Реквием Сальери

Зорин Николай

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Реквием Сальери (Зорин Николай)

Часть 1

Глава 1

То утро, когда погибла Инга, было необыкновенно солнечным. Я проснулся, как обычно, через час после ее ухода. Встал, распахнул окно – свет хлынул в комнату, ослепил. И потому, когда постучали, чтобы сообщить о смерти Инги, я долго не мог найти дверь, дезориентированный в пространстве.

Привычка гулять в одиночестве по утрам появилась у нее с самого начала, как только мы приехали на этот горнолыжный курорт. Я не возражал, не предчувствуя беды. Мне казалось, что здесь-то ничего плохого с нами произойти не может. Не знаю, откуда у меня была такая уверенность, ведь я понимал, что опасность преследовала нас по пятам.

Вот и в то утро, когда постучали, а я, ослепленный солнцем, не мог найти дверь, никаких дурных предчувствий не было. Меня рассмешила моя слепота, моя неуклюжая беспомощность. Служащий гостиницы, которого я наконец впустил, долго не мог начать разговор – беззаботная счастливая улыбка на моем лице совершенно сбивала его с толку. Казалось, он вдруг сам усомнился в той новости, что мне принес.

– Ваша жена, – начал он и замолчал.

Солнце било в глаза, глаза заслезились. Сквозь эту солнечно-слезную муть я смотрел на утреннего гостя и продолжал улыбаться.

– По словам очевидцев, – предпринял он новую попытку, сменив тон на более официальный, – ваша жена…

Но и официальный тон не помог, вновь повисло молчание. Я предложил служащему кофе, но он покачал головой и наконец решился произнести:

– Двое наших гостей видели, как Инга, ваша жена, упала в ущелье. Спасатели начали поисковые работы, но, если говорить откровенно, надежды мало.

Солнце по-прежнему слепило, глаза продолжали слезиться. Я прикрыл лицо рукой и не видел, как остался в номере один. Переход от радости к горю был таким резким, таким болезненным, что я почувствовал себя раздавленным.

Тело Инги нашли спустя три дня. В мой номер снова постучали. Что было дальше? Не знаю – на этом месте мой сон неизменно заканчивается. Узнаю ли когда-нибудь? Скорее всего нет. Ведь это только сон, пусть и постоянно повторяющийся. Я никогда не был на том горнолыжном курорте. И на лыжах кататься не умею. А Инга… В реальной жизни я никогда ее не встречал. У меня нет жены. И никогда не было.

Но эти сны я видел регулярно. Сны о гибели Инги. И после пробуждения я еще долго нахожусь под впечатлением от кошмара. Мне больно и страшно, и не хочется жить. Лежу, не в силах заставить себя подняться, начать новый день – без Инги ничего не имеет смысла. Лежу и терзаю себя воспоминаниями: она улыбается, прячет что-то в карман – мучительно пытаюсь понять, что она спрятала; она поворачивает голову и слегка хмурится – о чем думает в этот момент, что расстраивает ее, нет ли в этом моей вины? Ее взгляд, такой доверчивый, что вынести его невозможно. Потому что я знаю – я предал ее доверие, не уберег, разрешил уходить без меня на эти прогулки. Если бы можно было все повернуть вспять, если бы мне дали возможность исправить ошибку! Меня охватывает отчаянье, а вместе с тем невыразимая нежность, хочется обнять Ингу, крепко-крепко прижать к себе и не отпускать ни на секунду, каждое мгновенье ощущать ее присутствие. Моя душа не вынесет разлуки, я не могу без Инги! Мне остается только жить воспоминаниями. Но воспоминания тоже жестоки, потому что я помню Ингу живой, зная при этом, что ее больше нет и никогда уже не будет. Ее ладони прохладные в любую жару, ее губы теплые в любой холод, ее голос, такой звонкий и радостный…

Инга погибла, одергиваю я себя. Ничего не исправить, пора уже с этим смириться, перестать думать, перестать терзаться.

Инги никогда не было в моей жизни, одергиваю я свое разыгравшееся воображение. Пора вставать, собираться на работу.

Подчиняясь своему приказанию, поднимаюсь с постели. Но воображение так быстро не сдается, и сны не желают меня отпускать. Я стою посреди кухни и не знаю, с чего начать утро. Кофе мне всегда варила Инга. Как же она это делала?

