разговариваешь?

– Нет. А вот почту их читаю.

– Нехорошо. Как люди могут свободно общаться в таком месте? Когда понимаешь, что кто-то посторонний знает все, что ты думаешь.

– Кто что думает – меня не волнует. Меня волнуют их компьютеры, вернее, компьютеры компании. Все знают, что это…

Матери без толку это объяснять. Она и почты-то электронной ни разу в глаза не видела.

– Давай ложку, – вздохнула мать, – только все портишь.

Линкольн передал ей ложку и сел у стола, рядом с блюдом, на котором дымился свежий кукурузный хлеб.

– У нас тут один работал почтальоном, – начала мать. – Помнишь? Он еще открытки наши читал. И всегда этак многозначительно говорил: «Ваш знакомый, стало быть, хорошо в Южной Калифорнии отдыхает». Или там: «А я вот в Маунт-Рашморе никогда не был». На почте, наверное, все открытки читают. Ну все, кто на почте работает. Нудная у них работа. Но этот прямо гордился – так, что противно было. Он, видимо, и соседям раззвонил, что я подписываюсь «миссис».

– У нас не так, – ответил Линкольн и снова потер глаза. – Я читаю, только чтобы проверить, не нарушают ли они правила. Это не то, что я их дневники читаю или что-то в таком роде…

Мать не слушала.

– Есть хочешь? Похоже, да. Заморенным выглядишь, если уж правду говорить. Дай-ка тарелку.

Линкольн поднялся за тарелкой, передал ее матери, а та, вдруг цепко схватив его за запястье, спросила:

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.