Вид с Лубянки

Калугин Олег

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Вид с Лубянки (Калугин Олег)

"Дело" бывшего генерала КГБ. Месяц первый

Корреспондент: Вы рискуете продолжить противоборство?

О. КАЛУГИН: Рискует тот; кто, по пословице, складывает все яйца в одну корзину. Я так не поступаю. И в КГБ это знают.

СОБЕСЕДНИК, № 29. 1990.

Олег Данилович Калугин родился в 1934 году в Ленинграде. После окончания университета в 1958 году по собственному желанию пришел работать в КГБ. В 1959-м по первой программе студенческого обмена между СССР и США стажировался в Колумбийском университете. В 25 лет стал корреспондентом советского радио в Нью-Йорке. В 1965–1970 годах работал сначала вторым, а затем первым секретарем советского посольства в Вашингтоне. По возвращении из США через 2 года стал начальником управления внешней контрразведки. В 40 лет получил генеральские погоны. В 1980 году Андропов перевел его в Ленинград первым заместителем начальника КГБ. В 1987 году в результате обострения отношений с ленинградским руководством, приостановившим реализацию дел о взяточничестве, возвращен в Москву в резерв комитета. В этом же году он написал письмо Михаилу Горбачеву с конкретными предложениями коренных изменений в системе органов госбезопасности. В 1989 году, когда Калугину исполнилось 55 лет, ему было предложено уйти на пенсию.

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

Предлагаемая вниманию читателей книга не задумывалась ни автором, ни издательством, а сложилась в считанные недели и как бы сама собой. Сразу после резко срезонировавшего в общественном мнении выступления генерал-майора в отставке О. Калугина на конференции " Демократической платформы в КПСС" мы предложили ему написать статью для первого номера журнала " ПИК — дайджест". И через несколько дней получили рукопись. Однако стремительное развитие событий, где одну из главных ролей сыграла пресса, внесло поправки в наши планы. В контексте интервью Калугина, "оценок", данных его выступлениям "компетентными органами", Указа Президента о лишении О. Д. Калугина наград (и подобных "оргвыводов" Совета Министров СССР и КГБ), газетных и журнальных комментариев, читательских откликов, депутатских заявлений и запросов статья Калугина прямо-таки напрашивалась стать центром естественно возникающей книги. Не пытаясь, разумеется, объять необъятное и ничего не комментируя (за единственным исключением — просто нельзя не отмстить, что одна из статей, написанных от имени КГБ, заимствует заголовок… у известного и не так давно слывшего "крамольным" открытого письма Александра Солженицына "Жить не по лжи"), мы ограничились хронологическими публикациями из нескольких периодических изданий, на наш взгляд, наиболее оперативных и решительных, — и одним месяцем: первым месяцем "дела" генерала Калугина. Месяцем, уже ставшим историей…

КГБ БЕЗ ГРИМА

("Аргументы и факты",  №26, 1990 г.)

16 июня на конференции "Демократической платформы в КПСС" выступил бывший начальник управления внешней контрразведки КГБ СССР (1973–1980 гг.), бывший первый заместитель начальника УКГБ по Ленинградской области (1980–1987 гг.), ныне уволенный в запас (февраль 1990 г.), почетный чекист, кавалер 22 правительственных и ведомственных наград, генерал КГБ О. Калугин (р. 1934 г.). По многочисленным просьбам читателей приводим его выступление (с некоторыми сокращениями).

Хочу поблагодарить организационный комитет конференции за возможность выступить в этой аудитории. Для того, чтобы у вас не закралось сомнение относительно цели моего присутствия здесь, чтобы вы не подумали, что я вскочил на подножку "Демократической платформы" из каких-то неблаговидных соображений, сделаю очень краткий экскурс в недавнюю историю.

