Поздняя любовь

Айворс Кэтрин

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Поздняя любовь (Айворс Кэтрин)

1

— Мистер Кристофер!.. Вы спите, мистер Кристофер?.. Вам письмо…

Кристофер Холден взглянул на часы. Восемь утра. В воскресенье он позволял себе поспать до девяти. Мысленно ругнув хозяйку, он решил не отзываться — пусть подсунет письмо под дверь.

— Мистер Кристофер!.. Я знаю, вы проснулись!

Еще бы! Визжит, будто наступила на мышь… Сколько раз просил называть его Холденом. Не Кристофер, а Холден, мистер Холден! Нарочно, что ли, повторяет «Кристофер», чтобы позлить его?..

Белый конверт пополз в щель. Кристофер опустил ноги с кровати, сунул их в мягкие туфли, подаренные матерью, подошел к двери и поднял конверт. Это было приглашение на ежегодный воскресный бал, который фирма устраивала для своих служащих.

Кристофер оделся и отправился в кафе. По воскресеньям он завтракал на набережной. Кафе с полосатыми тентами и ажурными стульями так и называлось — «На набережной». Он всегда садился за один и тот же столик и не спеша пил кофе. Посетителей обычно бывало немного, к нему никто не подсаживался.

Но сегодня столик оказался занят. Кристофер прежде уже видел эту женщину — она работала в той же фирме, что и он. В это кафе она приходила и в прошлое воскресенье, и в позапрошлое, садилась спиной к парапету, и, когда Кристофер любовался озером, его глаза невольно задерживались на ней. Сегодня женщина воспользовалась его отсутствием, хотя знала, что это его место. Кристофер нахмурился и направился к соседнему столику. Она окликнула:

— Я думала, вы не придете! Если мешаю, я пересяду.

А ведь понимает, что мешает! Руки Кристофера описали в воздухе жест, который мог означать равно разрешение остаться и желание, чтобы она ушла.

Уходить женщина не собиралась. Сообщила:

— Отличная погода. Вы были у каньона?

Он отрицательно мотнул головой.

— Там очень красиво. Предлагаю прогуляться.

Кристофер пробурчал что-то о работе. Женщина засмеялась.

— Не придумывайте! Какая работа в воскресенье? Или вы против моего общества? — Она была уверена, что ему хочется ответить именно так, но не сомневалась, что «так» он не посмеет.

Не отводя взгляда, Кристофер сказал:

— Вы правы. Меня не радует ваше общество. Я не люблю навязчивых.

— Я тоже.

— Тогда почему…

— Почему навязываюсь? — Женщина усмехнулась. — Мне хочется поехать к каньону, но одной неприятно. А вы не станете приставать. Но там в самом деле красиво.

— Хорошо, — согласился он. — Поедемте.

— Меня зовут Бренда, — сообщила она. — Это на тот случай, если вам вдруг захочется назвать меня по имени.

У нее был желтый «пежо». Для одинокого человека удобная машина. Он бы купил себе такую вместо старого «форда».

Руки Бренды спокойно обхватывали поверхность руля, без видимых усилий справляясь с крутыми поворотами. Можно было подумать, что машина сама ехала в нужном направлении.

Постепенно городские постройки сменились полями, затем зарослями облепихи, сопровождавшими их до подъема в гору.

Погода действительно стояла отличная. Солнце прогрело воздух, съело туман, открывая на горизонте голубоватые горы. Было еще рано, и народу съехалось немного. Несколько молодых женщин, держась за стальные трубы, огораживающие смотровую площадку, смотрели в глубь каньона. Они вскрикивали, отшатывались к своим спутникам, снисходительно обнимавшим их за плечи, и снова с испуганным любопытством заглядывали в пропасть.

Кристофер тоже заглянул. Где-то на дне сквозь зеленую чащу пробивалась вода, но здесь, на площадке, кроме верхушек деревьев разглядеть ничего не удавалось. В каньоне летали птицы, и это удивило Кристофера, привыкшего наблюдать птиц в поднебесье. Он взглянул на Бренду. Она смотрела на горизонт. Потом сказала:

— Пойдемте на камни…

Они миновали ресторанчик, где ели и пили туристы, успевшие насытиться красотами природы. Неширокая тропинка вела к большим камням. Бренда и Кристофер выбрали плоский камень. Он был теплым. Прогуливавшиеся мужчины бросали на Бренду оценивающие взгляды, и Кристофер понял, почему она попросила сопровождать ее…

Стояла тишина. Не мертвое безмолвие, а тишина, наполненная запахами трав и земли, населенной невидимыми живыми существами. Бренда молчала, Кристофер тоже. Они были отгорожены друг от друга своим собственным миром.

