Вопрос и ответ

Несс Патрик

Серия: Поступь хаоса [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Закрученный, максимально насыщенный событиями роман о верности, манипуляции сознанием, непростом выборе и жестокости, в основе которого извечный мотив поиска искупления и любви. Поклонникам жанра читать ОБЯЗАТЕЛЬНО…

Салли Моррис, DailyMail

Одновременно доступный и утонченный, Несс в своей простой и захватывающей прозе поднимает проблемы терроризма, феминизма, геноцида и любви. Внушительный том, который легко проглотить за один присест.

Николетт Джонс, SundayTimes

Захватывающе и оригинально.

Аманда Крэйг, TheTimes

Совершенный роман, в котором прекрасно сочетаются стилистическая оригинальность, увлекательное повествование и мощный этический конфликт.

Том Донеган, INIS

Не менее захватывающая, чем «Поступь хаоса», жесткая и невероятно притягательная история, от которой вы просто потеряете голову!

Джулия Эклшэр, Lovereading4kids

Жутко, мучительно, но оторваться невозможно.

Фиона Нобл, Bookseller

Посвящается Патрику Гейлу

Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя. [1]

Фридрих Ницше

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

— Шум тебя выдает, Тодд Хьюитт.

Голос… из темноты…

Проморгавшись, я открываю глаза. Вокруг сплошные тени и размытые пятна, все кружится, кровь кипит в жилах, в голове каша, я не могу думать и… снова моргаю. Так, погодите… стоп-стоп, мы ведь только что были на площади, я держал ее на руках, и… она умирала…

— Где она? — выплевываю я в темноту, чувствуя во рту вкус крови.

Мой голос хрипит, Шум вдруг вздымается алым ураганом и ревет: ГДЕ ОНА?!!

— Здесь вопросы задаю я, Тодд.

Этот голос…

Егоголос.

Откудато из темноты.

Откудато сзади.

Незримый мэр Прентисс.

Я снова моргаю, и из мглы начинает вырисовываться огромный зал. Единственный источник света — круглое окно высоко-высоко под потолком. Стекло не прозрачное, а цветное: на нем нарисована наша планета с двумя лунами. Косые лучи света выхватывают из темноты только меня.

— Что вы с ней сделали? — вопрошаю громко, смаргивая свежую кровь, которая заливает глаза.

Тут я понимаю, что вытереть лицо не могу, потомушто руки связаны у меня за спиной. В груди поднимается паника, я пытаюсь высвободиться из пут, дышу часточасто и снова кричу во всю глотку:

— ГДЕ ОНА?!

Из темноты вылетает кулак, бьет меня в живот.

Я сгибаюсь пополам и сознаю, что привязан к деревянному стулу, причем рубашки на мне нет — осталась где-то на пыльном склоне. Меня тошнит прямо на ковер, узор на котором повторяет рисунок на оконном стекле: Новый свет с двумя лунами, снова, и снова, и снова…

Я начинаю вспоминать… Мы были на площади, куда я прибежал с нею на руках, прижимая ее к себе, уговаривая потерпеть, пока мы не доберемся до Хейвена, а уж там ее обязательно спасут…

Но в Хейвене мы не нашли спасения, в Хейвене были только они его люди, они вырвали ее из моих рук…

— Заметил, что он не спросил: «Где я?», — произносит голос мэра у меня за спиной. — Его первыми словами были: «Где она?», и в Шуме звучало то же самое. Любопытно.

В голове и животе стучит, я снова прихожу в себя и вспоминаю, как дрался с ними, дрался до последнего, пока меня не ударили прикладом в висок, и тогда я провалился в черноту…

Проглатываю ком в горле, проглатываю панику и страх…

Теперь всему конец, так ведь?

Конец всему.

Мэр поймал меня.

Мэр поймал ее.

— Тронете ее хоть пальцем… — выдавливаю я.

