Гнет

Марченко Вячеслав Анатольевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Гнет (Марченко Вячеслав)

                                                                     Читателю от автора 

  Содержание повести «Гнет» основано на рассказе моей бабушки: Иванцовой (Резниченко) Акулины Гавриловны  человека,  прожившего долгую и безрадостную жизнь в СССР.

    Наш разговор состоялся в 1983 году,  когда будучи офицером Пограничных войск, я приехал к ней в отпуск.

   О многом из того, о чем  мне тогда  рассказывала моя бабушка, я слышал от старших людей и раньше, но то ли я к тому времени еще не созрел к пониманию и сопереживанию всей той трагедии, которую пришлось пережить этим людям; то ли, когда я, окончив Голицынское Высшее пограничное военно-политическое  училище КГБ СССР, стал офицером погранвойск, и во мне слишком глубоко сидела убежденность в непогрешимости нашей «родной» Коммунистической Партии в руководстве страной, но те неимоверные страдания, которые пришлось пережить людям ее поколения, меня  тогда волновали постольку – поскольку. Впрочем, наверное, так же, как и многомиллионных моих сверстников, с детства активно обрабатываемых Советской властью.  

   Но в тот раз рассказ моей бабушки, основанный на реальных судьбах ее близких родственников и односельчан,  буквально шокировал меня. Я был глубоко потрясен и возмущен тем всеобщим кошмаром, который исходил от господствовавшей тогда на Украине Советской власти. А некоторые ее слова были для меня, офицера КГБ и коммуниста «морально устойчивого» и «идеологически выдержанного»,  так неожиданны и так резали слух, что я не знал, как мне на них реагировать.

    Я был в смятении: то государство, в котором, как я считал, мне посчастливилось родиться и жить, границы которого я охранял и которое на протяжении многих лет мне представлялось образцом человеколюбия, справедливости и гуманизма, в рассказе бабы Кили, человека, на себе испытавшего прелести «социалистического рая», выглядело совcем другим государством: мрачным, жестоким и циничным.

   А еще я почувствовал, как у меня внутри зарождается какое-то новое, противоречиво-емкое чувство, в нем было все: и горечь, и гнев, и обида, и возмущение, и досада. Тогда же я впервые почувствовал и боль за наглое глумление над моим многострадальным  украинским народом.                     

   После того тягостного разговора с бабой Килей  прошли годы, уже развалилась та «великая» империя, в которой невозможно было не только написать  то, о чем она мне тогда рассказывала, но и думать, а я до сих пор не нахожу в своем сердце успокоения. Мне горько и обидно, что в моей многострадальной Украине все еще есть люди, и их, к сожалению, много, продолжающие тупо твердить, что при Советской власти людям жилось  хорошо. Меня в связи с этим одолевает гнетущая мысль: а хотят ли эти люди вообще знать настоящую правду - ту молчаливую страшную правду, о которой, уничтоженные голодом и в коммунистических лагерях люди, уже никогда не смогут им рассказать?! Даже сейчас, когда стали открываться архивы и стало нам многое известно о человеконенавистнической  политике,  проводимой Советской властью в Украине, эти люди с шизофренической настойчивостью продолжают   утверждать, что в Украине голодомора не было, и даже более того, они с болезненной ностальгией вспоминают о Сталине и заявляют, что не допустят переписывания истории. Боже, о какой истории они говорят?! О той, что писалась теми же, кто и совершал на Украине те чудовищные злодеяния, и кто по сегодняшний день сидит во власти и упорно не желает признавать своей вины?!                

   Я не понимаю, до какой же степени нужно быть циничным, чтобы сейчас отрицать очевидное:  Советская власть в Украине отличалась  исключительной жестокостью и насилием по отношению к местному населению,  массовыми репрессиями и уничтожением людей. И голодного мора, унесшего из жизни в 1933 и в 1947 годах миллионы людей, в Украине могло бы и не быть, если бы эта «народная» власть этого не хотела и не забирала бы у людей последнюю крошку хлеба.

   Еще тогда, в 1983 году, слушая рассказ моей бабушки, я как будто ощущал душу нашего украинского народа, униженного и оскорбленного, все еще сохраняющего в глубине души украинскую самобытность, но уже теряющего надежду на возрождение.

   Советская власть делала все возможное для того, чтобы те люди, что жили после Октябрьской революции в Украине, в том числе и мои дед Ваня с бабой Килей и мои мать с отцом – бесследно исчезли с земли Украинской. Их как бесправных рабов гнобили на колхозных полях и фермах; их трижды морили голодом как ненужных тварей, их гноили в лагерях и безжалостно уничтожали на полях Великой Отечественной Войны. Видимо, кому-то очень хотелось, чтобы не было и меня, но тем, кто это делал – не повезло: вопреки их стараниям мои, обреченные погибнуть, родители, смогли выжить, и я, не Бог весть какой, но все же есть. Я один из тех, немногих, кому  посчастливилось продолжить род свой, и закрывать глаза на преступные злодеяния той, «народной» власти – я не имею права, потому что молчание мое означало бы согласие с теми, кто вчера морил голодом моих родителей, а сегодня цинично заявляет о том, что раньше,  в Советском Союзе, им жилось хорошо. 

   А глядя на то, как сегодня все более обнаглевшими становятся те, кто ненавидит Украину  как государство и Украинскую нацию как народ, как устанавливаются в Украине памятники Сталину – главному палачу украинского народа, я расценивать это иначе, как плевок в души уничтоженных его преступным режимом людей, не могу.

     Именно поэтому я хочу попытаться еще раз донести людям ту, пронизанную душераздирающими страданиями правду, о которой мне успела  рассказать моя бабушка, и которую нам уже никогда не смогут рассказать ни замученные голодом, ни сгнившие в лагерях, ни безжалостно уничтоженные на войне люди.     

                                                                 ВЯЧЕСЛАВ  МАРЧЕНКО 

                                                                              ГНЕТ

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.