Солнце перемещалось по небосклону, уводя за собой тени. Бренда поднялась первой.

— Возвращаемся.

В машине она спросила, пойдет ли он на бал. Кристофер посмотрел удивленно и сказал:

— Нет.

Больше она ни о чем не спрашивала. Подвезла его к дому, и они попрощались.

Утром Кристофер встал, как обычно, в восемь. Накануне долго не мог уснуть и не выспался. Он побрился, позавтракал и отправился в офис. Той же дорогой в тот же офис направлялись молодые и пожилые клерки. Где-то среди них и Бренда. Кристофер подумал, что не спросил, в каком отделе она работает.

Он вошел в здание, поднялся на второй этаж. Здесь, в небольшой комнате, он в одиночестве просиживал весь рабочий день, выходя в бар на полчаса во время ланча. Потом еще четверть часа отдыхал, закрыв глаза — они уставали от напряжения и мелькания экрана компьютера. К вечеру энергии оставалось лишь на чтение газеты. По телевизору Кристофер смотрел лишь спортивные передачи, особенно футбол — в колледже он играл в футбольной команде…

В полдень он спустился в бар. Клерки жевали гамбургеры, запивали их кофе или соком и сплетничали о женщинах, с которыми были на вчерашнем балу. К Кристоферу не обращались. Не потому, что он не был на вечеринке, — его считали странным, за глаза придумывали легенды про его замкнутость и нелюдимость, в которых слабый пол играл не последнюю роль. И если бы стало известно, что Кристофер Холден воскресенье провел в обществе женщины, угасающее веселье этих болтунов получило бы пищу поинтереснее их привычных пересудов.

Кристоферу трудно дался этот день. Хотелось спать. Холодная вода, которой брызгал в лицо, помогала мало. А когда голова прояснялась, вдруг вспоминал заросли облепихи, летающих в каньоне птиц. Он тер лоб, встряхивал головой, заставляя себя сосредоточиться на бегущих по экрану строчках… Закончив работу, Кристофер зашел к шефу и сказал, что ему нужен отпуск. Объяснил коротко:

— В глазах мельтешит…

Это была уважительная причина, и шеф отпустил его.

2

Мать Кристофера Мэри Холден жила в городе на берегу Атлантического океана. Он вывел из гаража «форд», положил чемодан в багажник и выехал на шоссе. Впереди было три свободных недели.

Машины в столь ранний час не загружали дорогу. Торопиться было некуда, и Кристофер включил «прогулочную» скорость без риска услышать в свой адрес нелестные пожелания от обгоняющих водителей.

Проехав половину пути, он подкатил к мотелю, в котором останавливался всякий раз, когда ездил к матери. Его здесь уже знали. Хозяин, грузный испанец с поросшими черной растительностью руками и с розоватыми белками больших, казалось вечно удивленных глаз, лично принес обед на террасу и, пока расставлял тарелки с фирменным блюдом, от которого в желудке вспыхивал пожар, и кувшин с ледяной водой, осведомился о здоровье гостя, а заодно сообщил, что его дочь выходит-таки замуж «за этого бездельника». Кристофер ел, запивая пожар водой из кувшина, и машинально кивал — он не помнил ни бездельника, ни самой дочери…

В ожидании, когда вымоют машину и наполнят бензином бак, он отдыхал в номере на прохладных крахмальных простынях. Комната, которую ему отвели, была аскетично проста: белые стены, черная, без украшений мебель. Взгляд ни на чем не задерживался и устремлялся к раскрытому окну, за которым синело небо.

К матери в отпуск Кристофер стал ездить последние три года, после того как она написала, что те, кого он не хотел видеть, покинули город. Он не слишком доверял этому сообщению: мать могла ошибиться. А те люди, если и покинули город, могли вернуться. В первый свой приезд Кристофер почти не выходил из дома. А потом привык. Навещал знакомых. Правда, таких, которые не ударялись в воспоминания.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.