Титаника

Бессон Патрик

Жанр: Современная проза  Проза    2008 год   Автор: Бессон Патрик   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Титаника (Бессон Патрик)

Глава 1

«Е104»

Они провожали меня на вокзал Сен-Лазар, закрыв на утро свой гараж. Папа, с лукавым видом остепенившегося хулигана, и мама, с лицом счастливой обезьянки. Они говорили, что мне повезло. Мама плакала, когда я поднимался в вагон, а отец просил меня беречься от простуды. Он изучил маршрут, которым ходят корабли из Европы в Америку, и знал, что они почти пересекают полярный круг. Они стояли на перроне до самого отправления поезда. Их девиз был: «Ничего не делать наполовину». Особенно если это касалось их единственного сына. К примеру, решив подарить мне билет на корабль, они выбрали «Титаник». На самом деле надо говорить «Титанику», так как по-английски корабль женского рода, для англичан корабли — женщины. Значит, я, рассказывая мою историю, буду говорить не «он, „Титаник“», а «она, „Титаника“», исключая реплики Филемона Мерля, потому что он говорил по-французски.

Трансатлантический поезд достиг Шербура в пятнадцать тридцать. Я читал. Пассажиры второго класса читают. Пассажиры первого класса не имеют желания читать. У пассажиров третьего класса нет времени на чтение. На «Титанике» только у пассажиров второго класса была библиотека. Иногда кто-нибудь из пассажиров первого класса, обычно мужчина, прокрадывался в наше аккуратно прибранное помещение, быстро хватал с полки книгу и устраивался в укромном уголке, как будто не хотел, чтобы его застали за этим занятием. В зале ожидания морского вокзала я тоже сидел с книгой в руках. Некоторые женщины так прекрасны, что их нельзя рассматривать, — на этот случай хорошо иметь в руках роман. Я влюбился в Мэдлин Астор. Шляпа скрывала ее лицо настолько, насколько я старался его не разглядывать, но каждое ее движение было исполнено нежности, а еще я успел заметить ее голубые детские глаза. Ожидание затянулось — пассажирское судно запаздывало из-за инцидента в порту Саутгемптона, и я влюбился в другую пассажирку первого класса, Эмму Шабер. Полные губы, маленький мечтательный нос, белая шляпка. Она путешествовала одна. Зал ожидания морского вокзала в Шербуре был единственным местом, кроме спасательных шлюпок и бездны Атлантического океана, где первый и второй классы «Титаники» смешались, — как ни громко это сказано.

Мне досталась каюта номер «Е104» — хорошее предзнаменование. Это было маленькое светлое помещение, пахнувшее свежеструганным деревом и краской, с двумя кроватями. Я посмотрел на Шербур через иллюминатор, потом распаковал чемодан. В газетах о размерах «Титаники» уже столько писали, что я, мысленно поставив себя рядом с Мэдлин Астор и Эммой Шабер, не увидел в ней ничего из ряда вон выходящего, корабль как корабль. Только вот корма у нее, на мой взгляд, слишком выдавалась, прямо как готтентотская задница. Мой сосед по каюте вошел, когда я заканчивал устраиваться. Он протянул мне руку и представился:

— Филемон Мерль.

— Жак Дартуа.

— Француз?

— Да. Я сел в Шербуре.

— Я тоже, но это не мешает мне быть люксембуржцем. Слово любопытное, люксембуржец. [1] Люкс в буржуа. По делам едете?

— Развлекаться.

— Действительно, для деловых поездок вы молоды.

— Мне двадцать два.

— Ну, а я из нью-йоркской Атлантической страховой компании СО, которая застраховала это судно. Я — детектив. Раньше работал в полиции, но в Люксембурге полицейскому не выдвинуться: убийств не случается, да и воров почти нет. Ладно, хватит болтать, а то опоздаем на ужин, нехорошо, в первый день…

