Сложная ситуация

Мартьянов Сергей Николаевич

Жанр:   1961 год   Автор: Мартьянов Сергей Николаевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Сергей Сартьянов

СЛОЖНАЯ СИТУАЦИЯ

1

В люблю ясность и определенность во всем, особенно в тех случаях, когда получаешь задание по работе. Отправляясь недавно в командировку, я попросил редактора точно определить, куда мне ехать, на какой срок, какую тему взять и т. д. Редактор был краток:

— Поезжайте в отряд. Там при штабе служит рядовой Легкобитов. Талантливый художник-самоучка. Напишите о нем.

Художник? На границе? Признаться, я ожидал что-нибудь другое. Но, как человек исполнительный, послушно записал фамилию солдата в блокнот и вопросительно посмотрел на редактора: будут ли другие темы? Других тем не было. Он только уточнил, что Легкобитов служит в должности чертежника-картографа и что его начальником является майор Свиридов. Свиридова я знал по нашим прошлым встречам.

На другой день я поехал в отряд. В Закарпатье не такие уж дальние расстояния. Весь путь в автобусе до небольшого пограничного города занял столько времени, сколько понадобилось, чтобы прочитать «Правду» и «Красную звезду» от передовиц до номеров телефонов редакций. Читая, я все время думал, как подступиться к художнику-самоучке. Граница и живопись слабо увязывались в моем сознании. И все же что-то привлекательное, достойное уважения я предугадывал в этом солдате.

Штаб отряда располагался за городом, в бывшем имении венгерского графа. За железной оградой рос старинный парк, в глубине которого стояло мрачное двухэтажное здание. Дальше парк примыкал к буковому лесу, покрывающему склоны холмов и гор. По хребту гор проходила граница.

Кроме часового у ворот да двух-трех офицеров, мне не встретилось ни одного человека. Дежурный сообщил, что все люди сейчас в клубе, на комсомольском собрании, там Же и майор Свиридов.

— А что обсуждают? — спросил я.

— Рядового Легкобитова прорабатывают, художника... — ответил дежурный.

— Легкобитова?

— Так точно. Был в самовольной отлучке. Целую ночь.

Вот тебе раз! Такого со мной еще никогда не случалось.

— Давно это было?

— Третьего дня.

— Третьего дня... Значит, редактор еще ничего не знал о происшествии, с этим художником.

В клубе, сумрачном зале со сводчатым потолком, сидело человек пятьдесят, и среди них майор Свиридов, сухопарый, жилистый человек с острым кадыком на длинной шее. Он кивнул мне и указал на свободный стул рядом с собой.

Я огляделся. В первом ряду, на виду у всех, стоял долговязый солдат, встретивший меня удивленным взглядом. Собрание вел младший сержант с бледным серьезным лицдм. Он смотрел на солдата испытующе, как следователь, и спрашивал:

— Как же вы дошли до жизни такой?

Солдат оторвал от меня взгляд и тихо ответил:

— Не знаю.

Он посмотрел на сводчатый потолок. Там были изображены различные сцены: охота, сражения, ка-кие-то торжественные церемонии. Роспись была старая, во многих местах облупившаяся: у блестящих рыцарей и дам не хватало то носа, то щеки, то пальцев.

Почему-то чертежник мне таким и представлялся: высокий, сутуловатый, с нервным интеллигентным лицом и очень большими черными глазами, внимательными и печальными. Как-то не верилось, что такая личность могла совершить что-нибудь дурное.

— А кто же знать будет? — упорно допытывался младший сержант.

Легкобитов покраснел и сказал негромко:

— Я уже говорил... Был в городе, выпил, ну... и задержался.

Он опять взглянул на потолок. Рыцари и дамы смотрели на него надменно и сурово.

В зале незлобиво и добродушно засмеялись. Кто-то даже заметил с восхищением:

— Вот дает!

Свиридов наклонился ко мне:

— Видали тихоню? Кто бы мог подумать? Правда, солдат из него никудышный, одни рисуночки в голове. Но чтобы напиться и совершить самоволку?.. Непостижимо!

Председательствующий спросил Легкобитова угрожающе:

— Почему же вы совершили выпивку?