В 1979 г., будучи начальником внешней контрразведки в КГБ, я заступился за одного арестованного гражданина, ученого, который по сфабрикованному обвинению был осужден на 7 лет и томился в наших лагерях и за которого я нес моральную ответственность, ибо его нахождение в Советском Союзе было связано с моей предыдущей деятельностью. Этим же вопросом, кстати, из благородных побуждений занялся тогда и Евгений Примаков, но вовремя остановился. Для справки: этот гражданин был осужден по сфабрикованному обвинению в спекуляции антиквариатом. На самом деле он долгие годы "разрабатывался" как шпион ЦРУ, но, поскольку подтверждения не нашлось, решили взять не мытьем, так катаньем, что в общем-то достаточно характерно для бывшей моей организации.

В этой связи в 1980 г. тов. Андропов, тогда еще председатель КГБ, направил меня в Ленинград, считая, что я наделал много шума и, пока все осядет, мне надо пересидеть в Ленинграде. Но чтобы я не обижался, меня сделали первым заместителем начальника У КГБ, дали номенклатурное депутатство в Ленинградском областном Совете, кандидата в члены обкома КПСС Ленинграда.

В 1986 г., насмотревшись на то, что творилось' в Ленинграде, ознакомившись с деятельностью Романова, Зайкова, Соловьева, видя, как органы КГБ, которые призваны обеспечивать безопасность, по сути дела, замазывали многие процессы, происходившие в городе, я написал письмо в ЦК КПСС, веря в то, что там разберутся и примут соответствующие меры.

Была прислана комиссия ЦК КПСС, которая "не нашла" подтверждения изложенным мною фактам. И тогда в феврале 1987 г., когда меня срочно откомандировали из Ленинграда в Москву, я направил письмо тов. Горбачеву, в котором высказал свои соображения после 30 лет работы в органах — о роли КГБ в нашем обществе. Я высказался в том смысле, что мы не можем, если хотим всерьез заняться перестройкой, действовать рука об руку с организацией, которая проникла во все поры нашей жизни, которая вмешивается по воле партии или с ее ведома в любые дела государственной и общественной жизни — в экономику, культуру, науку, спорт, религию. Короче, нет ни одной сферы жизни в нашей стране, в которой бы не присутствовала рука или тень КГБ. Я писал о том, что наша страна переживает до сих пор — а это был 1987 г. — патологическое пристрастие к секретности, что наши граждане живут в огромном концлагере, который охраняется десятками тысяч пограничников, что наши органы государственной безопасности по численности превышают все органы, вместе взятые, Европы, Америки и Азии (без Китая).

Прошло несколько лет. Сейчас у КГБ появился в некотором смысле новый облик, некоторые проблемы, связанные с режимом секретности, с выездом советских граждан, значительно облегчились. Но если мы говорим о новом облике КГБ, то речь идет скорее о косметике, о наведении румян на весьма жухлое лицо старой сталинско-брежневской школы. Основы, методы, практика — остались старыми. Это вербовка агентуры в рядах политических противников и организаций; это засылка своей агентуры, это дискредитация активистов движений; это нейтрализация организаций, их разложение как конечная цель.

Все это делается, разумеется, при неустанном внимании КПСС, а если точнее — под руководством се Политбюро и отдельных секторов ЦК, которые всю жизнь, несмотря на смену поколений, ведут эту деятельность. Причем все — от Ежова до Крючкова — выходцы из аппарата, были и остаются частью системы, которую наша современная идеологическая мысль назвала командно-бюрократической системой. Ничего подобного! Это партийно-полицейская система! И первичные партийные органы есть не что иное, как поставщики дани для содержания партийного аппарата. И первым пособником, правой рукой высшего руководства ЦК является Комитет государственной безопасности.

70 лет партия бросала лозунг — борьба с международным империализмом. НКВД, КГБ расшифровывал это так: борьба с иностранными спецслужбами, враждебной эмиграцией, с "Радио Свобода", троцкистами, маоистами, представителями других организаций и социальных групп — в зависимости от капризов, причуд и грамотности наших партийных руководителей.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.