Я никогда не был женат, и кофе варю только сам, с трудом вспоминаю я и ставлю на огонь турку. Легкий, едва уловимый запах духов Инги смешивается с ароматом кофе. Завтракаю, изо всех сил стараясь стряхнуть с себя наваждение, подумать о чем-нибудь простом, не имеющем отношения к вымышленной жене. О том, например, что на обратном пути, возвращаясь с работы, нужно заскочить в магазин, купить хлеба. О том, какая сегодня погода и нужно ли надеть куртку. О том… Но в голове звучит голос Инги: все, о чем я думаю, словно рассказывает мне она. Тогда я делаю над собой страшное волевое усилие – стараюсь вообще ни о чем не думать, в корне душу любую прорывающуюся мысль. Убираю со стола мою чашку в абсолютном мысленном молчании. В молчании собираюсь на работу, в молчании выхожу из квартиры, направляюсь к остановке…

Институт микробиологии, в котором я работаю, находится на краю света. Добираться приходится полтора часа. Столько времени уходит впустую! Но главное не это: трудно ни о чем не думать во время такого долгого пути. А ведь еще предстоит тяжелый день, без Инги, без всякой надежды встретиться с ней, когда я вернусь с работы. Хватит ли сил это вынести?

Как только добираюсь до института, резко меняю тактику: начинаю говорить, много, оживленно, громко. Весело здороваюсь с коллегами, надеваю халат и бодро прохожу на свое место. То есть играю роль человека, которому не снятся навязчивые сны о том, как погибла его жена, у которого все хорошо: любимая работа, прекрасные перспективы и интересная тема диссертации.

Правда, в последнее время я стал замечать, что коллеги мне совсем не верят и смотрят так, будто я и в самом деле понес тяжелую утрату. Да что там? – я и сам себе скоро перестану верить. Игра моя насквозь фальшива, плохой я актер.

* * *

И вот, наконец, произошла ситуация, что окончательно выбила меня из равновесия. До этого я с неимоверными усилиями, но проводил слабую границу между сном и реальностью. А теперь же совсем не знаю, как относиться к тому, что со мной происходит.

Утром я, как обычно, надел халат и прошел на свое рабочее место. В нашей лаборатории разрабатывается новый иммуностимулятор на растительной основе. Все растения мы выращиваем сами, Татьяна, наша заведующая, «выбила» соседнюю, смежную комнату, где и развела что-то вроде небольшого садика. Благодаря чему у нас всегда запах лета. Раньше мне нравилось, но сегодня запах был чересчур сильным. Я налил в пробирку эфирного масла, поставил на спиртовку, и тут со мной и произошла эта странная вещь. Не знаю, что это было. Может, от тяжелого аромата я потерял сознание?

В голове отчетливо прозвучала фраза, совершенно не связанная с ходом моих мыслей: «Полагать, что клетки головного мозга при длительном кислородном голодании безвозвратно гибнут, – ошибка». Я вздрогнул и чуть не опрокинул спиртовку. Федор, мой сосед по кабинету, покосился на меня, но ничего не сказал. Рассмеявшись над собственной оплошностью нарочито громко и беззаботно – вот, мол, какой растяпа, – я привычно открыл файл, чтобы записывать ход работы, поставил число… Но тут на меня нахлынуло какое-то невероятное счастье. Такого состояния я не испытывал никогда. Это было что-то сродни вдохновению, но несравненно сильнее. Всепоглощающее вдохновение, удивительная умственная активность и обострение всех чувств. Я работал как одержимый, ничего не замечая вокруг, торопился записать те странные, невероятные мысли, которые вдруг возникли в моей голове. Я не слышал, как Федор безуспешно пытался до меня докричаться, а потом сам потушил спиртовку, не слышал, как все ушли на обед, как лаборант собирал и мыл пробирки. Я работал, пока не прошло наваждение. Но когда попытался прочитать то, что написал, пришел в ужас. В рабочем файле оказались лишь абсолютно непонятные формулы и пояснения к ним на незнакомом мне языке.

Это сон, просто сон, новый сон, уговаривал я самого себя. Ничего страшного. Сейчас я проснусь, и эта безумная тарабарщина в моем компьютере исчезнет. Но я не просыпался. С обеда стали возвращаться мои коллеги, лаборатория ожила, наполнилась звуками.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.