Очевидно, он не знал, можно ли теперь обращаться к нарушителю порядка по фамилии с прибавлением слова «товарищ», и потому называл его одними местоимениями.

— Так получилось, — ответил Легкобитов.

— Да врет он все!—-выкрикнул кто-то с места.— Ничего он не пил.

— Нет, пил! — испуганно возразил Легкобигов.— Я пил, — повторил он упрямо.

— Товарищ Петров! — сурово заметил младший сержант. — Не мешайте собранию. Слышите, он сам подтверждает. Ясно? Вот так.

— Да брось ты, Кругликов! — закричал Петров.— А еще секретарь...

— Сколько же вы выпили? — не обращая внимания на реплики, спросил Кругликов.

— Пол-литра, — откровенно признался Легко-битов.

Собрание зашумело.

— А чем закусывал? — раздался веселей голос. — Акварельными красками, что ли?

Мало-помалу собрание, хотя и пересыпалось шутками и веселыми подковырками, приобретало для Легкобитова угрожающий оборот. Никто, даже Петров, черноволосый румяный крепыш, не намеревался прощать ему выпивку и отлучку. Многих интересовало, где он провел ночь в нетрезвом состоянии.

— Не помню, — ответил Легкобитов и опустил голову.

Он ничего не помнил, и это было самым странным.

2

А все началось с того, что старшина сжалился и не назначил его как-то на воскресенье в наряд. Это было удивительно. Обычно по воскресеньям Легко-битову «везло»: он дневалил по казарме или ходил рабочим по кухне. И не потому, что старшина был несправедлив или таил зло на него, а просто так. И вот старшина изменил своему правилу.

Утром Сергей взял этюдник и пошел в лес. Высокие буки с прямыми матово-серыми, как из замши, стволами бросали густую тень. Сергей выбрал укромное местечко на лесной опушке. В нескольких шагах рос большой куст шиповника. Он цвел и каждой своей веточкой старательно тянулся к солнцу.

Сергей сел писать этот розовый куст. Рисовал он хорошо и много и у себя, в родном Плёсе, готовился

поступить в художественное училище, но не любил распространяться об этом. Все свои наброски и рисунки он стыдливо хранил в шкафу вместе с карта- ^ ми и схемами. Майор Свиридов не раз вытаскивал рисунки и хвалился перед сослуживцами, что под его началом служит талант. Сергей краснел и низко опускал голову над чертежной доской.

В лесу по-весеннему громко пели птицы. Где-то в горах прогудел самолет, патрулирующий границу.

Сергей почти совсем написал куст, как вдруг услышал позади себя незнакомый девичий голос:

— Ой, как хорошо получается!

Он обернулся. Девушка, подстриженная под «мальчишку», в клетчатой яркой рубашке с засученными рукавами, рассматривала этюд.

— Очень хорошо! — повторила она и перевела на Сергея свои яркие, очень синие смеющиеся глаза. — Вы где-нибудь учились рисовать, да?

— Нет, не учился. А кто вы?

— Не бойтесь, я не собираюсь бежать за границу,— улыбнулась девушка. — Вы из отряда?

Он настороженно взглянул на незнакомку, но глаза ее были полны такой доверчивой наивности, что он подавил вспыхнувшее было подозрение.

— Да, из отряда.

— И вас часто отпускают сюда?

— Когда свободен от нарядов и работы.

— Работы? — удивилась она. — Какая же у вас может быть работа? У вас служба.

— Я чертежник-картограф,-—сказал он серьезно.

— A-а, понимаю. Карты, схемы...

Они помолчали.

— Ну, мне пора, не буду вам больше мешать.

Девушка кивнула и, сбивая прутиком верхушки

трав, скрылась в лесу. Вскоре на дороге громко хлопнула дверца, загудел мотор, и стало слышно, как проехала машина в сторону города.

«Интересно! — усмехнулся про себя Сергей. —

Откуда она взялась такая?» Ему расхотелось писать шиповник, он собрал этюдник, краски и зашагал в штаб отряда.

В следующий раз Легкобитову удалось выбраться в лес только через'две недели. Куст шиповника уже отцвел. В молодых листьях виднелись зеленые, еще не побуревшие ягоды. Сергей принялся писать поляну, такую тихую и нарядную в это солнечное весеннее утро.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.