Пустые шкатулки и нулевая Мария. Том 3

Микагэ Эйдзи

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Перевод с английского языка – Ushwood

Бета-редактирование – Danholm

Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов запрещено

Пролог

Я снова был в том месте, которое помню лишь пока сплю.

Сколько же раз я уже с ним (с ней?) встречался? …Ну, неважно, думаю.

Он, как всегда, нес какую-то ерунду, так что я почти не слушал.

Но одна из его фраз продолжала звучать у меня в ушах.

– Верно, вы с Дайей Омине-куном враги.

Начало

Когда я впервые увидел его серебристые волосы, я подумал: «А, наши пути никогда не пересекутся».

Уверен, большинство моих одноклассников считали точно так же. Дайя Омине – буквально все в нем бросало вызов окружающим. Думаю, его внушительная манера поведения и забойный стиль были для него лишь способом держаться на расстоянии от остальных.

Но мы с ним отлично поладили. Отчасти благодаря посредничеству Харуаки; но не думаю, что одного этого было бы достаточно.

«…Эмм, ты… Кадзуки Хосино, да? Не могу объяснить почему, но ты странный какой-то!»

Так он обратился ко мне в первый раз.

Но я верил, что мы с ним друзья; в конце концов, он всегда был рад общаться со мной.

И вот он произнес это.

– Ты как-то связан с «0», верно?

Было это в обеденный перерыв за день до начала промежуточных экзаменов. Усевшись с равнодушным видом рядом с Марией, он произнес эти слова.

– …Омине, ты раздобыл «шкатулку»? – спросила Мария вместо меня, потому что я произнести что-либо был не в состоянии.

– Что за риторический вопрос? Разумеется, да. И главное: вообще-то я с Кадзу разговариваю. Так что сиди тихо, вредная церберша.

Мария с силой выдохнула и взглянула на меня, словно давая понять, что предоставляет все мне.

Но что я могу сказать?..

Не обращая внимания на то, что я не отвечаю, Дайя продолжил говорить.

– Мне всегда казалось это странным. Появление Отонаси, твое признание Коконе, ну и еще несколько вещей.

Дайя дотронулся до серьги в правом ухе.

– Все сомнения исчезли, когда я встретил «0». Когда я встретил его – существо, которое нельзя описать иначе как неестественное, – я сразу же понял, что именно он послужил причиной всех этих недавних странных происшествий. И тогда он сказал мне, что его интересует Кадзуки Хосино.

Не в состоянии полностью врубиться в происходящее, я просто сидел и молча слушал.

– Значит, я не единственный, кто чувствовал в тебе что-то странное. …Знаешь, Кадзу? Я больше года на тебя смотрю, и за это время одну вещь я понял.

Обратив на меня пронзительный взгляд, он заявил:

– Ты парИшь.

– …Парю?

Я совершенно не мог понять, в чем смысл этого странного, абсолютно вываливающегося из контекста слова.

– Все выглядит так, как будто ты смотришь на нас из выгодной позиции откуда-то сверху. Ты здесь, но ты никогда ни во что не лезешь глубоко, ты всегда удерживаешь дистанцию. Ты ни внутри, ни снаружи. Ты просто… паришь.

По-прежнему не понимая, что он сказал, я приподнял бровь.

– И в то же время ты заявляешь, что хочешь сохранить повседневную жизнь. Для меня всегда было загадкой, почему. Но когда я говорил с «0»… он рассказал, что ты отказался от «шкатулки», которая выполняет любое «желание», и тогда я наконец понял.

И Дайя объявил:

– Т в о я ц е л ь – р а с т а п т ы в а т ь «ж е л а н и я» д р у г и х.

– Неправда!

Получилось настолько громко, что я сам удивился. Но я должен был выразиться предельно ясно.

– Я так серьезно отношусь к повседневной жизни, потому что… мне кажется, стремиться к чему-то – доказательство, что я жив… поэтому…

– Просто смешно.

Вопреки своим словам, он совершенно не смеялся. Он лишь продолжил жестким тоном:

– Значит, у тебя есть что-то, к чему ты стремишься? Назови хоть одно!

– Разумеется, есть. Это…

Я осекся.

Есть что-то. Не может не быть. Но не могу сформулировать.

