Божественное чувство

Гарднер Ронда

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Божественное чувство (Гарднер Ронда)

1

Как всегда, сидя за рулем машины, катившей по главной улице Вулертона, Кейт ощутила теплое чувство удовлетворения. Что ни говори, перебравшись в Йоркшир, она совершила самый значительный в своей жизни поступок.

За эти два года Кейт влюбилась в Йоркширскую долину с первозданным великолепием ее горных ландшафтов, в здешние поселки с их каменными, построенными на века домами. У нее уже вошло в привычку каждый день видеть скалистые склоны гор — плод тысячелетнего труда дождей и ветра. Казалось, долина была специально создана для человека. Если только человечество само не уничтожит себя, скривив губы, подумала Кейт и остановила машину возле магазина трикотажных изделий, где была хозяйкой на пару со своей ближайшей подругой Маргарет Боуз.

Оказавшись два года назад в Вулертоне и выкупив по дешевке это маленькое ателье, Кейт и представить не могла, какую успешную карьеру она сделает. Теперь Кейт приходилось регулярно вылетать в Лондон и Нью-Йорк, где заказчики в лице самых престижных магазинов одежды буквально-таки дрались за то, чтобы получить очередную партию джемперов и свитеров, изготовленных по ее рисункам усилиями местных вязальщиц. Помимо личного успеха Кейт могла записать на свой счет и то, что ее работницы получили возможность дополнительного заработка, подчас превышавшего доходы их мужей.

Поначалу жены фермеров, опекаемые женой здешнего викария, со скептицизмом восприняли предложение вязать по ее рисункам, но, узнав, с каким успехом идут на рынке их изделия, они преисполнились энтузиазма. И теперь Кейт имела в своем распоряжении целую бригаду вязальщиц, за качество труда которых она всегда могла поручиться. Женщины долины были смолоду приучены, дожидаясь длинными осенними и зимними вечерами возвращения мужей, использовать свободные от домашних трудов часы для приработка, а Кейт и Мэг оставалось заезжать к ним и забирать готовые изделия.

— Ну, наконец-то! А то я уже собиралась закрываться, — с улыбкой встретила Мэг подругу.

— Я немного задержалась у Сары, — пояснила Кейт.

Вдова Сара Кэдди, несмотря на свой преклонный возраст, была одной из лучших вязальщиц, работавших на Кейт. Шотландский род Кэдди был одним из самых древних в Эббдейле, но внук Сары с женой и детьми три года назад переехал в Новую Зеландию, и, хотя у Сары было много знакомых, она страдала от разлуки с родными. Ферму на склоне горы, где Сара прожила всю сознательную жизнь, она после смерти мужа продала и теперь жила в крохотном, безупречно чистом домике на другом конце поселка.

Сара была, что называется, душевной женщиной. Об этом в один голос говорили все, кому приходилось иметь с ней дело. Вообще, быт маленького провинциального поселка во многих отношениях продолжал оставаться тяжелым и неустроенным, но Кейт ни за какие коврижки не поменяла бы такую жизнь на более удобную — в большом городе. Именно здесь, в Вулертоне, она обрела душевный мир и надежду на будущее после пережитой ею катастрофы…

Кейт вздрогнула и мотнула головой, отгоняя от себя воспоминания о событиях, в результате которых она оказалась в Эббдейле. С тех пор прошло два года, и раны ее зарубцевались, но одного прикосновения к ним было достаточно, чтобы снова вспомнить старую боль. И даже умиротворение здешней жизни не могло изгладить из сердца Кейт ощущение утраты, когда волшебное зеркало надежды на глазах у нее раскололось вдребезги, разбилось на миллионы ранящих осколков…

В свое время ее, можно сказать, буквально спасло знакомство с Мэг. Кейт занесло в Вулертон совершенно случайно. Одержимая единственным стремлением — уехать как можно дальше от Лондона, она мчалась в сторону Шотландии, но на подъезде к Вулертону машина неожиданно сломалась. В мэрии, куда Кейт пришла выяснить, где можно остановиться на ночлег, она и познакомилась с Мэг.

День, проведенный в ожидании, когда закончится ремонт машины, растянулся на два, три, четыре дня, а на пятый Кейт поняла, что ни за что на свете не хочет уезжать из этой тихой долины.

