Шпион, который явился под Рождество

Моррелл Дэвид

Жанр: Триллеры  Детективы    2011 год   Автор: Моррелл Дэвид   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Шпион, который явился под Рождество (Моррелл Дэвид)

Часть 1

ГОРОД СВЯТОЙ ВЕРЫ

Славящие Христа пели «Полночью ясной». [1]

Однако до полуночи, тем более ясной, было еще далеко. На землю с мягким шелестом ложились хлопья снега, подсвеченные огоньками гирлянд на глинобитных домиках по ту сторону перекрестка. Даже светофоры перемигивались по-праздничному.

— Идеальное Рождество! — воскликнул восхищенный женский голос в толпе гуляющих по Аламеда-стрит.

Испанское alameda обозначало тополиную аллею, пролегавшую здесь в давние времена. Старые тополя давно сменились новыми, раскидистыми, а улица, так и не расширившаяся, теперь едва вмещала многолюдный поток возвращающихся со службы в соборе Святого Франциска. В него вливался другой поток, с Плазы — главной площади Санта-Фе, построенной четыре столетия назад.

— Думаешь, самая красота здесь, на Плазе? — возразила спутница восхищавшейся. — То ли еще будет на Каньон-роуд! Там просто море огней! Ты не пожалеешь, что приехала. На Рождество в Санта-Фе люди с другого конца света готовы добираться. Кстати, знаешь, что означает название Санта-Фе?

— В гостинице говорили, «непохожий город».

— Это всего лишь прозвище. А город основали испанцы, и по-испански Санта-Фе значит «Святая вера». В канун Рождества — как нельзя кстати.

«На земле мир, в человеках благоволение…»

Плывущий вместе с толпой человек в черной лыжной куртке плевать хотел и на мир, и на благоволение. Выглядел он куда старше сорока пяти — суровая жизнь наложила свой отпечаток. Мощные плечи, морщины… Он смотрел сосредоточенным, «тоннельным» зрением охотника, не отвлекаясь на мелькающие в боковом поле смутные тени. Звуки тоже доходили до его слуха не все. Песнопения, колокольный звон, восхищенные возгласы при виде рождественских витрин — все оставалось далеко на заднем плане, а для преследователя существовала только цель. От которой его отделяло всего пятнадцать человек.

Преследуемый шел в темно-синей парке, однако, несмотря на летящий снег, капюшон не накидывал, и голову ему уже успело запорошить холодным белым пухом. Логично. Когда спасаешься от погони, капюшон только помеха, а боковое зрение перекрывать ни к чему. Беглец, отчаянно озирающийся в поисках спасения, смотрит, в отличие от преследователя, не «тоннельным» зрением, а, наоборот, раскрыв глаза и уши. Преследователь не вынимал рук из карманов лыжной куртки. Через прорези можно было в любой момент выхватить пистолеты из кобуры на поясе. К обоим прилагался глушитель. Первый пистолет, десятимиллиметровый «глок», был выбран за мощность и за то, что следы на его пулях получаются нечеткими благодаря особой системе нарезки. В результате экспертиза практически неспособна привязать стреляную пулю к конкретному стволу.

Однако, если не возникнет накладок, мощный «глок» не понадобится. Вместо него пойдет в ход второй ствол — «беретта» двадцать второго калибра, тихая и незаметная. Даже без глушителя маленький револьвер стреляет почти бесшумно. А уж с глушителем, да еще с дозвуковыми патронами — специально для Санта-Фе, расположенного на двухкилометровой высоте над уровнем моря, — оружия тише не сыщешь. Мало того, меньшая сила выстрела позволит пуле поразить цель, не задев при этом ценный объект, укрытый под паркой, и не провалить задание.

«…слышать ангелов хор».

Светофор на перекрестке загорелся красным. Толпа замерла, образовав плотную стену, не дающую преследователю подобраться ближе к цели.

Внезапно в наушнике, скрытом у охотника под плотно натянутой черной лыжной шапкой, гаркнул сердитый голос:

— Мельхиор! Докладывайте!

Охотника звали Андрей. Псевдоним Мельхиор (на случай, если противник подслушает их радиопереговоры) ему присвоил наниматель, бывший следователь КГБ. Андрей сперва не понял, к чему такое странное прозвище, пока не выяснилось, что, по легенде, Мельхиор был одним из мудрецов, которых путеводная звезда привела в Вифлеем, где они и обнаружили младенца Христа.

