Под сенью благодати

Жиллес Даниель

Жанр: Современная проза  Проза    1962 год   Автор: Жиллес Даниель   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Под сенью благодати (Жиллес Даниель)

Даниель Жиллес

ПОД СЕНЬЮ БЛАГОДАТИ

Перевод с французского Н. Ковальского.

Предисловие

Автор романа «Под сенью благодати», бельгийский романист Даниель Жиллес, известен советским читателям по двум ранее переведенным на русский язык романам — «Плата за присутствие» и «Купон 44». В этих трех книгах Жиллес, верный одной и той же теме, изображает жизнь современных буржуазных кругов, раскрывая весьма непривлекательные стороны их морали и культуры. Однако, пожалуй, ни в одной из книг Жиллеса морально-психологический конфликт не достигает такой напряженности и не связан в такой мере с острыми проблемами современной жизни на Западе, как в романе «Под сенью благодати». Это и есть, на наш взгляд, главное достоинство книги.

Место действия романа — коллеж «Сен-Мор», где формируются новые поколения богатых буржуа; здесь они оснащаются необходимым для будущей деятельности умственным и нравственным багажом. Монахи воспитывают из своих питомцев верных католиков; церковное учение — главный предмет, изучаемый в коллеже, а строгое соблюдение католических обрядов возводится в обязательную норму поведения.

Правда, коллеж «Сен-Мор» расположен во французской Фландрии, на границе с Бельгией, однако совершенно очевидно, что автор имел в виду прежде всего бельгийскую католическую школу.

Значение католицизма для формирования я становления человеческой личности — тема, одинаково важная как для французской, так и для бельгийской действительности, где идет непрекращающаяся борьба между светскими и церковными принципами школьного воспитания. Крупная реакционная буржуазия этих стран борется за господство католиков в начальных и средних учебных заведениях, как за одно из самых надежных средств распространения в утверждения буржуазной идеологии в массах.

В мае 1959 года в Бельгии был принят закон, предусматривающий субсидирование государством католических учебных заведений и закрепляющий за ними «свободу программы» и «свободу педагогических методов». Католические священники и монахи в школах, прививая детям устои буржуазной этики, именем бога освящают и оправдывают лицемерие, порочность, преступность. Они стремятся воспитать в народе душевную робость и смирение, а выходцев из буржуазной среды сделать людьми, которые, по выражению Золя, не сознают своих преступлений. Ортодоксальная католическая пропаганда с почти циничной откровенностью отстаивает чудовищную классовую мораль, осужденную не только людьми, не принадлежащими к классу буржуа. Но и многими его прогрессивными представителями.

Не удивительно, что влияние католицизма на молодое поколение является одной из существенных проблем современной литературы. Произведения значительные и правдивые — даже если они написаны убежденными католиками — раскрывают опустошенность и ханжество официальной церкви, ее тлетворное, а иногда и губительное влияние на людей.

В романе Даниеля Жиллеса нет ни предвзятости, ни апологетики. Одна из его особенностей состоит в чрезвычайно реальном буднично-прозаическом раскрытии главной темы.

Дети совсем маленькими попадают под влияние монахов, стремящихся завладеть умом и сердцем своих воспитанников. Монахи используют равные способы воздействия на детей: простодушие коварство, ласку и насилие, доверительную дружбу и грубое вмешательство в чужую жизнь. Но лишь очень немногие из детей проникаются искренним религиозным чувством. В большинстве своем воспитанники, равнодушные к идее бога, не задумываясь ни над какими религиозными проблемами, с формальной аккуратностью выполняют требования учителей. Коллеж учат лицемерию и ханжеству, как руководящим принципам поведения в той среде, к которой принадлежат молодые обитатели «Сен-Мора». В свободные часы старшеклассники «грешат» — иногда безобидно и весело, а иногда безобразно — и затем покорно исповедуются духовнику. Порнографические открытки соседствуют с молитвенниками, грязные помыслы прикрываются видимостью благочестия. Словом, со времен Жюльена Сореля осталось неизменной атмосфера лжи и фальши, а люди, их поступки, мысли, чувства — все стало еще мельче, гаже, пошлее. Никто из этих юнцов, воспитанников «Сен-Мора», не знает религиозных сомнений просто потому, что ни у кого нет серьезного отношения ни к чему на свете, в том числе к религии.

