Голос в ночи

Ходжсон Уильям Хоуп

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Голос в ночи (Ходжсон Уильям)

Была темная беззвездная ночь. Штиль застал нас в северной части Тихого океана. Точного нашего местонахождения я не знал, потому что всю эту утомительную безветренную неделю солнце скрывалось за тонкой дымкой, которая словно плыла над самыми мачтами, время от времени опускаясь ниже и укутывая окружающее нас море.

Поскольку ветра не было, мы закрепили румпель, и на палубе я пребывал в одиночестве. Вся остальная команда – двое мужчин и парень – отсыпалась в носовом кубрике, а Уилл, мой друг и владелец этого маленького судна, спал в своей маленькой каюте на корме.

Внезапно из темноты до меня донесся возглас:

– Эй, на шхуне!

Он прозвучал настолько неожиданно, что от удивления я даже не отозвался сразу.

Голос, странно хриплый и словно нечеловеческий, вновь послышался откуда-то из темноты со стороны левого борта:

– Эй , на шхуне !

– Эй! – крикнул я в ответ, успев прийти в себя. – Кто вы такой? Что вам надо?

– Вам нечего меня бояться, – отозвался странный голос, владелец которого, вероятно, заметил в моих интонациях неуверенность. – Я всего лишь старый... человек.

Пауза прозвучала совершенно неуместно, но лишь позднее до меня дошел ее смысл.

– Тогда почему вы не подплываете ближе? – спросил я несколько раздраженно, потому что мне не понравился его намек на то, что я слегка испугался.

– Я... не могу. Это опасно. Я...

Голос неожиданно оборвался, и наступила тишина.

– О чем это вы? – спросил я, еще больше удивившись. – Что именно опасно? Где вы сейчас?

Я немного подождал, но ответа не услышал. А потом, охваченный внезапным неопределенным подозрением, быстро подошел к нактоузу и взял зажженный фонарь. Одновременно я постучал в палубу пяткой, чтобы разбудить Уилла. Затем подошел к борту и направил конус желтого света в молчаливое пространство за фальшбортом. Едва я это сделал, как услышал короткий сдавленный крик, а затем всплеск, словно кто-то резко погрузил в воду весла. Не могу утверждать наверняка, что разглядел что-то на воде. Пожалуй, лишь при первой вспышке света мне померещился какой-то силуэт, тут же исчезнувший.

– Эй, вы! – крикнул я. – Что это еще за глупости?

Но в ответ я услышал лишь плеск весел удаляющейся в темноту лодки.

– Что случилось, Джордж? – спросил высунувшийся из люка Уилл.

– Иди сюда, Уилл! – позвал я.

– Так что случилось? – повторил он, пересекая палубу.

Я рассказал ему о странном происшествии. Он задал несколько вопросов, а затем, после секундного молчания, поднес к губам сложенные рупором ладони и крикнул:

– Эй, на лодке!

Издалека до нас долетел ответный крик, хотя и очень слабый, и мой компаньон крикнул снова. Наконец, после недолгой тишины, до наших ушей донесся слабый плеск весел. Уилл крикнул еще раз.

На этот раз мы услышали ответ.

– Уберите свет.

– Черта с два, – пробормотал я, но Уилл попросил меня исполнить это пожелание, и я опустил фонарь на палубу за фальшбортом.

– Подплывите ближе, – попросил Уилл, и плеск весел возобновился. Затем, на расстоянии примерно футов тридцати, лодка остановилась.

– Плывите к борту, – пригласил Уилл. – Вам здесь нечего и некого бояться.

– А вы обещаете, что не станете на меня светить?

– Да что с вами такого, раз вы так дьявольски боитесь света? – не выдержал я.

– Все дело в том... – начал было голос, но тут же смолк.

– В чем? – быстро переспросил я.

Уилл положил руку мне на плечо.

– Помолчи минутку, старина, – негромко проговорил он. – Я сам с ним разберусь.

Он перегнулся через борт.

– Послушайте, мистер, – сказал он, – очень уж странно, что вы вот так взяли и наткнулись на нас прямо посреди Тихого океана. А откуда нам знать, что вы не задумали какой-нибудь хитрый трюк? Вот вы говорите, что в лодке вы один. А как мы в этом убедимся, если не посветим на вас, а? И вообще, почему вы так боитесь света?