Живот все еще болит от удара. Передо мной возникает мистер Коллинз, наполовину скрытый тенью, — мистер Коллинз, который выращивал кукурузу и цветную капусту и ухаживал за лошадьми мэра… и который теперь стоит надо мной с пистолетом на поясе и винтовкой за спиной, выставив перед собой кулаки.

— Да ее, похоже, и до нас уже изрядно «тронули», Тодд, — говорит мэр, останавливая мистера Коллинза. — Бедняжка!

Я стискиваю оплетенные веревками руки в кулаки. Мой Шум до сих пор смахивает на вязкую кашу, но мистер Коллинз вскидывается, стоит мне вспомнить ружье Дейви Прентисса… и как она падает мне на руки, охая, и всюду ее кровь…

Тут мой Шум становится еще краснее: я вспоминаю, как бью Дейви Прентисса кулаком в лицо, тот падает с коня, нога цепляется за стремя, и его тащит прочь, бутто огромный мешок с мусором.

— Что ж… — говорит мэр Прентисс, — это хотя бы объясняет таинственное исчезновение моего сына.

Ей-богу, со стороны кажется, что ему весело.

Голос мэра звучит еще уверенней и властней, чем в Прентисстауне, а рядом с тишиной, которая расходится от него во все стороны и которую я уже слышал на площади Хейвена, теперь зияет такая же тишина мистера Коллинза.

У них нет Шума.

У обоих.

Единственный Шум в этом зале принадлежит мне — он мычит и визжит, как раненый теленок.

Я выкручиваю шею, пытаясь разглядеть мэра, но шея затекла и болит, поэтому я вижу только, что сижу в луче пыльного разноцветного света посреди зала. Зал такой огромный, что стены еле-еле виднеются вдалеке.

Постепенно из темноты проступает маленький столик; что на нем лежит, не рассмотреть. Лишь тускло поблескивает металл — и этот блеск, уж поверьте, не сулит ничего хорошего.

— В его мыслях я по-прежнему мэр, — доносится голос. Веселый и беззаботный голос.

— Теперь он президентПрентисс, — ворчит мистер Коллинз. — Заруби это себе на носу.

— Что вы с ней сделали? — спрашиваю я, снова пытаясь обернуться и морщась от боли в шее. — Если вы хоть пальцем ее…

— Ты прибыл в город севодня утром, — перебивает меня мэр, — и у тебя ничего не было, даже рубашки, — только девчонка на руках, с которой произошел несчастный случай…

Мой Шум взрывается.

— Никакой это не несчастный случай!..

— Ужасный, ужасный несчастный случай, — продолжает мэр. Впервые с тех пор, как мы повстречались на площади Хейвена, в его голосе проскальзывают нотки досады. — Настолько ужасный, что она была при смерти. И вот мальчишка, на поиски которого мы потратили столько сил и времени, который принес нам множество хлопот и неприятностей, сам пришел к нам и предложил себя в обмен на спасение девочки. Однако, когда мы решили ее спасти, мальчишка принялся отбива…

— Она жива? Она в безопасности?

Мэр умолкает, а мистер Коллинз подходит и бьет меня наотмашь по лицу. Наступает долгая тишина, щека невыносимо горит, и я сижу молча, тяжело дыша.

А потом в кружок света прямо передо мной входит мэр.

Он одет с иголочки, как и раньше, и одежда на нем такая же свежая и чистая, как бутто под ней не живой человек, а ходячая глыба льда. Даже у мистера Коллинза на рубашке выступили пятна пота, и пахнет от него неприятно. Но не от мэра, нет.

Глядя на него, кажешься себе кучей грязи, которую надо поскорей убрать.

Он встает передо мной и заглядывает прямо в глаза.

А потом задает вопрос — беззаботно, словно бы из чистого любопытства.

— Как ее зовут, Тодд?

Я изумленно моргаю:

— Что?

— Как ее зовут?

Не может быть, чтобы он до сих пор не знал ее имени. В моем Шуме наверняка…

— Вы сами знаете, — говорю я.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.