Бруно Эбрар — герой романа «Под сенью благодати» — исключение среди своих товарищей. «Исключительного» в нем, в сущности очень мало, но его, казалось бы, естественная для семнадцатилетней юноши душевная чистота и горячность ярко выделяются на фоне всеобщего лицемерия, вялости и безразличия.

Он предстает перед нами в те ответственные дни, когда совсем молодой человек впервые сталкивается со «взрослыми» ощущениями и переживаниями. Кончается бесформенность, неопределенность ранней юности: наступает время первых самостоятельных решений, первых неуверенных попыток выбора своего пути. Все сильные и яркие впечатления детства, все добрые и злые силы, воздействующие на детский характер, делают теперь свое дело, проявляясь в нравственных убеждениях, в отношении к людям, потребностях и вкусах новой, складывающейся человеческой личности.

История Бруно Эбрара как личности начинается с того момента, когда он теряет свою, казалось бы, прочную, не подточенную сомнениями, искреннюю веру в бога. Событие, столь важное для духовной жизни юноши, изображено, однако, не как мучительный процесс, как кризис, а как мгновенное и радостное освобождение.

Крушение веры незаметно для самого Бруно постепенно подготовлялось впечатлениями, полученными в семье и коллеже. Мать его считала себя человеком глубоко религиозным, на деле же была лицемерной светской ханжой и жила в полном противоречии с религиозно-этическими нормами; отец — преуспевающий делец — ограничивался пустыми фразами о необходимости и пользе веры в бога. Монахи также не могли внушить Бруно уважения к тому, во что они верили, ибо не были сами достойны ни уважения, ни доверия.

Все же два человека среди учителей в коллеже притягивают мальчика к себе. Эта два человека — во всем противоположные и по существу враждебные друг другу люди — как бы воплощают две возможности развития, две формы жизненного поведения, между которыми Бруно должен выбирать. Монах Грасьен добр и беспощаден, снисходителен и жесток, терпим и узок в своих взглядах. Но главное, что невольно привлекает Бруно и чем монах действительно возвышается над окружающими, — это тождество между делом и чувством, верой и жизнью. Грасьен любит Бруно и борется за него, стремясь разжечь в нем гаснущее пламя веры, удержать юношу от «грешных», недопустимых, с религиозной точки зрения, поступков.

Грасьен борется за Бруно против серьезного, хотя и нравственно недостойного противника. «Циклоп» — так воспитанники прозвали одноглазого учителя литературы, одного из немногих светских учителей в коллеже — является полной противоположностью Грасьену и свободен до распущенности. Этот неудачливый авантюрист, «подобранный» монахами чуть ли не из милости, ни во что не верит и проповедует аморализм в духе Ницше и Жида, низведенный до уровня самой примитивной жизненной практики. Грасьен хотел бы спасти Бруно от соблазнов чувственного мира, с его опасной дьявольской игрой страстей, — Циклоп, напротив, стремится вовлечь юношу в этот мир. Самому Циклопу, с его принципиальной беспринципностью, отсутствием духовных интересов, знакомы лишь дешевые, банально-привлекательные стороны этого мира. Но его «все дозволено» представляется Бруно заманчивым утверждением человеческого права на свободу.

Бруно мечется между Грасьеном и Циклопом, вынужденный выбирать между этими двумя одинаково чуждыми и вместе с тем близкими ему людьми, — как вдруг неожиданное событие помогает ему стать самим собой. Это событие — первая встреча юноши с чувством любви.

Бруно влюбляется в Сильвию — совсем молодую, несчастливую в замужестве женщину. В истории их отношений в полную меру проявляется «старомодность» Бруно — иными словами, серьезность его душевных переживаний. Оказывается, двое естественных, не опустошенных и не безразличных ко всему людей выглядят безнадежно устарелыми в современной буржуазной среде.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.