Три твоих имени

Сабитова Дина Рафисовна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Три твоих имени (Сабитова Дина)

Дочке Люше

Часть первая

Ритка

Глава 1

Что Ритка любит

— Чего ж ты плачешь, Муратовна, поешь и плачешь? — спрашивает Ритка.

Старая Муратовна вытирает краем платка глаза и вздыхает:

— Так песня жалостливая, вот и плачется от нее.

— А ты пой веселую песню! Пой про ландыши! — Ритка тревожно смотрит в лицо старухе. Кому же нравится, когда при нем поют и плачут. Вот Ритка и старается придумать, как развеселить Муратовну. Про ландыши — там про май, и про букет, и про любовь — Риткина любимая песня.

— Или давай чай пить с пирогом, — предлагает девочка. — Чай с пирогом — мое любимое веселье.

— Легко тебе развеселиться, — гладит ее по голове Муратовна, — эх, дитя-дитя…

Да, у Ритки часто бывает хорошее настроение. А когда ей грустно, то она думает о том, что у нее есть в жизни любимое.

Много у Ритки любимого в жизни.

Пирог с малиной и чай в гостях у Муратовны. Ходить в Каменный лог за земляникой. Игрушечная собачка Гвоздик. Когда пылью пахнет перед дождем. Козлята маленькие — у них рожки смешные. Сметана — только редко она достается Ритке. Петь песни громко, во весь голос. Татка — когда он в хорошем настроении. Мамка…

Тут Ритка быстро перескакивает мыслями дальше. Мамку, конечно, она любит. Но только не хватает у Ритки слов и мыслей, чтоб объяснить самой себе, почему же в этом месте списка она запинается. Ну, в общем, мамка. Еще любит Ритка купаться в речке, жареную картошку, Муратовну любит, любит мультики смотреть у Муратовны по телевизору (дома у Ритки телевизора нет). Еще есть любовь, которой Ритка гордится, потому что это очень красивая и взрослая любовь: любит Ритка русского поэта Пушкина и польского поэта Мицкевича.

Кто бы мог подумать, что Ритка про них знает? Ведь ни читать она не умеет, ни книжек у них в доме нет — ни одной.

Ритка часто про это думает: почему это у всех в доме есть телевизор, а у некоторых даже книжки. Вот у Муратовны целая полка книг — все в ярких обложках, романы про любовь. Ритка хоть читать и не умеет, но любит обложки разглядывать, потому что на них ужас какие красивые девушки нарисованы. Иногда даже принцессы. Ритка берет книжку с нарисованной красавицей в лиловом платье и спрашивает Муратовну:

— А как эту девушку зовут?

Муратовна заглядывает в книгу и отвечает:

— Элеонора!

Тогда Ритка залезает с ногами на кровать, прижимается спиной к натопленной печке и сочиняет про Элеонору.

— Жила-была Элеонора. Во дворце. А рядом жил злой волшебник, и он не хотел, чтоб Элеонора выходила замуж.

А тут приехал принц, ее муж. То есть жених. И сказал Элеоноре, чтоб она выходила за него замуж, потому что он ее любит. А Элеонора сказала: я не могу, меня волшебник не пускает замуж. Принц тогда пошел и отрубил волшебнику голову, и волшебник бегал по замку как куренок без головы, а потом совсем умер.

— Что ты там бормочешь? — спрашивает, появившись из кухни, Муратовна.

— Да я так, ничего… — смущается Ритка, — я книжку читаю.

— А, ну читай-читай, — кивает Муратовна. Она знает, что читать Ритка не умеет, но никогда не насмехается над ней. Велико ли дело — не умеет читать. Вот пойдет в школу и научится. Скоро уже пойдет, осенью.

Так что в Риткином списке про любовь еще есть книжки. Ритка думает: «Научусь читать — все книги у Муратовны прочитаю»…

Такая вот у Ритки мечта.

Глава 2

Что у Ритки есть

Есть у татки с мамкой корова Снежка. Только Ритке от этого никакой радости.

Козы — другое дело. У них глаза как бусины. А у козлят, если прижать их к себе, под тонкой шкуркой — хрупкие косточки. Козлята мекают как дети, и козы тоже орут протяжно и жалостливо.

Но коров Ритка боится. Корова дышит тяжело, хрустит травой, двигается тупо то одним, то другим боком. Того и гляди — наступит в узком простенке Ритке на ногу копытищем.

