Кровоточащий город

Престон Алекс

Жанр: Современная проза  Проза    2012 год   Автор: Престон Алекс   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Кровоточащий город (Престон Алекс)

Пролог

В конце города

Помню разносящиеся по операционному залу крики, ровный шум компьютеров и звон телефонов. Помню пронизывающие комнату лучи солнечного света. Все-все помню. Помню фотографию — ты с Люкой — в серебряной рамке на моем столе. Потом, с содроганием, вспоминаю тот миг, когда солнечный луч задрожал на кромке рамки и я вдруг понял, что оставил Люку в машине. Страх, пробежав по рукам, вонзился в грудь.

Листки с заметками взметнулись мне вслед — я бросился к двери и дальше, к лифтам, вжал кнопку так, что побелел палец. Одна кабина пошла наверх, следом другая. Я ринулся к лестнице, скатился, пролетая по пять-семь ступенек, вниз, рванул к двери и выскочил наружу. Ослепленный ярким майским солнцем, бросил взгляд на четко вычерченный в небе шпиль церкви, на парковочную площадку позади нее.

Усталые туристы за столиками у «Patisserie Valerie» неспешно попивали латте, расправляясь с громадными круассанами, с которых ветер сдувал чешуйки. Этот ветер всколыхнул во мне надежду. Прохладный, он пролетел над Темзой, по Грейсчерч-стрит, по Бишопсгейт, тронул волоски у меня на руках и взметнул навесы у растянувшихся вдоль Брашфилд-стрит магазинчиков. Подгоняемый ужасом, я несся по улице, когда путь преградил белый фургон «эскорт». Я увернулся, получил в спину проклятье, поскользнулся на кожаных подошвах и, разрезав наискось Коммершл-стрит, нырнул в тень церкви.

Словно рука из озера, она поднималась из мрачной скученности окружающих строений. На работе я частенько смотрел на нее. Стоя у окна, с зажатым между плечом и ухом телефоном, я глядел на шпиль, забывался и терял ход мыслей. Взлетающий из мирского окружения, он воплощал в себе чистоту и надежду. С усилием я вернулся в настоящее. Припекало. Я рванул дверь и окунулся в сырой, влажный воздух.

Холодные, скользкие перила под ладонями. Словно пьяного, меня мотало из стороны в сторону. За одним поворотом возникал другой, двери открывались куда угодно, только не на крышу, и везде, на каждом этаже, — темные коробки машин. Машин, припарковавшихся в то утро раньше меня; машин, оказавшихся здесь вопреки статистически невозможной комбинации красных сигналов светофоров, заглохших автобусов и запруженных перекрестков. Вылетев на яркий свет, я увидел «поло» на другой стороне серой бетонированной крыши. Увидел детское сиденье и светлую головку над ним.

Он не шевелился. В чуть приоткрытом окне отражалось небо. Ни звука. Теплая металлическая ручка… неуклюжие пальцы… ключи… Дверца открылась, и в лицо ударил спертый дух. Я дернул пояс безопасности, справился кое-как с защелкой, сбросил черные ремни.

Сейчас, когда я пытаюсь восстановить всю картину, перед глазами кружит водоворот разрозненных образов. Вырвавшийся из крохотных легких выдох, вскинувшаяся в дрожащем порыве маленькая грудь — и потом ничего. Лицо совершенно спокойное, ничуть не сердитое. Губки с хлопьями желтовато-белой пены неодобрительно поджаты. На висках, под бледной натянутой кожей, припушенной светлыми волосами, прожилки вен. Я поднял его — обмякшее, податливое тельце. Стащил носки — сам не знаю зачем — и увидел ножки, темные от лопнувших сосудов. С прилипшей к влажной спине футболки капал пот. Я прижал его к груди, полил водой из недельной давности бутылки «эвиана», валявшейся на полу среди драных дорожных карт, и, целуя и обмахивая ладонью горячее личико, сел за руль.

Держа его одной рукой, я мчался, не глядя, на красный свет, по бесконечным съездам, тротуарам в направлении Ватерлоо и, лишь подъехав к больнице, прижал ухо к груди, позволив себе секундную остановку, и услышал, как мне показалось, глухой, неуверенный стук. Я вбежал в отделение экстренной помощи, крича Господи помоги мне Господи мой мальчик.Все пришло в движение. Они забрали у меня Люку, бережно положили на каталку и повезли по длинным коридорам, размеренным тубами флуоресцентных ламп. Кислородная маска была слишком велика, и медбрат с татуированными предплечьями прижимал ее к маленькому личику. Потом дверь, за которую меня не пропустили. Я сел и набрал твой номер, неловко тыча пальцами в «блэкберри».

