Белые грибы

Воскобойников Валерий Михайлович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Белые грибы (Воскобойников Валерий)

Ночью Диме снился белый гриб. Гриб стоял под сосной, а когда Дима нагибался за ним, гриб сразу прятался под землю и ворчал голосом старшего брата:

— Сам о себе не позаботишься — кто ж о тебе позаботится?

И Дима всё нагибался, кланялся, а гриб то выглядывал, то скрывался и всё ворчал, и так продолжалось бы долго, если бы Диму не разбудила мать.

На столе еда была разложена в том порядке, в каком её полагалось съесть. Мать укладывала бутерброды в Димину корзину.

— Ты, главное, не со всеми топчись, в сторонке, один, — появился старший брат, — сам о себе не позаботишься, — гордо добавил он, — кто ж о тебе позаботится?

На вокзале Диму сразу увидели, закричали, почти весь класс стоял уже вокруг Ильи Петровича. А Илья Петрович с большой корзиной на спине и с толстым посохом в руках возвышался в центре вокзала.

В электричке ребята пели песни про геологов и про разных бродяг, и им подпевали пассажиры.

Начался лес. Поезд мчался среди старых, тяжёлых елей; под елями росли грибы, и эти грибы было видно из окна.

Наконец доехали до нужной станции. Прямо от станции начинались грибные места.

Илья Петрович шёл первым.

— Слева шоссе, — объяснял он, — справа и спереди — река, сзади — рельсы, если захочешь — не заблудишься.

— Сыроежки! Я сыроежки нашёл! — закричал вдруг кто-то.

— А я лисички. Налетай кто хочет, их тут куча!

Дима шёл со всеми, помогал срезать сыроежки и лисички, нашёл один подберёзовик, но всё это были простые грибы, не белые.

«Дойдём до той вон сосны и отстану», — подумал Дима.

— О-го-го-го! — закричал Илья Петрович.

— А-га-га-га! — откликнулись ребята.

— Ау! — крикнул Дима и отстал.

— Кому маслята, — шумели впереди, — налетай!

«Нет уж, это вы сами налетайте на маслята, а мне белые», — хихикнул Дима.

И он стал ходить по пригоркам, как учил старший брат, разглядывая, ощупывая каждый бугорок.

— У-ю-ю-у! — кричали ребята.

Дима откликался, но не подходил.

Путь пересекала траншея. Заросшая кустами, с песчаными обрывами. Дима хотел перепрыгнуть, но увидел каску. И только он подошёл к этой ржавой каске, как нашёл первый белый гриб. А рядом — другой, а сзади — третий, потом четвёртый, пятый, шестой. Они и не белые были совсем, только название у них такое, а коричневые, с прилипшими сухими иглами, с крепкими ножками.

— Дима! Ау! — закричали ребята.

— Я здесь, я здесь! — засуетился Дима. — Сейчас приду.

Он ползал на четвереньках, дрожащими руками срезал белые грибы и думал: хоть бы не пришли, хоть бы самому всё успеть.

Корзинка наполнялась быстро. А белые ещё стояли и справа и слева.

Дима высыпал грибы на мох и выкинул все сыроежки, лисички и один подберёзовик. Ещё лежал завтрак. Тоже выкинул. Теперь место освободилось.

«В поезде позавидуют, — подумал Дима, — я и накрывать их не буду ветками, — пусть все смотрят».

— Общий сбор! — услышал он вдруг голос Ильи Петровича, — вынимаем завтраки.

А Дима уже ушёл от траншеи. С полной корзиной белых. Он даже забыл, в какой она стороне, траншея.

«Мне завтрак ни к чему, — решил он, — я один постою, ещё заставят грибами делиться».

— Дима! Дима! — кричали ребята. — Что он такой сегодня?

Дима ходил в сторонке и всё боялся, как бы не увидели его полную корзину.

— Дима, иди к нам! Где твой завтрак? — крикнул Илья Петрович.

Дима спрятал корзинку под густую низкую ель и подошёл.

Ребята дали ему еды. Один дал хлеб с яичницей, другой — булку с сыром. И ещё дали помидоры.

— А грибы, где грибы твои? — спросили его.

— Там, — махнул он на лес, глотая яичницу.

После еды снова пошли по лесу. Дима грибы больше не искал: сидел у корзинки и прятался от ребят.

К станции возвращались усталые. До прихода поезда было ещё полчаса, и все расселись на траве около платформы. Каждая корзина была полна разных грибов. Там были и горькушки, и рыжики, и подосиновики, и только у Димы были отборные белые.

— У Димки-то, — наконец заметил кто-то, — у Димки-то одни белые.

Все сбежались к Диминой корзине, стали разглядывать, щупать, а Дима боялся, как бы не поломали ему грибы, и говорил:

— Тише, да тише вы, ну хватит!

Илья Петрович подошёл тоже, взял один белый, подержал на ладони, пощупал бахрому, понюхал и сказал:

— Ложный гриб, поганка.

— Какая ж поганка? Белый это! — закричал Дима.

— Поганка. Ложный белый, горький ядовитый гриб.

— Один — это ничего, — сказал Дима, — зато другие-то во какие у меня.

Илья Петрович взял другой, третий.

— Все вместе росли? — спросил он.

— Вместе. Все на одной траншее.

— Выбрасывай. Кто собирал вместе с Димой, ребята? Тоже выбрасывайте.

С Димой никто не собирал, и никто не стал выбрасывать.

— А сыроежки-то у тебя где? Лисички?

— Там, у траншеи. Это я чтоб белые влезли…

За поворотом прогудела электричка.

— Не толкаться. Сидячих мест нет — будем стоять, — командовал Илья Петрович.

Сидячие места были. Все сидели, кто где хотел, и снова начали петь.

Один Дима не пел. Он сидел грустный. Смотрел на грибы, которые росли под елями и мимо которых ехал сейчас поезд. Корзинку он закинул куда-то под лавку. Корзинка была пустая, и Дима о ней не беспокоился.

«Радуются. Набрали себе грибов, веселитесь теперь, — глядел он на ребят. — А мне грибы ни к чему, мне воздух главное. Я и ездил — подышать».

В вагон сходились грибники со всех станций, теперь вагон был уже полный, даже на площадках стояли.

И когда поезд прибыл в город, началась давка, потому что все хотели быстрей выйти. Диму толкали, а он искал свою корзинку и не мог найти. Стояла вроде бы его, но, видимо, чужая, потому что полная всяких грибов. А пустой нигде не было — во всём вагоне.

«Да моя же это корзинка, — удивился Дима, — вот же на ручке написано: «Дима П.».

— Дима! — закричали с платформы. — Что ты застрял?

И он выбежал из пустого вагона.

Ребята шли уже впереди, все вместе, а в середине шёл Илья Петрович с корзиной за спиной и с толстым посохом в руках.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.