Корова привязана за рога над кисло пахнущим корытцем, под лабазом. Стоит, вздыхает там, жует, ворочается. Ритке надо воды из колодца в дом принести. А колодец под тем же лабазом, от коровьего навозного хвоста в метре. Страшно Ритке идти за водой.

Но татка вот сейчас закричит из избы:

— Ритка, где вода?

И еще прибавит слов, нехороших.

Ритка эти слова знает, и, когда Татка кричит, Ритка повторяет их шепотом, чтоб никто не слышал. В жизни пригодится.

Нету у татки воды, а ему пить хочется.

И настроения у татки нету, вот и кричит татка сердито.

А у Ритки много чего есть.

Есть, во-первых, у Ритки младшая сестренка Гелька. Гельку никто за водой не пошлет, ей всего четыре года. А Ритке уже семь — подумай-ка, большая, старшая.

Еще есть у Ритки четыре тетрадки — две в линейку и две в клеточку. Ритка осенью в школу пойдет.

Точно пойдет. Татка с мамкой много про что забывают.

Забывают еды сварить.

Забывают, что у Гельки валенок нет.

Забывают, что детям спать пора.

Но уж про школу не забудут, не может такого быть.

Еще есть у Ритки два старших брата. Но они совсем отдельно живут, взрослые они. Так что на Ритке весь дом держится.

Мамка на ферме все время, а татка у Ритки пастух. Лето когда — то пастух, а зимой просто так себе человек. Феликс Иванович.

И прозвище у татки смешное — его все Феличитой зовут.

— Вон, Феличита орет, кнутом щщолкает, пора корову в стадо гнать.

Еще есть у Ритки соседка, Вера Муратовна.

— Заходи, — говорит Вера Муратовна, — почаще ко мне, Ритка. Щец тебе налью, пирожка вот…

Ритка никогда не отказывается — ни от щец, ни от пирожка, ни от картошки. Потому что Ритке есть все время хочется, а у Веры Муратовны все очень вкусно.

Мамке Риткиной некогда готовить, она с фермы придет, говорит:

— Ох, устала я, доча, так уста-а-ала.

Глядь, и спит уже мамка. И татка спит. А в избе и темно, и холодно, и ужин не варен.

Гелька в уголке носом шмыгает.

— Ритк, давай картошки сварим.

— Сварим, сварим, — ворчит Ритка, — ты, что ли, в подпол полезешь за картошкой?

Гелька тут же реветь начинает. Потому что в подполе — это же все знают — Бабайка живет. Черный Бабайка, в самом углу. Только ногу на ступеньку поставишь, чтобы в погреб спускаться, а он тебя за подол мохнатыми пальцами как ухватит, как утащит в мышиные норы, в самую темень — только тебя и видели, только тебя и слышали, и косточек твоих не останется, и поминай, как звали тебя, Гелька.

Любит Бабайка мышей пасти, сырой картошкой хрустеть и тех, кто в погреб лазит, хватать-пугать.

Гелька в углу зажалась, мокрыми глазами хлопает. А есть-то все равно надо.

— Не полезем мы в погреб, Гелька, пойдем хлеба достанем, посолим и поужинаем.

И водой можно запить. С молоком вкуснее, конечно. Только вот молока нет. Молоко мамка все дачникам продает, а воды Ритка принесла сегодня много.

Хоть и боялась коровы — а четыре раза ходила за водой по полведра.

— Ты, Гелька, не реви, вот наедимся хлеба и спать ляжем, а завтра мамка встанет, картошки наварит, с маслом, с чаем, и сытно и тепло будет, Гелька.

Глава 3

Что у Ритки будет

В доме у Веры Муратовны все не как у Риткиных родителей.

— Конечно, — улыбается Вера Муратовна, — все как у людей. — И ты, Ритка, вырастешь, замуж выйдешь, заведешь себе дом свой, коровку, гусей…

— Я коровку, наверное, не заведу, — говорит Ритка, макая ложку в миску со сметаной, — ну ее, коровку. Я ее боюсь. А дачники обойдутся. Без молока-то, говорю, обойдутся дачники.

Про замуж Ритка и не думает пока. Это далеко. Вот мамка за таткой замужем. Что хорошего? Нет, конечно, неплохо, что они родили Ритку. И Гелька — хотя иногда противная и ревет много, — хорошо, что есть Гелька. С Гелькой в темном доме, когда родители спят, не так страшно вдвоем.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.