Рассказы

Козлов Владимир Александрович

Жанр: Контркультура  Проза    Автор: Козлов Владимир Александрович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рассказы ( Козлов Владимир Александрович)

Спасибо, что вы выбрали сайт ThankYou.ru для загрузки лицензионного контента. Спасибо, что вы используете наш способ поддержки людей, которые вас вдохновляют. Не забывайте: чем чаще вы нажимаете кнопку «Спасибо», тем больше прекрасных произведений появляется на свет!

Рассказы

Учительница

Первый день после зимних каникул — самый гнусный. Опять сидеть за партой, опять писать — бр-р-р-р. Тем более что еле поднялся в семь утра, а на улице темно, и мороз, и школа мудацкая уже светится через дорогу: уборщицы моют классы.

Русский язык, геометрия, потом — физкультура, но тоже лажа: вместо баскетбола заставляют прыгать через коня.

Потом французский. У нас практикантка. Из иняза. На четыре месяца. Не знаю, хорошо это или плохо. Вдруг будет гонять нас? С Инессой все просто: она знает, что у нас в классе французский всем до лампочки, что мы только делаем вид, что учим его. А она делает вид, что все нормально, и ниже четверки никому не ставит.

Сколько ей лет, интересно? Наверное, двадцать один, раз сказала, что на последнем курсе. Не супер, конечно, но, в общем, ничего: не толстая и не уродина.

Наши бабы ее сразу начали забалтывать:

— А вы в Париже были? Да? Расскажите, а?

— Ну, что вам рассказать о Париже? Очень красивый город, очень красивый.

— А на Пляс Пигаль вы ходили?

— Нет, а зачем мне это?

* * *

Так я им и рассказала про Пляс Пигаль, недоделкам этим. Хотя, вообще-то, мы и не ходили специально, просто случайно забрели туда. Но проституток я не видела или не заметила. Одни только peep-show и автобусы туристов. А может, это и не Пигаль была? Не знаю. Мы зашли в лавку, купили бутылку дешевого вина. Продавец-тайландец или, может быть, китаец, я в них не разбираюсь. Потом пили из горла прямо на улице и боялись: а вдруг нельзя, вдруг запрещено на улице? Ладно, наплевать: пили, быстро пьянели, потому что без ужина, а перед этим бессонная ночь в автобусе, и в первый раз в Париже, и я и он, и откололись от группы…

Зашли в какой-то скверик. Уже стемнело. В углу кто-то шевелится — бомжи, что ли? Наплевать! Ты что, с ума сошел? А если полицейский? Да какая тут полиция, мы уже далеко от центра. Вино еще на губах, и у него тоже. Ладно, давай. Все-таки, Париж…

Потом шли по пустым улицам, искали центр, Елисейские поля, чтобы там сесть на метро — и в гостиницу. А тут облом: метро закрыто, пришлось пешком.

Сейчас он снова во Франции, а я здесь, в этой дурной школе на окраине — одной из худших в городе, — с этими недоумками: мрак, короче. Французского они вообще не знают, как будто у них вообще его не преподают. Некоторые даже не знают, как сказать «да» и «нет». Училка их, Инесса — старая калоша. Может, сама что и помнит из французского, но уроки ей до фени. Скорее бы все это кончилось — практика, институт…

* * *

— А она ничего, правда ничего.

— Ты так говоришь, типа выебать ее собрался.

— А хули?

— Не пизди!

— Не, я не про то говорю, а вообще: она ничего, не выебывалась, не стала типа хуе-мое, я там типа в Париж, а вы тут мудаки…

— А хули Париж? Сейчас много кто и в Париж и в Лондон ездит, даже от школы посылают. Это у нас школа такая — Ильич все бабки, что дают, себе забирает.

— Да я не про то, Париж — это все ерунда, а она правда по-простому, без выебонов — и одета — ты сам видел — по фирме, из Парижа, бля.

— Она тебя как заставит зубрить, тогда увидишь, по фирме или не по фирме.

