Не стать насекомым

Сенчин Роман Валерьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Не стать насекомым (Сенчин Роман) ThankYou.ru: Роман Сенчин «Не стать насекомым»

Спасибо, что вы выбрали сайт ThankYou.ru для загрузки лицензионного контента. Спасибо, что вы используете наш способ поддержки людей, которые вас вдохновляют. Не забывайте: чем чаще вы нажимаете кнопку «Спасибо», тем больше прекрасных произведений появляется на свет!

Рождённые не на родине

Перемещение людей по Земле — процесс, известный издревле, на мой взгляд, естественный и необходимый, в большой степени благотворный. Трудно представить, как бы развивалось человеческое общество, живи люди, поколение за поколением, лишь в местах своего рождения. Именно миграция из оскудевшей и в то же время перенаселённой Европы создала сверхдержаву, — отношение к которой, естественно, должно быть настороженным, как к вдруг явившемуся великану-монстру, — Соединённые Штаты Америки. Миграция русских на Урал и в Сибирь, их экономическое развитие позже имело огромное значение в разгроме иноземных войск и в XIX столетии, и в XX-м.

Но всё-таки, думаю, говорить сегодня надо не о положительных сторонах этого процесса. Тем более что в последнее время миграция стала для России явлением чуть ли не катастрофическим.

Сначала о миграции внешней. (К нам едут сотни, а уезжают десятки тысяч, — значит, об эмиграции.)

Эмиграция, о которой нам прожужжали уши средства массовой информации в начале 90-х, сейчас, похоже, вышла у журналистов из моды. Иногда возникает термин «утечка мозгов», но это далеко уже не является злобой дня. А люди тем не менее продолжают уезжать; правда, теперь это трудно назвать эмиграцией, — Россия государство цивилизованное, гражданства уезжающих не лишают, и вполне можно иметь пару гражданств — никому это странным не кажется. И, в отличии от 70-х–80-х годов, нынешние отбывающие на «постоянное место жительства» в другое государство не рвут с родиной навсегда, они вполне в любой удобный для себя момент могут вернуться.

Но это так легко и просто лишь на первый взгляд.

Гражданин того или иного государства (если уж человечество с древнейших времён разделилось на государства, то протестовать против них, кажется, глупо) определяется не только наличием паспорта с гербом, а, во-первых, своим местожительством. Достаточно странно слышать, что такой-то спортсмен, или режиссёр, или писатель — россиянин, когда по одиннадцать месяцев в году он тренируется, или репетирует, или пишет в США или в Израиле, Германии, Франции. И как-то не трогает, что в честь победы такого спортсмена исполняют российский гимн, а режиссёр успешно ставит в Лондоне русскую классику, а в романах писателя действуют персонажи с русскими фамилиями… Конечно, справедливы и понятны ответы отбывающих на Запад (а теперь вовсю и на Восток) на вопрос, почему уезжают — «хочется жить по-человечески». И всё-таки это не совсем честный ответ и поступок.

К тому же смена страны проживания часто приводит, особенно у людей творческих, к глубокому кризису, из которого многим выйти не удаётся (вспомним писателей Гоголя, Тургенева, Леонида Андреева, Горького, практически всех представителей третьей волны эмиграции из СССР, Георгия Владимова, Василя Быкова…).

Эмиграция — проблема, конечно, сложная, могущая в конце концов привести к обескровливанию нации, но причина её не только в невостребованности специалистов, не в нищенских условиях жизни и работы учёных; дело гораздо сложнее… Тем не менее большее внимание хотелось бы уделить миграции внутренней, происходящей внутри той территории, что некогда была единым государством — СССР.