Когда Уилл умолк, я опять услышал плеск весел. Вскоре незнакомец отозвался, но уже с гораздо большего расстояния, и в его голосе прозвучали безнадежность и отчаяние:

– Мне очень... очень жаль! Я не стал бы вас беспокоить, но я голоден и... и она тоже»

Он замолчал, и мы услышали затихающий плеск весел.

– Стойте! – выкрикнул Уилл. – Я вовсе не хотел вас прогонять. Вернитесь! Если вы не любите свет, то мы спрячем фонарь.

Он повернулся ко мне:

– Слушай, это чертовски странная уловка, но, думаю, нам-то бояться нечего?

– Вряд ли. По-моему, бедняга этот с потерпевшего крушение корабля, только он совсем свихнулся.

Звуки весел зазвучали ближе.

– Отнеси фонарь обратно к нактоузу, – попросил Уилл, а сам склонился над бортом и стал вслушиваться. Я поставил фонарь на место и вернулся к Уиллу. Шум весел прекратился на расстоянии дюжины ярдов.

– Может, сейчас вы подплывете к борту? – спокойным голосом спросил Уилл. – Мы поставили фонарь обратно в нактоуз.

– Я... не могу, – ответил голос. – Не могу подплыть ближе. Я даже не смогу заплатить вам за... провизию.

– Ничего, – сказал Уилл и нерешительно смолк. – Мы дадим вам ее столько, сколько сможете увезти.

– Вы очень добры! – воскликнул незнакомец. – Пусть Господь, который все понимает, вознаградит вас... – Его охрипший от волнения голос прервался.

– А... леди? – резко произнес Уилл. – Она не...

– Я оставил ее на острове.

– На каком острове? – спросил я.

– Я не знаю его названия. О, если бы Господь...

– А не могли бы мы послать за ней лодку? – спросил Уилл.

– Нет! – с неожиданной страстностью ответил незнакомец. – Боже, нет! – Помолчав, он с упреком добавил: – Я рискнул только из-за нашей нужды... потому что из-за ее мучений невыносимо страдаю и я...

– Не волнуйтесь, я не держу на вас обиды! – воскликнул Уилл. – Кто бы вы ни были, подождите минутку, я сейчас чего-нибудь принесу.

Через пару минут он вернулся с продуктами и подошел к борту.

– А не могли бы вы подплыть за едой поближе? – спросил он.

– Нет... не могу, – ответил голос, и мне показалось, что в его интонации прозвучало страстное, но с трудом подавляемое желание. До меня внезапно дошло, что бедный старик в темноте действительно страдает, отчаянно нуждаясь в том, что держит в руках Уилл, и тем не менее из-за какого-то непонятного страха не может приблизиться к борту шхуны и получить желаемое. И одновременно с этим озарением я окончательно понял, что Невидимка вовсе не безумен и, в полном умственном здравии, противостоит какому-то невыносимому ужасу.

– Да будь я проклят, Уилл! – воскликнул я, переполненный самыми различными чувствами, среди которых преобладало сострадание. – Принеси ящик. Сложим в него продукты, спустим на воду, и тогда он их подберет.

Так мы и поступили, а потом багром оттолкнули ящик от борта в темноту. Через минуту мы услышали негромкий возглас Невидимки и поняли, что он отыскал ящик.

Чуть позднее он крикнул нам слова прощания, добавив к ним такое сердечное благословение, которого, я уверен, мы вовсе не заслуживали. А затем, не теряя времени даром, он снова заработал в темноте веслами.

– Шустро он смотался, – заметил Уилл, наверное, слегка обидевшись.

– Подожди, – отозвался я. – По-моему, он еще вернется. Наверняка ему очень нужна еда.

– А там еще и дама, – добавил Уилл.

Помолчав секунду, он произнес:

– С тех самых пор как я начал ловить рыбу, мне еще не доводилось нарываться на столь странное приключение.

– Угу, – подтвердил я и погрузился в размышления.

Прошел час, потом другой, но Уилл так и остался со мной на палубе, потому что удивительное событие лишило его всякого желания спать.

Подходил к концу уже третий час ожидания, когда мы вновь расслышали в молчаливом океане плеск весел.

– Слушай! – возбужденно воскликнул Уилл.

– Он возвращается, совсем как я и думал, – пробормотал я.

Шум весел приблизился, и я заметил, что гребки стали сильнее и дольше. Еда явно прибавила незнакомцу сил.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.