Стихи

Лацфи Янош

Жанр: Поэзия  Поэзия    2012 год   Автор: Лацфи Янош   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Стихи ( Лацфи Янош)

Янош Лацфи. Стихи

От переводчика

О венгерском поэте Яноше Лацфи хочется сказать: это не человек, а феномен. Он ходячее воплощение энергии; причем не какой-нибудь, а творческой. Едва ли кто-то еще может похвастаться таким объемом — и качеством — сделанного и делаемого в литературе. Он родился и вырос в поэтической семье: отец его — Янош Ола, мать — Каталин Мезеи; оба — очень весомые имена в венгерской литературе последних десятилетий. Но на нем, сыне двух поэтов, природа вовсе не подумала отдыхать: наоборот, в нем дар родителей словно бы сложился и усилился. Янош Лацфи пишет не только стихи, но и рассказы, повести, романы, эссе, пьесы, сказки для детей, критические статьи; он много переводит. В свои сорок лет он успел выпустить восемь сборников стихов, три сборника прозы, десять книжек для детей, более двадцати сборников переводов (французских и бельгийских поэтов, в том числе Андре Бретона, Мориса Метерлинка и других).

Кроме того, с 1999 года он — один из редакторов журнала «Надьвилаг» (венгерский собрат «ИЛ»). Он преподает литературу, а также теорию и практику перевода в Будапештском университете. Лацфи — один из основателей и руководителей созданного в 2003 году Союза венгерских переводчиков.

Увидев список его литературных наград и премий (где-то к трем десяткам), я, щадя журнальную площадь, спросил у Яноша, какие из них он считает самыми важными; он перечислил четыре: премии Аттилы Йожефа, Тибора Дери, Дюлы Ийеша и Сальваторе Квазимодо; остальные любопытствующий читатель может видеть на сайте Яноша Лацфи в интернете (www.lackfi-janos.hu). Кстати сказать, Лацфи — организатор венгерского поэтического интернет-портала (www.dokk.hu).

О том, что собой представляет поэзия Яноша Лацфи, трудно сказать в нескольких фразах; тут нужна целая статья, которую я когда-нибудь, надеюсь, напишу. А пока приведу посвященные ему слова недавно избранного председателя Союза венгерских писателей, тоже поэта, Яноша Сентмартони. «Не знаю никого из современных поэтов, кто способен был бы в такой степени, как Лацфи, растворяться в семейной жизни, в маленьких чудесах „серых“ будней, находя в них гармонию. У него все оживает, начинает играть, превращается в праздник. Лацфи тоже преодолевает свои жизненные конфликты, однако его умение удивляться мелочам человеческого мира, смотреть на вещи по-детски, с любовью переплавляет разнообразные вызовы жизни в симфонию».

В самом деле — это редкое качество: уметь оставаться в нашем мире оптимистом, человеком позитивного настроя.

Точки контакта

В то утро, собираясь на работу, я топтался в тесной прихожей, проверял, не забыл ли чего, застегивал тяжелую сумку, а чертова собачонка так и вертелась под ногами, лезла, дурная, в каждую щель, то между сумкой и дверью, то между сумкой и моими ногами, то между моими ногами и дверью, а когда я выскочил наконец из дому, то дверью прищемил ей лапу. Целый день бедняга скулила, зализывая рану, правда, этого я не видел, об этом ты рассказала мне вечером. Ты и в то утро встала ни свет ни заря, сначала выгуляла собаку, потом обычная утренняя суета: в каждую сумку — пакет с бутербродами, пенал тетради учебники квитанции, конверт с деньгами на экскурсии, роспись в каждый дневник, завтрак, чай в каждый желудок, в куртку каждое детское тело, шарф на каждую детскую шею — и, выпроводив ораву за дверь, ты без сил упала на стул и задремала, собачий визг заставил тебя встрепенуться, ты услышала, как грохнула дверь, выскочила, но в зарешеченном окошке лишь маячила моя удаляющаяся тень. Ты не могла понять, что случилось, а мне было не до того, я искал в кармане ключи от машины, ты что-то крикнула мне вдогонку, но что именно, я не расслышал и на минуту замедлил шаг — вдруг ты выйдешь, окликнешь меня, спросишь, что на меня нашло, и я все объясню. Но ты не вышла. И всю дорогу, пока я крутил баранку, пока уходили назад окрестные холмы, жнивье, голые деревья, навозные кучи, растрепанные серые стога, какой-то фургон, бог знает сколько лет стоящий посреди поля и с каждым годом уходящий все глубже в землю, в голове у меня стоял этот эпизод с собакой. Я вел занятия, а за обращенными ко мне лицами студентов все маячила закрытая дверь — и собачий визг, и твой голос за дверью. Ты, должно быть, думаешь: я нарочно прищемил дверью лапу собаке, потому что собака — твоя, ты хотела ее, ты о собаке мечтала с детства, ты возишься с ней, кормишь, воспитываешь, гладишь чешешь за ушком собираешь в полиэтиленовый пакетик ее дерьмо, пока она носится меж кустов, тебя одну она слушается по-настоящему, да, я был все больше уверен: ты считаешь, это я твою ногу на самом деле хотел прищемить дверью, хотел, чтобы тебе было больно, чтобы ты скулила, хромая, да, я тебя во всем обвинял, но и себя обвинял во всем. Я понимал, надо всего лишь поднять пластмассовую телефонную трубку, такую легкую, пустую внутри, и, вертя в пальцах скрученный спиралью шнур, сказать несколько слов; ведь куда легче поднять эту трубку, чем целый день тащить на плечах невидимый мешок, набитый невидимыми, но ужасно тяжелыми кирпичами, но я чувствовал, что пустая трубка залита внутри каким-то невыносимо тяжелым сплавом, и поднять ее сейчас — труднее всего… Мешок у меня на плечах полон был дурацкой мстительностью, мучительной болью; ладно, думай еще какое-то время, что я это сделал намеренно, пока я не скажу: нет, что ты, да ничего же подобного; мешок полон был нашими с тобой глупыми, абсурдными недоразумениями, вес его к вечеру так натрудил кости жилы все мое тело, что, когда ты открыла мне дверь, я бы просто рухнул, не поддержи ты меня и не отыщи я губами точки живительного тока на твоей шее щеках на лбу на губах и на теплых зажмуренных веках.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.