…Наверняка это из-за того, что оно не имеет формы.

– Ты хочешь стремиться к чему-то. Пфф, даже если я приму это утверждение, остается еще один вопрос. П о ч е м у т ы т а к и м с т а л?

– …Э?

Почему меня стала так заботить повседневная жизнь?

А кстати, всегда ли я таким был? …Вряд ли. Тогда после какого…

– …

Передо мной возникло видение.

…Кто-то неясный, как в тумане, не могу понять кто именно.

Не могу узнать эту расплывающуюся внешность. Не могу узнать? …Нет, по правде, я знаю, кто это, сколько бы там ни было тумана.

О н а –

– Понял?

Дайя перебил меня, и силуэт растворился в тумане.

– …Чего?..

– На самом деле ты пытаешься защищать повседневную жизнь рефлекторно, как собачка Павлова.

Я пытаюсь сохранить повседневную жизнь рефлекторно? В таком случае…

– Это то же самое, что топтать «желания» других. …Слушай, Кадзу.

Дайя обратился ко мне без своей обычной ленцы в голосе.

– Я заполучил «шкатулку». Я стал тем, кто противоречит этой повседневной жизни. …Итак, твои действия?

Я не знаю «желания» Дайи. Но если оно угрожает моей повседневной жизни, я…

– Ты ведь уже решил, правда?

И Дайя заявил своим монотонным голосом, вновь притронувшись к правой серьге:

– Следовательно, я – твой враг.

Пришли результаты промежуточных экзаменов, и сквозь июль, словно переваривая эти результаты, потянулась череда дней, полных вялой лени.

– Ребят, я категорически запрещаю вам упоминать, что потом мы идем по магазинам!

Так заявила Коконе, волосы которой на этот раз были собраны в пучок, по пути в больницу, где лежала Моги-сан.

– В первую очередь тебе, Харуаки!

– Да знаю я, знаю!

– Ну мало ли? Я тут слышала недавно, что современное значение слова «Харуаки» – «не умеющий чувствовать атмосферу».

– Никогда не слышал о таком значении! Зато я точно знаю, что аббревиатура «К.К.» сейчас означает «приставала».

– Эй! Чего это мои инициалы означают «приставала»?

– Кирино, если Моги услышит твои вопли, вся твоя предусмотрительность пропадет зря.

Услышав предостережение Марии, Коконе хмыкнула и, оттянув одной рукой нижнее веко, высунула язык[1]. Последовала реплика Харуаки «Ты думаешь, это симпатично выглядит, или как?»; Коконе хмуро покосилась на него.

Вздохнув при виде этой сравнительно нормальной сцены, я вошел в палату.

– …

Первым делом мне в глаза бросилась полуобнаженная мужская фигура на обложке журнала.

– Касуми?..

– Э?.. АЙ! – и она быстро сунула журнал под футон. – П-привет, ребята… Ч-чего такое? Вы как-то рано сегодня, а?..

Моги-сан неуклюже улыбнулась.

– …

Не увидел ли я что-то, чего не должен был?.. Мы с Коконе переглянулись и без слов договорились: «Замнем для ясности».

– Уаа, чего ты там прячешь, Касуми!..

Облом. Среди нас был человек, имя которого означает «не умеющий чувствовать атмосферу».

– Н-ничего я не прячу!..

– Не ври! …Мм? Аа, эротический журнальчик, точно! Покажи, покажи! Всегда хотел знать, какие эротические журналы держат у себя де-… Гхх!

Коконе саданула ему локтем. Угу, я с ней согласен.

– Не бойся, Касуми, мы ничего не видели… Да нет, все нормально, правда! В конце концов, если долго валяешься в больнице, ну… много всякого скапливается, правда ведь?

– Ни-ни-ни-ничего у меня не скапливается!

Моги-сан отчаянно замахала руками перед заалевшим лицом.

– В-все не так совсем! Это… ну…

Поджав губы и чуть поколебавшись, она все же вытащила журнал из-под футона. На обложке действительно был полуобнаженный мужчина, но, кроме того, там красовались всякие надписи типа «Йога» или «Тренируйся правильно».

– Это журнал с упражнениями по фитнесу! Так что, эмм… он вовсе не эротический.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.