Медвежонок Васька

Осипова Нелли

Жанр: Детская проза  Детские    1973 год   Автор: Осипова Нелли   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Медвежонок Васька (Осипова Нелли)

МЕДВЕЖОНОК ВАСЬКА

На полярную станцию белого медвежонка лётчики привезли с острова Врангеля. В подарок. Медвежонок вылез из самолёта, покрутил головой, привыкая к тишине, и стал обнюхивать сапоги полярников.

— Это он знакомится с вами, — сказали лётчики.— Зовут его Васька. Кормите его супом, кашей и не привязывайте. Привяжете — одичает.

И улетели.

Полярная станция приютилась у берега моря. Справа сопки, слева — тундра. А в тундре всё ровно, гладко: зимой кругом один снег, а летом болотца тянутся на сотни километров.

Васька быстро подружился с полярниками. Но признал хозяином только дядю Фомича, кока. В войну дядя Фомич служил на корабле, воевал с фашистами. Потом стал полярником. Высокий, добродушный, неторопливый кок был на станции старше всех и умел делать всё, что нужно на Севере. Сам он рассказывать о себе не любил, но полярники знали, что семья его погибла во время войны. Так и жил дядя Фомич за Полярным кругом вот уже больше двадцати лет.

Целыми днями Васька сидел под дверью камбуза— так на полярных станциях и на кораблях называют кухню — и умильно посматривал на окно. А когда дядя Фомич выходил в своём белом колпаке, Васька вставал и смешно крутил лапами в воздухе, просил каши. Очень он любил её. Зато и рос не по дням, а по часам.

Скоро Васька вымахал таким большим, что, когда вставал на задние лапы, голова его оказывалась вровень с головой дяди Фомича.

— Бороться хочешь? — спрашивал его дядя Фомич.

Васька мотает головой и лезет на него. Ухватит одной лапой за рукав тужурки, а другой норовит поддать по ногам.

— Ишь циркач, — смеётся дядя Фомич. — Свои приёмы борьбы придумал, — и хватает Ваську за короткие уши. Этого Васька не любит — бьёт лапами по рукам, голову освобождает.

Стал Васька такой сильный, что, когда разбалуется, готов бороться подряд со всеми, даже с собаками. На станции держали несколько собачьих упряжек. Но ездовые лайки, животные

степенные, с чувством собственного достоинства от сознания своей важной роли в хозяйстве станции, бороться не любили. А вот щенки с Васькой играли.

Лежит, бывало, Васька на солнышке, греется, дремлет. А щенок к нему крадётся. Ползёт по снегу, распластался, шерсть на загривке дыбом, даже рычит тихонько. Подползёт к медведю — прыг да за окорока его. Зубы у щенка маленькие. А Васькину шерсть и большая собака не всякая прокусит — медведю такой укус словно комариный. Но Васька встаёт, рычит, лапами машет, старается не попасть по щенку — словом, тоже играет. И оба довольны.

Летом полярники ездили на рыбную ловлю. Забросят один раз сеть в лагуну — морской залив, и готово: на целую неделю обед.

Когда первый раз Васька увидел кузов тракторной тележки, полной рыбы, с ним произошёл конфуз. Сытый вроде медведь, от масла и сахара отворачивается, а тут заревел, зарычал, полез в тележку, лёг на рыбу, гребёт её под себя лапами и никого к ней не подпускает. Прибежал дядя Фомич. Кричит:

— Васька, домой!

Куда там. Васька и ухом коротким не ведёт. Рычит, норовит лапой стукнуть, зубы оскалил — а они у него уже

большие, жёлтые, и над ними чёрная бахрома свисает, как у злой собаки.

— Васенька, Васенька,— зовут полярники.—Давай лучше бороться.

Не слушает Васька. Сам рыбу не ест и другим не даёт.

Ушёл дядя Фомич и вернулся с ремнём. С обычным флотским широким ремнём с медной бляхой, а на бляхе — якорь.