Микрофон прятался в билетах на лыжный подъемник, пристегнутых к молнии на куртке, — такие билеты на лыжном курорте обычное явление, сплошь и рядом. Чтобы не привлекать излишнего внимания, Андрей вытащил из кармана штанов сотовый и притворился, что разговаривает. Изо рта шел пар. Несмотря на русское происхождение, американский акцент Андрея подозрений не вызывал.

Он сжал микрофон.

— Привет, дядя Гарри. Только что прогулялся по Аламеде. Сейчас на углу Пасео-де-Перальта. — С испанского название переводилось как «бульвар Перальты», основателя Санта-Фе, губернатора Нью-Мексико начала семнадцатого века. — Каньон-стрит от меня через дорогу. Заберу груз и через двадцать минут буду у тебя.

— Ты знаешь, где груз? — Обладатель грубого голоса не пытался скрыть русский акцент и свое нетерпение.

— Прямо по курсу, — делая вид, что говорит по сотовому, пояснил Андрей. — Красотища тут необыкновенная.

— Клиенты будут с минуты на минуту. Верни груз!

— Как только друзей дождусь.

— Валтасар! Гаспар! Докладывайте! — рявкнул голос.

Мудреные имена достались напарникам от оставшихся двоих мудрецов из рождественского предания.

— Почти на месте! — ответил, прерывисто дыша, другой голос с акцентом. — Хватай груз, а мы отсечем всех лишних.

— Хорошо. А завтра посмотрим футбол, — произнес в микрофон Андрей. — До скорого, дядя Гарри.

Тонкие кожаные стрелковые перчатки почти не спасали от холода. Когда светофор загорелся зеленым, Андрей положил телефон обратно в карман штанов, а руки сунул греться в карманы, надеясь на тепло флисовой подкладки.

Толпа двинулась по переходу, по-прежнему заслоняя идущую впереди цель — человека шести футов роста, не накачанного, однако неожиданно сильного, в чем Андрей сам успел убедиться по совместным заданиям.

И по тому, что случилось пятнадцатью минутами раньше.

Темные, средней длины волосы. Суровые, но приятные черты лица, которые свидетели затруднились бы описать иначе. Лет тридцать с небольшим.

Только сейчас Андрей понял, что больше ничего о преследуемом не знает, и разозлился еще сильнее. До сегодняшнего вечера ему казалось, что они с беглецом в одной команде — более того, друзья.

«А ведь я тебе доверял, Петр, тебе единственному. В чем еще ты мне соврал? Я за тебя поручился. Сказал Пахану, что на тебя можно положиться. Если я не верну то, что ты стащил, мне крышка».

Он перешел улицу и повернул направо, оставляя позади витрину картинной галереи, подсвеченную нанизанными в гирлянду электрическими звездами. Андрей подобрался чуть ближе — тринадцать человек между ним и беглецом, — плавно, не делая резких движений, чтобы не тревожить толпу и не вызвать подозрений у преследуемого. Хотя тот шагал уверенно, Андрей знал, что у него прострелена левая рука. Она висела плетью вдоль тела. Капли крови на снегу скрадывались тенями и затаптывались сотнями ног.

«Скоро ты ослабнешь», — не сомневался Андрей, удивляясь, как беглец еще держится.

Впереди заплясали сине-красные отсветы, и Андрей напрягся. Даже в этой праздничной, переливающейся разноцветными огнями кутерьме их ни с чем не спутаешь. Летящий снег делался красно-синим в свете мигалок на крышах двух полицейских машин, перегородивших въезд на Каньон-роуд. Красным по белому на дверях значилось «Полиция Санта-Фе».

Андрей втянул голову в плечи. «Нас ищут? Обнаружили трупы?»

У машин, притопывая от холода, переминались двое грузных полицейских в толстых бесформенных куртках. Неуклюже вскинув закоченевшие левые руки в свете приближающихся фар, они показывали подъезжающим машинам и грузовикам, чтобы проезжали мимо, не сворачивая на Каньон-роуд.

Впереди в толпе какая-то женщина встревоженно поинтересовалась:

— Почему здесь полиция? Что-то произошло? Может, не ходить туда?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.