* * *

На самом деле все не так уж плохо. Да, добираться далеко, но только четыре дня в неделю, в остальные — уроков нет. И никто меня не контролирует, потому что в школе бардак. Инесса только рада, что ей работать меньше: на моих уроках не сидит, а бегает по ближайшим продуктовым магазинам, ищет, где что подешевле. А я стараться не собираюсь: если до меня их не научили, то я — что, за три месяца научу? Зачем мне это надо?

Странно, я по нему совсем не скучаю. Раньше думала — как это я буду одна, когда он уедет? А оказалось, что, вроде как, все нормально. Да, он звонит раз в две недели, но по телефону это одно…

* * *

К хуям, к хуям, к хуям, пошла ты на хуй: не хочешь на стрелку со мной — и не надо. Занята, говоришь, уроков много? Ну и сиди, учи свои уроки.

И трубкой таксофона по железному ржавому корпусу. Трубка разбивается, куски пластмассы отлетают, высовываются проводки… К хуям, к хуям, к хуям…

— Что ты делаешь, сука, еб твою мать?

Откуда здесь мент? Бежать, бежать, бежать. Скорее. Мент сзади, догоняет, орет:

— Стой, засранец.

А это уже будет пиздец: ментовка, дубинками по почкам, штраф и бумага в школу. Последняя надежда — газовый баллончик. Достаю, отвожу назад и, как из пистолета в фильмах, когда отстреливаются на бегу. Мент хватается за глаза.

— Тебе не жить, сука, если поймаю.

Не поймаешь, не поймаешь! До свидания, спокойной ночи!

А дома — сразу в туалет и дрочить. Только на нее, никаких больше порно-картинок и одноклассниц, только на нее.

* * *

Восьмого марта собрались классом. Не все, конечно — человек десять. Двухкомнатная квартира, бабы пили шампанское, мы — водку. Танцевал с Алиной, ходили потом вместе курить на балкон — как раз там никого не было. Я залез ей под юбку, она — ничего, потом я в трусы, а она взяла за руку. Не надо. Почему «не надо»? Пошли выпьем. Нет, я больше не хочу… Обе комнаты заняты, пацаны пытаются кого-нибудь раскрутить, но ни у кого ничего не выйдет, я знаю — что бы они потом не говорили назавтра, типа, и протянул, и за щеку взяла.

* * *

Завтра первый день каникул, а сегодня — уборка класса. Как это все достало — вообще. Одно хорошо — с нами она, а не «классуха». Этой куда-то ехать надо было, вот и заставили практикантку сидеть, пока мы убираем, смотреть, как мы ни фига не делаем. Я не спешу, чтобы, может быть, потом, когда кончим, выйти с ней вместе из школы и дойти до остановки — а что тут такого?

Все уже ушли, а я задержался: надо отнести ведра с грязной водой в туалет.

Назад с ведрами не спешу. Сцу, потом курю. Она без меня не уйдет, не закроет класс: там мой портфель и шмотки.

Возвращаюсь, ставлю пустые ведра в угол. Она смотрит в окно. Там весна, солнце. Снег почти весь растаял.

Вот бы сейчас закрыть изнутри дверь и подойти к ней сзади и обнять за плечи. Но этого не будет никогда-никогда-никогда.

Дома в туалете дрочу и злюсь на себя и бью себе кулаком в живот. Ну почему, почему я сосцал?

* * *

Почти весна, почти тепло. Форточки открыты. Во дворах бегают и орут дети. Запах пыли, бензина и первой травы. Сидеть в школе скучно — вообще. Зато потом — домой и музыку на всю громкость, Nirvana или Offspring, чтобы было слышно из кухни, пока соображу себе поесть, а соседи пусть не рыпаются особо — я и послать могу.

Часов в шесть прусь на остановку. Хочу поехать в центр: просто так, чтоб не сидеть дома с родичами — они уже скоро придут.

На остановке — она. Сразу внутри что-то обрывается, как будто нарвался на врагов, и они сейчас отпиздят.

В школе сегодня не виделись, поэтому говорю:

— Здравствуйте

— Здравствуй.

— Вы домой?

— Да, а ты?

— Да, так.

— Понимаю, не хочется дома сидеть в такую погоду. А как же уроки?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.