Увидал Васька ремень, вылез из тракторной тележки — тяжело так — плюх на землю и убежал.

— Дядя Фомич, что это он так ремня боится? — спрашивают полярники. — Ростом с тебя, одной лапой твой ремень порвёт и тебя сомнёт, а боится.

Улыбнулся Фомич:

— Когда он маленьким был, я его иногда ремешком учил. Зайдёт в камбуз, что-нибудь стащит, ну и приходится... До сих пор боится.

Кроме ремня, Васька почти ничего и никого не боялся. Разве вот только кота. Впрочем, кот с полярной станции — совсем другая история.

СТРАШНЕЕ КОШКИ ЗВЕРЯ НЕТ

Так вот — Васька боялся Труса. Да как! Увидит — и бежит. И никто не знал, почему. А Трус рассказать не умел. Если бы умел, рассказал бы вот что.

Когда Васька был ещё маленьким — чуть побольше немецкой овчарки — решил он познакомиться с одним непонятным зверем. Ходит такой полосатый, усатый, хвост длинный, лапы мягкие, мурлычет, на собак внимание не обращает, и те его не трогают, а люди ласкают. Очень интересно было Ваське с ним поиграть, лапой прижать. Лапа у Васьки уже тогда была как валенок.

И вот однажды морозным днём сидел Трус на крылечке и жмурился на солнце. Сидит так Трус, а к нему Васька подбирает г я. Ползёт, старается бедняга, просто в снег вжимается — а спина у него огромная, на полметра над снегом торчит. И думает Васька, что его никто не видит. Подполз он к Трусу сзади, притаился и стал свою лапу к коту тянуть. А кот сидит, только один глаз скосил да ухо чуть прижал. Собаки- те, что с ним в тундре поближе познакомились, сразу бы поняли, что это значит. А Васька не понял — и тянется. И только он хотел лапой кота придавить, тот как вскочит, как фыркнет, как зашипит, как шерсть распушит — ужас! И когтистой лапой Ваську по носу.

Бедный Васька взвыл от боли, носом в снег тычет, скулит. И — бежать к дяде Фомичу жаловаться.

А Трус спокойно сел, лапу лизнул и глаза прикрыл. Будто и не он сейчас полярного медведя до полусмерти напугал.

Вот с тех пор и стал бояться Васька кота. Сам выше человека ростом и, если захочет, лапой не то что кота — моржа убьёт. А как увидит Труса — кругом обходит, вспоминает знакомство. Не даром говорится: страшнее кошки зверя нет.

ТРУС

Звали кота Трус. Появился он на станции так давно, что только дядя Фомич это помнил.

Однажды на полярной станции завелись крысы. Злые, огромные, с голыми красными хвостами, наглые — человека видят и не бегут. Появились они на складе продуктов. Просто беда! Утром дядя Фомич пришёл на склад, — а там следы ночного пира. Крупа, мука рассыпаны, ящики про-грызаны.

Пробовали крысоловки — не идут в них крысы. Опытные, наверное, были. Пробовали яд — не берут. Пробовали стрелять — из нор не показываются, а как отвернёшься — шмыг и схватила кусок.

Попросили полярники лётчиков привезти с Большой земли кота. Так появился на полярной станции кот. Здоровенный— от хвоста до носа почти метр, лохматый, полосатый. Ну прямо тигр, а не кот! И звали его, как богатыря из сказки, — Руслан.

Обрадовался дядя Фомич:

— Теперь крысам конец. Переловит их Руслан.

Посадили Руслана на ночь в склад. Утром пришли, открыли дверь... Крупа рассыпана, мука рассыпана, мешки продраны — опять попировали крысы. А Руслан, поджав под себя пушистый хвост, сидит на балке под самым потолком и дрожит. Увидал людей, жалобно мяукнул, спрыгнул и стал о ноги тереться. Спасите меня, мол, от этих страшных зверей.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.