Он был толст и неуклюж, но в его движениях была своеобразная грация и легкость. Я сожалел, что, разделив каюту с франкофоном, не смогу практиковаться в английском, но то, что мы говорили на одном языке, нас сразу сблизило. В обеденном зале палубы «D» мы сели друг напротив друга. Столы были шести-восьмиместные, некоторые из них были наполовину пусты. С нами сели трое англичан, говоривших между собой. Филемон задал мне несколько кратких вопросов о моей жизни. Старшие охотно расспрашивают молодых, может быть, потому, что тем еще нечего рассказывать о себе. Я недавно провалил экзамен на звание агреже по английскому языку; чтобы меня утешить, мои родители оплатили этот билет на «Титанику». Я рассчитывал несколько недель провести в Нью-Йорке, где один папин знакомый добился успехов в торговле обувью, и вернуться на другом судне, попроще, может быть на «Франции» или каком-нибудь корабле «Кьюнарда». [2]

Мерль закончил есть свой торт с лимоном и сказал, что ему пора начинать расследование.

— Потому что я не путешествую просто так.

Не успел он отвернуться, как я почувствовал, что мне его не хватает. На вид ему казалось больше сорока, но меньше шестидесяти, притом что в нем было добрых сто десять кило, если не все сто двадцать. Жаль, что он мне не предложил помогать ему в расследовании. Может, мне стоило его попросить об этом? Я поднялся, раскланиваясь со своими соседями но столу. Это были братья Джилл: Эдгар, Фредерик и Ральф, соответственно двадцать четыре, двадцать и двадцать два года.

В те времена мелкие буржуа, на «Титанике» или где бы то ни было, скучали, потому что им негде было повеселиться. От скуки люди брались за книги. У нас на палубе «В» для развлечений были только курительное и прогулочное помещения, тогда как в распоряжении пассажиров первого класса помимо этого имелись два кафе, ресторан и многочисленные салоны. Я прошелся по палубе. Воздух был свежий, море спокойное. Там прогуливалась Мэдлин Астор, белая конфетка, которой мне никогда не хрустеть, разве что случится кораблекрушение. Спустившись в библиотеку, я нашел там нескольких невзрачных молодых девиц с маменьками да еще двух или трех мечтательных рантье, сказал себе, что в этот вечер мне не грозит расстаться с невинностью, и вернулся в каюту «Е104».

Глава 2

И был капитан

Проснувшись наутро, я обнаружил, что мой сосед еще не вернулся. Ночевал он у пассажирки первого класса или всю ночь вынюхивал секреты «Титаники»? Я вышел на прогулочную палубу, где увидел капитана Э. Дж. Смита, единственного на судне, кто встал раньше меня. Не спится? Сначала я заметил его широкую спину, от которой исходила как бы аура тоски. Превосходная фуражка возвышалась над безупречным белобрысым затылком. Его твердые шаги отдавались в рассветной тишине. Руки он заложил за спину. Около зимнего сада я подошел к нему, чтобы засвидетельствовать свое почтение. Он повернул ко мне свое знаменитое ныне лицо старого англо-саксонского морского волка. Его точеные черты внушали доверие взрослым, а приятная улыбка восхищала всех детей. Он гладил мальчиков по головке, целовал девочек. Мерль говорил, что если в первом классе попадалась красивая вдова или разведенная, то капитан был не прочь завести интрижку. Он не трогал ни девиц, ни замужних, опасаясь неприятностей от отцов и мужей, за что руководство компании «Уайт Стар Лайн» было ему признательно.

— Разрешите представиться — Жак Дартуа, пассажир второго класса.

Смит устало посмотрел на меня. Разве это нормально — быть таким усталым, едва встав с постели? Он или нездоров, или провел бурную ночь с женщиной. В том и другом случае на него нельзя положиться. Что-то было не так с его лицом, как если бы рот был на месте носа и глаза на месте ушей. Но нет — просто Смит плакал горючими слезами.

— Что-то случилось, капитан?

Он не отвечал. Стоял неподвижно, смотрел на меня и плакал.

— Могу ли я что-то сделать для вас?

Он вынул из кармана брюк большой розовый носовой платок и шумно высморкался. Желтый день поднимался над морем, спокойным, как озеро. Смит протянул ко мне трясущуюся руку. Болезнь Паркинсона? Он коснулся моего плеча:

— Как вас зовут?

Я это уже говорил, но он забыл.

— Жак Дартуа.

— Из Парижа?

— Из Шарантон-ле-Пон.

— Это где приют для умалишенных?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.