Ты приехала, ворвалась вихрем обузданной энергии, и, пока разговаривала с врачом, твои руки искали и не находили покоя. Ты была на седьмом месяце беременности и носила живот, как заготовленное к бою оружие. Ты не плакала — стояла надо мной и смотрела сверху вниз, но я не решался встретиться с тобой взглядом. Твои глаза — сухие, без малейшего намека на слезы, такие холодные. Я отвернулся. Прислонился к белой больничной стене, прижался лбом к липкой штукатурке и закрыл глаза.

Глава 1

Эдинбург и Лондон

Все годы учебы в университете я мечтал о том, чтобы уехать в Лондон. Постоянно глядя только перед собой, лишь изредка переключаясь на паузу, чтобы насладиться каким-то особенно ярким мгновением, я гнал себя вперед. Как и все мы. Когда налетали промозглые эдинбургские ветра, и я потуже обматывал шарфом шею, и Веро искала тепла в моих объятиях, а Генри прикрывал слезящиеся глаза длинными, худыми пальцами, мы все равно лишь подхлестывали себя — вперед, к Лондону. Мы водили дружбу только с теми, у кого были квартиры в Лондоне, кто знал лондонскую жизнь. Мы жили ради пятничных рейсов «Easyjet», мы уносились на юг в вечерних костюмах, и шампанское выплескивалось из пластиковых стаканчиков, когда шасси касалось посадочной полосы.

В безудержном стремлении к новым впечатлениям мы отрывались от юности и спешили к будущему, ждавшему нас с кислой миной разочарования. И никто не удосужился сказать нам, что впитывать нужно все, нужно вжигать в память образы, впечатывать в сердце чувства. Потому что скоро только это у нас и останется.

* * *

Веро стояла спиной к нам, раскинув руки. Черная шаль стелилась за ней на ветру, как у ведьмы. Вечер только начался, и солнечные лучи шарили по шпилям и башням старого города. Надвигавшаяся туча грозила пролиться дождем. Сгущалась тьма. Мы побежали вниз по склону, к подножию холма. Генри быстро обогнал нас, легко перескакивая через пучки вереска и кочки. Веро споткнулась, я бросился к ней, помочь, и почувствовал замерзшими пальцами тяжесть шали и тепло тела под ней. Я оглянулся — ночь собиралась на востоке, вплетаясь в тени Кэлтон-Хилла. Ударил дождь, и мы, поднажав, перебежали через дорогу и, хохоча, ворвались в бар «Балморал», где запыхавшийся Генри уже сидел перед стойкой — с бутылкой вина и тремя стаканами. Память золотит те дни.

Мы шиковали как могли. Отец Генри, владелец старомодной газеты, тираж которой стремительно катился вниз, выплачивал сыну пособие, позволявшее снимать для всех нас квартиру в Новом городе, оплачивать счета за обед и не экономить на выпивке. Веро, похоже, всегда получала достаточно для безбедного существования. У нее был богатый дядюшка и заботливые крестные; сама мысль о бедности применительно к Веро казалась оскорбительной. Впечатление богатой девушки она производила, даже когда я знал, что в кошельке у нее — последняя десятка; деньги появлялись откуда-то в нужный момент, и в самые тяжелые дни она оставляла на моем столе несколько банкнот с коротким посланием, наспех написанным поперек королевского лица косметическим карандашом.

Я познакомился с Генри в баре «Тевиот андерграунд» в свой первый университетский вечер. День прошел в хождениях по кабинетам, заполнении всевозможных формуляров, записи в студенческие общества и на учебные курсы по выбранному профилю — английский язык и литература. И повсюду, куда бы я ни направился, меня опережал высокий нескладный парень со светлой челкой и румяным лицом, вышагивавший во главе стайки восторженно-простодушных девчонок. Вечером я загрузился в тесный подвальный бар — высокий блондин уже сидел за столиком в углу. И хотя все места за столиком были заняты, он выглядел одиноким — голова возвышалась над остальными, взгляд робкими кругами обходил зал. Парень поднес к губам кружку, и я увидел, что девушки зачарованно смотрят, как он пьет, не сводя глаз с прыгающего вверх-вниз кадыка. Поставив кружку на стол, блондин поднял руку и с улыбкой помахал мне:

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.