Мэг, рано овдовевшая, все еще молодая и преисполненная нерастраченной энергии женщина, прониклась идеей новой подруги, и они сообща купили магазин. И хотя шерстяные изделия всегда успешно расходились в здешних суровых местах, именно джемперы, связанные по рисункам Кейт, обеспечили бум местному надомному трикотажному производству.

— Мэтт заедет за мной через полчаса, — сообщила Мэг, забирая из рук Кейт охапку только что привезенных джемперов, и добавила: — Картофельная запеканка с мясом в духовке.

Проводив взглядом Мэг, поднявшуюся в свою спальню чтобы переодеться к свиданию с местным фермером Мэттом Рексли, Кейт подумала, что подруга за время знакомства с этим парнем здорово изменилась и, можно сказать, заново родилась. Мэтт тоже в свое время остался вдовцом с малолетней дочкой на руках. Они познакомились в молодежном клубе, где Мэг из чистого энтузиазма вела со школьниками занятия по вязанию. Мэтт привел туда свою дочь.

В долине с такими событиями, как свадьба, не спешат, но Кейт понимала, что рано или поздно ей придется решать, кем заменить подругу в магазине. Наверное, нужно будет нанять сменную работницу в магазин на те дни, когда я буду объезжать вязальщиц и встречаться с оптовыми покупателями, подумала Кейт. Впрочем, успокоила себя она, времени у меня еще более чем достаточно.

Перед тем, как подняться на второй, жилой этаж дома, Кейт окинула взглядом торговый зал. Это было среднего размера помещение со стенами бледно-абрикосового цвета. Здесь преобладали бежевые, персиковые и светлокремовые тона: плетеная, персикового цвета, мебель, на диванных подушках — чехлы из кремовой ткани. Пол зала был выкрашен светлой краской, на нем лежало несколько ковриков из овчины. Мэг в свое время сомневалась по поводу такого непривычного для здешних мест интерьера, но магазин был куплен под закладную на имя Кейт, и она не стала с ней спорить. Когда же дело начало приносить доход, а их жертвы были с лихвой вознаграждены, Мэг поняла, что подруга во всем оказалась права.

Мэг исчезла в спальне, а Кейт прошествовала на кухню и заглянула в духовку, проверяя, не пора ли вынимать запеканку. Во время жизни в Лондоне ей, вероятно, показалась бы смехотворной мысль о том, чтобы самой готовить себе еду.

Осиротев совсем маленькой, Кейт выросла в семье своей умудренной жизнью крестной матери, которая неоднократно выходила замуж и разводилась с такой же легкостью, с какой перебиралась с одного роскошного курорта на другой. Как только Кейт окончила школу, Норма и крестницу начала всюду таскать с собой. Жизнь, которую они вели, была бонвиванством в классическом смысле слова, но Кейт искренне наслаждалась ею, пока… пока она не встретилась с Джейком.

Поначалу Кейт приняла его за одного из многочисленных ухажеров Нормы, хотя смутно ощущала, что Джейк — а именно так звали этого нового мужчину из ее окружения — слишком тверд и неуступчив, чтобы довольствоваться ролью пажа в многочисленной свите крестной. Норма, по-видимому, тоже чувствовала это и заметно нервничала в его присутствии.

Кейт впервые поняла это вечером во время ужина в Канне, где, собственно, она и познакомилась с Джейком. Норма, звеня как колокольчик тонким девичьим смехом, представила Кейт своего «милого пасынка» — Джейка Харви. Кейт поняла, что скорее всего это сын одного из многочисленных мужей Нормы. Последняя по счету авантюра с браком провалилась у крестной в тот год, когда Кейт заканчивала школу. Впрочем, Кейт не вдавалась в подробности бесчисленных романов своей приемной матери и не держала в памяти имена бывших супругов Нормы.

Серые глаза Джейка Харви, острые, как льдинки, неотрывно смотрели на Кейт. «Джейк, не смущай ребенка!» — резко сказала тогда Норма, и он, саркастически усмехнувшись, высвободил Кейт из прицела своих глаз. После этого Норма отослала ее спать под тем предлогом, что им с Джейком нужно кое-что обсудить, и Кейт всю ночь проворочалась в постели, вспоминая этот взгляд.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.