Ещё лет пятнадцать назад советский человек пересекал границу, скажем, России и Казахстана, даже не замечая этого. Казалось, границы вообще — простые формальности, еле различимые пунктирчики на карте, обшелушившиеся постаменты на обочинах дорог… Союзные республики, автономные, автономные области, национальные округа… И селился человек, также не вдаваясь особенно в то, что он, например, русский, строит свой дом на территории Казахстана. Но за несколько лет после Беловежского сговора в 91-м пятнадцать республик сделались по-настоящему отдельными государствами. (Года два-три после распада Союза границы ещё пересекались достаточно свободно — даже президенты тогда не поверили, что оказались главами собственных государств.)

И почему-то так получилось в итоге, что в основном русским стало неуютно, а то и невыносимо жить не в России. Не везде их вытесняют слишком уж явно, как в Эстонии, не везде вырезали подчистую, как в Фергане в 89-м или на севере Чечни в 96-м, целыми станицами, но выдавливание происходило и происходит повсеместно, в каждом из четырнадцати бывших подвластных России (такое там бытует определение) молодых независимых государств русские нежелательны. Да и только ли там? — а многие автономии внутри России…

Демографы уже который год сообщают, что, несмотря на большую разницу между смертностью и рождаемостью, население России почти не сокращается, и, сделав паузу, добавляют: по причине огромного притока населения из бывших республик СССР.

Тема эта, тоже недавно ещё очень популярная в СМИ, сейчас явно не в фаворе. Журналисты устали снимать и писать, специалисты — рассуждать и анализировать, а обывателям надоело впитывать.

Да, в общем-то, и правильно, и можно, кажется, поддержать лозунг: «Россия для русских». (Под русскими я понимаю не только людей с явно выраженными славянскими признаками, а представителей тех народов, что исторически проживают на территории России.) Да, кажется, можно распустить и без того призрачное СНГ, поставить на границах надёжные заслоны. Но, во-первых, претензии России на Байконур, на Крым, Приднестровье, на Белоруссию понятны и наверняка будут проявляться ещё очень долго, и, во-вторых, ни одна из наших бывших братских республик не стала и вряд ли станет по-настоящему сильным, полноценным, отдельным государством. Одни из них после 1991-го вернулись обратно в, кажется, милое им средневековье и устанавливают в недавно благоустроенных квартирах печки, другие воюют или ищут врага, чтоб воевать, но не открыто, не масштабно, а так, как это принято на Кавказе — горяча кровь. Третьи рады-радёшеньки, что на их территории создаются натовские военные базы — ведь это такое пополнение пустой казны. Четвёртые стали цивилизованными и европейскими, но отношение к ним — как к Люксембургу или Андорре…

И не случайно, что работать и учиться из этих независимых государств едут в основном в Россию, технику в основном закупают у России, нефть, газ, электроэнергия поступает к ним из России. Не хочу утверждать, что они явно паразитируют на России, но, уверен, без помощи (вольной и невольной) России, без русских учёных и специалистов — и экономический, и интеллектуальный уровень этих государств заметно снизится.

Те же процессы произошли и в некоторых бывших автономиях, а ныне субъектах Российской Федерации. Не буду вдаваться в то, что стряслось с Чечнёй, что более или менее открыто зреет в Башкирии, Ингушетии, Дагестане, Татарстане… Приведу пример с Тувой, где я родился и прожил (не считая службы в армии) двадцать два года.

Республика Тува находится на юге Сибири, как раз — на карте — под Красноярским краем.

Чтобы было понятно дальнейшее, вкратце опишу историю взаимоотношений Тувы и России.

Тувинцы очень гордятся своей древней историей, считают территорию Тувы центром государства Чингисхана, а его самого — представителем одного из их родов. Но так или иначе, в начале XVII века, когда здесь появились первые русские — казаки, — тувинцы влачили жалкое существование, их родина была ничейной территорией, хотя формально принадлежала Китаю.

На баранов (которых тувинцы разводили) и на собольи шкурки китайские купцы обменивали всякие грошовые вещицы, вроде пуговиц и иголок; нечего и говорить, что в Туве (тогда — Урянхайском крае) ничего не производилось.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.